Это кто переродился? Трилогия
Шрифт:
Ничего не понимающая Вика, посмотрела на Бориса, а тот на Катю.
– Кать, а не это ли «пиво» выпил Омаров?
Та смущенно вжала голову в плечи.
– Я… ошиблась… Перепутала бочки. Он выпил отработанную «философскую бормотуху», как называл ее дядя Силантий… Агрегат они унесли, а вот отработку забыли…
Нагай снова по-богатырски рыгнул. У него в руках пенилась вот уже шестая кружка.
– Славное пиво. В десятки раз лучше того, что наливают в «Пенном свине» негодяя Омарова. Завтра тоже приду, Борис. Оно божественно.
И опорожнив очередную кружку, Нагай направился на выход, и там едва не столкнулся с посетителем.
– Чего встал, невежа? Дай пройти Нагаю! – и едва не сбив мужчину с ног, он пропал в ночи.
А посетитель был высок – одет в длинный плащ и шляпу. Борис было испугался, что это снова Омаров, но нет: тот был куда моложе, пусть и волосы под шляпой сильно поседели. Сопровождали его двое бородачей – один был полностью седым, а вот другой с черной как смоль бородой.
– Добрый вечер, – улыбнулся гость, сняв шляпу. – А я гляжу, вечер удался на славу… Не подскажете, сир Иван Обухов здесь обитает?
Старый слепой мерзавец оказался не так прост: отбивался изо всех своих магических сил, а когда его золоченый костюмчик приказал долго жить – вылетел из бара как пуля, сверкающая белым задом. Там его усадили в машину, и дали по газам.
Ушел, гад. А с ним и моя монета. Ну ничего, его можно было легко найти по зову, но действовать следовало быстро – а то еще гляди, вмешается полиция. К счастью, обмен на монету они оставили нам целый автопарк. Выбирай, не хочу.
– Умеешь водить? – спросил я Артура, и тот, как ни странно, кивнул.
Забравшись в салон внедорожника, я хотел было закрыть дверь, как сбоку увидел красный блеск, рядом с моим окном. Это был мой красный «питомец» – прыгая с уступа на уступ, он соскочил на асфальт и ринулся прочь.
– А ты это куда? Не уйдешь! – прошипел я и указал Артуру на беглеца. – Рыжего лови!
Двигатель взревел и вспыхнули фары. В их желтом свете шар затрепетал, а секундой позже покатился изо всех сил.
– Гони!
Как шар не пытался сбежать, но от автомобиля ему не уйти. Открыв дверь, я подхватил его прямо на ходу и забросил на заднее сиденье.
– Дарья сказала, что тебя нужно приручить, – проговорил я, посмотрев на недовольно фыркающий шар в зеркало заднего вида. – Значит, будем приручаться. Хочешь ты этого, или нет.
Артур газанул, и мы понеслись по улицам города. Зов уводил все дальше.
Я оскалился. А дед Омер, наверное, думал, что сможет уйти? Не проглоти он мою монету – возможно, я бы зашел и завтра, а так…
– Из-под земли достану, – и покосился на шар на заднем сидении. – А тебе нужно придумать имя… Как тебе имя Красный?
В ответ шар отрицательно тявкнул.
– Краснобай? Краснутий? Краснопузый?.. Краснуха! Красильщик? Красношар! Нет?! Краснощек?..
Но шару ничего не нравилось. Тогда Артур пыхнул дымом:
– Рэд? Ну типа красный, но круто-красный?
На это шар промолчал. Я же пожал плечами – звучало глупо, но раз он не против, пусть будет Рэд.
По дороге мы проезжали мимо «Пенного свина», а бар оказался вдвое больше заведения Бориса. Его окна ярко сверкали, а публики внутри было битком. На покачивающейся вывеске был довольный улыбающийся хряк с пенной кружкой в копытце.
– Заверни, – сказал я, и Артур выехал на парковку. – Я скоро.
Выйдя, я направился прямо ко входу. Там меня уже встречали двое. Один из них жевал здоровенный бутерброд.
– Вали пацан, – встал у меня на пути жующий амбал. – Тут малолеткам делать нечего.
– Я на минуту. Ваш босс украл у нас клиентов, и их нужно вернуть.
Переглянувшись, мужики расхохотались.
– Раз ваши клиенты покинули вас, то виноват не босс, а ваш паршивый сервис. Ты чего, из «Золотого котла»?
– Вот и вали туда, придурок!
Я уже хотел затолкать ему бутерброд поглубже в глотку, как сзади показалось алое сияние.
Прыг! – и мне на плечо взобрался Рэд. В следующий миг он кинулся прямо в лицо мужика с бутербродом. Удар был мощный – его просто впечатало в двери, и он свалился на пол с другой стороны. Подскочив на него пузе, Рэд покатился к бутерброду и принялся кататься по нему туда-сюда, превращая его в блин. Раздался грустный писк.
– Так ты голодный что ли? – хмыкнул я. – Так бы и сказал!
Второй мужик удивленно открыл рот – посмотрел сначала на расквашенное лицо своего приятеля, а потом на меня.
– Ах ты…
Но он не успел ничего сделать. Сзади появился Артур со своей новой игрушкой.
– Есть прикурить?..
И не дождавшись ответа, он ткнул дымящимся посохом в зад охраннику – взвизгнув, он отлетел как ошпаренный и получил прямой в нос.
Я же направился в бар, где все уже оглядывались на вход.
– Эй, это Иван! – всколыхнулась половина бара, что полчаса назад еще протирала наши стулья. – Как там Борис? Он жив?
– В порядке, – сказал я, осматриваясь. – Все нарушители спокойствия наказаны. А вы тут чего? Скучаете?
– И не говори… Тут совсем не то…
А дед Омар умеет устраивать свой бизнес – тут действительно было намного красивее: светло, дорого, но без всякого вкуса, запаха табака и атмосферы полуподвальности. В «Золотом котле» было куда лучше.
– Как пиво? – спросил я, подходя к барной стойке, где сидели пара знакомых мне клиентов. – Не разбавляют?
Они тут же пригорюнились. Бармен же вскинул кустистые брови.
– Да как ты смеешь, щенок?!
– Я просто спросил, – улыбнулся, ловя один за другим взгляды, которые говорили мне все. – А то мало ли… Говорят, «Пенный свин» славится своим разбавленным пивом…
– Не то что «Золотой котел»! – раздался возглас среди столов. – Эх, уже жалею, что нынче решился пить вашу бурду!
– Ну и вали! – крикнул бармен. – В свой «Золотой котел»!
– Ну и свалю! Эй, парни, раз в «Котле» больше нет мордоворотов Омарова, то айда к Борису. У него пиво всегда густое!