Чтение онлайн

13.5. Факторы и движущие силы антропогенеза

Факторы антропогенеза – одна из самых спорных проблем современной конкретнонаучной антропологии. Споры учёных ведутся прежде всего по поводу того, какие группы факторов, биологические или социальные, следует считать ведущими и определяющими в процессе антропогенеза. Основы научных представлений о биологических факторах антропогенеза были заложены Ч. Дарвином в книге «Происхождение человека и половой отбор». К основным факторам антропогенеза он отнёс те же факторы, которые в соответствии с дарвиновской теорией являются движущими силами биологической эволюции: наследственность, изменчивость, борьба за существование, естественный отбор. При этом чрезвычайно важное значение придавалось половому отбору как форме естественного отбора.

Неодарвинизм, сформировавший синтетическую теорию эволюции, добавил к классическому дарвинизму такие факторы антропогенеза, как мутации, дрейф генов, популяционные волны и изоляция. В качестве главного фактора антропогенеза, по существу, были признаны мутации, случайные ошибки копирования, происходящие в генетическом аппарате и поставляющие материал для наследственных изменений, отбор же лишь закрепляет удачные изменения. Полезными мутациями пытаются объяснить и прямохождение, и рост объёма мозга, и все морфофизиологические отличия человека от обезьяны. Это и понятно: ведь синтетическая теория эволюции накладывает абсолютный запрет на саму возможность влияния прижизненных изменений организма (его фенотипа) на наследственные изменения (генотипа). В результате колоссальные мобилизационные инновации (ароморфозы), произошедшие с предками человека в небывало короткий по меркам истории происхождения видов период объясняют повышенным радиационным фоном в зоне формирования древнейших людей. Именно повышенная радиоактивность, возникшая вследствие широкого распространения урановых руд в Африке в местах обнаружения австралопитеков, стала мутагенным фактором, вызвавшим наследственные изменения. Итак, ничего не подозревавшая обезьяна, попавшая под облучение, стала обезьяньим мутантом, уродом под названием «человек».

Весьма чётко и недвусмысленно выражают такую трактовку определяющих факторов антропогенеза составители очень полезной хрестоматии по антропологии Л. Рыбалов, Т. Россолимо и И. Москвина-Тарханова. «Важно и то, – утверждают они, – что африканские находки вместе с достижениями генетики опровергают существовавшие прежде представления о постепенном изменении организма человека вследствие трудовой деятельности. Новые открытия говорят о том, что прямохождение, увеличение размеров мозга и другие «человеческие» признаки появились за несколько миллионов лет до возникновения трудовой деятельности и о том, что человек появился не в результате постепенного поступательного развития, а в результате некоего скачка, при этом он длительное время существовал вместе со своими предками, австралопитеками, которые потом вымерли» (Антропология. Хрестоматия – М.: Изд-во Моск. психолого-социальн. ин-та, 2002 – 448 с., с. 81). Так, древнейшие орудия из Гоны в Эфиопии имеют возраст 2,7 млн. лет, тогда как прямоходящие обезьяны появились около 6 млн. лет назад.

Начало исследованию социальных факторов антропогенеза было положено в 1876 г. с выходом работы Ф. Энгельса «Роль труда в процессе превращения обезьяны в человека». Вполне в духе современных представлений Энгельс показал, что человек ведёт своё происхождение от обезьяноподобных предков, живших на деревьях, что уменьшение площади лесов вынудило их перейти к наземному образу жизни и стимулировало переход к прямохождению, что прямохождение высвободило передние конечности от функций передвижения, создало предпосылки для их совершенствования в предметной деятельности и привело к изготовлению орудий В конечном счёте труд стал не только средством для производства материальных благ, он создал и самого человека.

Именно в совместном труде у людей появилась потребность нечто сообщить друг другу. В труде же по произнесению разнообразных звуковых сочетаний неразвитая гортань и ротовой аппарат обезьян обрабатывались и «шлифовались», постепенно преобразуясь в органы членораздельной речи. Благодаря труду появилась возможность использования огня, которая позволила первобытным людям расселиться в холодных климатических зонах, потреблять обработанную на огне мясную пищу, которая, в свою очередь, привела к энергетической подпитке мозга, способствовала его увеличению в размерах и качественному развитию. Совместный труд способствовал развитию общественных отношений между людьми, формированию общества как специфически человеческого объединения индивидов, приходящего на смену первобытному стаду.

Такова в самых общих чертах трудовая модель антропогенеза, начало которой положил Ф. Энгельс, а последующие исследования развили и дополнили её. Фактически эта модель является альтернативной по отношению к биологической модели и её можно с полным основанием обвинить в ламаркизме, хотя она возникла, безусловно, под сильным влиянием дарвиновской теории. Ведь в соответствии с трудовой моделью трудовая деятельность постепенно формировала человека, а приобретенные в труде морфофизиологические признаки и свойства передавались из поколения в поколение, т. е. наследовались. Признавая наследование приобретенных признаков, Энгельс в этом отношении и был ламаркистом, но не в большей степени, чем сам Дарвин, который даже предложил гипотетический механизм наследственных изменений, возникающих в процессе тренировки определённых органов, назвав этот механизм пангенезисом. Получается одно из двух, или-или: или человека сформировал труд, или случайные мутации так изменили морфофозиологический облик человека, что благодаря им человек получился в готовом виде способным к труду, без всякого своего участия приобрёл способность к труду, а направленность его развития задал естественный отбор.

Современные исследователи тратят немало усилий, чтобы совместить несовместимое, мутационную модель антропогенеза с трудовой моделью, категорический запрет на возможность наследования приобретенных в труде качеств с совершенно очевидной в свете палеонтологических открытий решающей ролью труда и изготовления орудий труда в процессе превращения обезьяны в человека.

При этом для придания закономерности мутагенезу в объяснении антропогенеза приходится привлекать катастрофические факторы, подобные тем, которые привлекались для объяснения великого вымирания динозавров, происхождения жизни и т. д. В самом деле, почему мутагенез «сработал» так быстро, что для формирования человеческого рода (который резко отличен от всего животного мира и тех видов и родов, от которых он ведёт своё происхождение) понадобилось столь короткое время? Человек современного типа существует всего около 40 тысяч лет, тогда как многие виды существуют миллионы или десятки миллионов лет. Мозг человека в процессе антропогенеза вырастал так быстро, что размеры черепа обогнали возможности родовых путей, обеспечивающих появление человека на свет. Результатом этой гонки за разумом явилась болезненность при родах и многочисленные проблемы, которые сопровождают рождение человека.

Разумеется, мутационная модель не имеет других средств для объяснения этих феноменов, кроме ссылки на крайнюю интенсификацию мутагенеза, которая в свою очередь не может быть объяснена иначе как привлечением разнообразных космических чудес и катастрофических явлений на Земле. При этом эволюционизм подменяется космическим катастрофизмом, а биология сводится к физике. Наиболее фантастичные из этих объяснений привлекают к участию в антропогенезе космических пришельцев, вступающих в половой контакт с самками неандертальцев. А поскольку наше происхождение от «богов» из космоса так же недоказуемо, как и создание первочеловека на шестой день творения, к факторам антропогенеза, вызвавшим у предков человека повышенный мутагенез, привлекаются периоды солнечной активности, смена полюсов магнитного поля Земли и особенно гипотетический «Чернобыль» в Восточной Африке в период проживания там австралопитеков.

Утверждается, что в этом регионе, предполагаемой прародины (эйкумены) человечества около 20 млн. лет назад в результате повышенной сейсмической активности (землетрясений, извержений вулканов и т. д.) образовались трещины в земной коре и вышли на поверхность залежи урановых руд. Постоянное воздействие радиоактивности в этих местах, которые и сейчас богаты залежами урана, вызвало многочисленные и разнообразные мутации у живших поблизости обезьян, что предопределило появление в готовом виде всех качеств, необходимых для труда: короткорукости, ставшей предпосылкой прямохождения, роста объёма мозга, увеличения количества нейронных связей в мозгу, утраты волосяного покрова тела, образования костного носа и т. д.

Критиковать подобные объяснения, видимо, не имеет смысла, остаётся только развести руками. Эта окрошка из вульгарно истолкованной космологии, физики, геологии и генетической теории мутагенеза опирается лишь на некритическое принятие положений синтетической теории эволюции и представляет собой катастрофистский миф, имеющий мало общего с эволюционизмом. Основной мировоззренческий вывод из этого мифа таков: человек сначала стал человеком благодаря чудотворной игре генов, счастливой случайности, а уже потом стал создавать орудия и пришёл к созданию цивилизации. Поистине случайность – это Бог для недалёких беспорядочных умов!

Идя дальше по пути понимания человека как искалеченной радиоактивностью обезьяны, сторонники этой «синтетической» модели образования человека полагают, что радиоактивная атака на предков человека вызвала у них синдром Бьюси-Клювера, который привёл к кризису самого животного типа существования. С этим синдромом данная «синтетическая» теория антропогенеза пополняется ещё и знаниями из медицины. Синдром Бьюси-Клювера заключается в том, что радиация повредила некоторые участки мозга наших несчастных предков, в том числе миндалевидное ядро, поясную извилину и мозговой свод.