Чтение онлайн

Мы с Бенни переглянулись. Shake Awake — это стартап по производству энергетических коктейлей для завтрака, который мы недавно прорекламировали. Обычно из-за высокой цены за тысячу прослушиваний (CPM) мы сотрудничаем с более крупными и авторитетными корпорациями, но когда ЭИМСТЖ стала финансово независимой, Ксандер предложил время от времени отдавать рекламные блоки в середине ролика начинающим компаниям, которым нужна помощь. После многих лет рискованных инвестиций в акционерный капитал он не понаслышке знал, как трудно бывает стартапам встать на ноги. Эти тридцатисекундные или одноминутные объявления были простым способом отблагодарить общество, теперь, когда у нас была платформа.

На удивление щедрое предложение, подумала я. Бенни согласился, и поэтому мы поддержали его, когда появлялась разумная возможность. В прошлый раз это был стартап по производству носимых очистителей воздуха. До этого — компания, продающая цветные очки ночного видения. Оба продукта, которые теоретически могли спасти жизнь. Что касается Shake Awake, партнерство возникло из-за моего расстройства сна. Кто лучше, чем человек с нарколепсией, будет продвигать напиток, дающий энергию на весь день?

— Обман или правда? — спросила я.

— Понятия не имею. — Бенни открыл браузер и ввел в поиске «токсическое отравление протеиновым порошком Shake Awake». Результатов не было. Следующая попытка: «болезнь Shake Awake». Опять ничего. Я попробовала несколько своих комбинаций и получила тот же результат. Никаких статей. Отзыва продукции не было.

— Ты пробовал их коктейли? — спросила я.

Он покачал головой. Я тоже не пробовала, кроме первоначального дегустационного теста. Они были не противными; просто не моё. Я предпочитала завтракать едой, а не напитками.

— Думаю, обман. — Я повернулась к Бенни. Я поняла тогда, что мы сидим очень близко.

— Эй, — сказал он.

Я посмотрела на него как в первый раз. Мы были так заняты последние несколько месяцев. Хотя наша презентация мемуаров вызвала шквал восторженных откликов от крупных издательств, кульминацией стал щедрый аванс, мы еще не завершили контракт и поэтому не могли делать никаких объявлений. Переговоры с «Apex Plus» затягивались. Пружины Ксандера снова сжимались. А мы с Бенни не виделись вне дней записи. Я умоляла его переехать в Маунт-Вашингтон, и все же каким-то образом мы все еще действовали по разные стороны зеркала. Я знала, что он там, и он знал, что я там, но мы не могли видеть друг друга. Внезапно мне отчаянно захотелось прорваться сквозь фасад.

— Эй. — Я сжала его колено. — Ты приехал или пришел пешком?

— Приехал. Было жарко. — Смущенно он добавил: — У Ричи чувствительные лапы.

— Сваливаешь на собаку. — Я встала. — Отвези меня к себе. Я хочу посмотреть, что ты сделал с Дзен-Приютом.

Мэллори с интересом подняла голову.

— Да? — спросил Бенни. — Правда?

Он уклонялся от разговоров о своем ремонте с тех пор, как нанял подрядчика. Я пыталась убедить себя, что именно поэтому я не была у него дома месяцами — чтобы он мог сделать «большое открытие», когда все будет готово. Но мы оба знали, что это не единственная причина, и тот факт, что он был удивлен моим предложением, наполнил меня печалью. Мы могли бы быть лучше.

— Да, я уверена. Поехали.

Я пригнулась, чтобы не попасться на глаза сталкеру, пока мы ехали через холм, и выпрямилась только когда мы благополучно оказались внутри гаража Бенни.

— У тебя так много мебели, — сказала я, кружась по его гостиной, которая больше не была пустым логовом холостяка, а домом мечты в стиле середины века. — У тебя есть кресла-акценты. И вазы. Бенни, у тебя есть ваза. — Я подняла серую глиняную урну с отвисшей челюстью.

— Сара, — сказал он с пожиманием плеч.

Еще один укол вины. Это должна была быть я.

— Ладно. — Я указала на заднюю дверь. — Давай посмотрим.

Он почесал бороду.

— Помни, еще не всё готово. Нам еще предстоит покраска, и ни одно из кресел еще не прибыло. И некоторые элементы отделки все еще не…

— О боже, Бенни, просто покажи мне.

Он показал.

У меня перехватило дыхание.

Это был совсем не тот темный, затхлый сарай, который он купил пять месяцев назад. Здесь было светло, уютно и совершенно спокойно. Все это время он продолжал называть это сараем, но в нем больше не было ничего похожего на сарай. Я хотела бы жить там. Мне хотелось вздремнуть на невероятно мягком диване и проснуться от вида зубчатого горизонта Лос-Анджелеса. Хотелось греться в лучах света, льющегося из окон, и записывать подкасты с Бенни за роскошным письменным столом из орехового дерева в центре комнаты. Я обошла все пространство, прижав руку к груди, не в силах вымолвить ни слова.

— Тебе нравится? — Он смотрел на меня из дверного проема.

— Думаю… — Я с благоговением покачала головой. — Думаю, что если бы ты когда-нибудь переродился в виде здания, оно выглядело бы именно так.

— Это… перерождение не так работает.

Я рассмеялась.

— Я говорю, что мне это нравится.

Он был явно доволен. Но так же быстро, как появилась, его улыбка угасла, и его зеленые глаза затуманились. Он вышел обратно на улицу и прижал руки к перилам крыльца.

— Эй, — сказала я, следуя за ним. — Что случилось?

Он покачал головой.

Я подождала.

— Хочешь поговорить об этом? — тихо спросила я.

— А ты?

Я не была уверена, о каком «этом» мы говорим. О Луне? О лестничной клетке театра Фокс? О месяцах расстояния между нами? Хочу ли я говорить о сонных галлюцинациях, которые у меня были о моем сталкере? О том, что он вломился, и стоял в виде бесформенной тени в углу, пока я лежала парализованная в кровати? О том, что в последнее время только просыпаясь и находя моего маленького сторожевого пса, мирно спящего у моих ног, я могу убедить себя, что я в безопасности? Было так много всего на выбор.

— Нет. — Не позволяя себе слишком много думать, я сказала: — Я просто хочу обнять тебя.

Ему не нужно было повторять дважды. Он обнял меня, и я прижалась щекой к его груди, вдыхая его запах, слушая, как стучит его сердце. Я не хотела его отпускать. Он прижался лицом к моим волосам и нежно поцеловал меня в макушку, а я задержала воздух в легких, пока не почувствовала, что вот-вот лопну. Казалось, целую вечность мы покачивались взад-вперед на жаре, в тени его идеального маленького крыльца.

— Мне нужно идти, — наконец выдавила я.

Бенни кивнул, как будто ожидал этого, и отвез меня домой.

В ту ночь в Интернете появилась фотография Бенни, целующего меня в макушку перед недавно отремонтированным Дзен-Приютом.

Мы с Сарой тревожно ждем в тени корявой груши на краю парковки начальной школы. Людей больше, чем я ожидал. Сто? Двести? Каждый раз, когда я пытаюсь сосчитать, прибывают новые. Надписи «ЭТА ИСТОРИЯ МОЖЕТ СПАСТИ ТЕБЕ ЖИЗНЬ» и «ТО, ЧТО ТЕБЯ НЕ УБИВАЕТ, ДЕЛАЕТ ТЕБЯ… ВЫЖИВШИМ» издеваются надо мной с кепок и футболок со всех сторон. Теперь наш слоган кажется мне легкомысленным. Мне хочется собрать каждый предмет мерча и сжечь все это дотла.