Чтение онлайн

– И на какой подсказке мы сейчас застряли? – поморщилась я, с трудом поднимаясь. Кажется, отбила еще и пятую точку.

– Судя по раутхутам в стенах – Свод Скверны, – ответил Роми, налегая на стену и стараясь заглянуть за ближайшую голову ящера на противоположной стене.

– Погодите, – Елрех свела белые брови на переносице, – а как же печальная подсказка Ил?

Голос Ив за нашими спинами прозвучал не менее печально:

– А ее мы пропустили…

Мы дружно отвернулись от драконьих голов и уделили внимание стене, которую разглядывала Ив. Барельефы находились по обе стороны от двери-иллюзии: два дракона смотрели на нас желтыми топазами, сложив крылья и раскинув передние лапы. У левого дракона в животе была ниша, а в ней – закрепленный факел, склянка с ярким красным зельем и ритуальный кинжал. Кажется, именно им вырезали глаза Аклену.

Аклен… Я посмотрела на второго дракона и задержала взгляд на рубиновом сердце, выпирающем из каменной груди. Картинка действий, которых необходимо выполнить, сложилась в голове мгновенно. Ладони вспотели, и отчего-то проснулся невыносимый стыд.

– Не стоит этого делать, – произнесла Ив, тоже догадавшись, что необходимо.

Почему-то ее реакция разозлила. Возможно, потому что в ней я увидела себя? Мы все по каким-то причинам сомневались и боялись.

– Струсила? – с вызовом поинтересовалась я, выравнивая дыхание. Если ни у кого не поднимется рука изувечить камень, то я справлюсь сама. – Предлагаешь вернуться обратно?

– Вы не понимаете. – Ив бросила виноватый взгляд сначала на меня, а потом на Кейела. – Пока не поздно надо послушать Роми и уйти отсюда.

– Нет, хватит. – Со злостью произнес Роми и устремился к стене с Ил. – Ты слышала их еще вчера. Им нужна сокровищница.

Он ухватил кинжал, быстро приблизился ко второму дракону и за считанные секунды отковырял глаза. Драгоценные камни со звоном упали на каменный пол и затихли.

– Не делай этого, – полушепотом попросила Ив, почему-то с надеждой оглядываясь на застывшую Елрех. – Мы не знаем, что будет.

– Ив успокойся, – с явным трудом сказала Елрех, свесив голову и отступая. Едва не осипла… Да что с ними не так? – Вот именно, мы не знаем, что будет.

– Надо сказать им!

– Замолчи, – рыкнул Роми, выливая на конец факела зелье.

Я скрестила руки на груди, посмотрела на хмурого и тоже растерянного Кейела и спросила:

– О чем вы говорите?

– Что происходит? – голос Кейела прозвучал требовательней.

– Мы сами приведем их на жертвенный алтарь!

– Нельзя изменить предначертанное, Ив, – выцедил сквозь зубы Роми, зажигая факел.

– Можно попробовать! Роми, не надо! Не убивай их!

Он поднес чадящий огонь к рубиновому сердцу, взглянул на Кейела сурово и застыл, тяжело дыша.

– При чем тут предначертанное? – спросил Кейел. Удобнее перехватил кинжал и произнес с угрозой: – Говори, Вольный.

– Поверь, тебе не станет от этого легче. Все равно другого выхода нет. Не для нас с тобой.

Осточертели все! Гребаные маньяки! Со жгучей ненавистью в груди я шагнула вперед, тряхнула руками, ощущая прилив сил, и потребовала:

– Выкладывайте все на чистоту, иначе, обещаю, живым отсюда никто не выберется. – И медленно повторила: – Никто.

На плечо легла тяжесть, и я оглянулась. Елрех смотрела на меня, сжимая плечо, и тихо выдохнула:

– Ил…

– Что опять с этой Вестницей не так?! – собственный голос прозвучал противно, резко.

Елрех сглотнула, кивнула Роми, а затем, глядя мне в глаза, сказала:

– Когда она прощалась с Акленом, то говорила, что пострадают не только они, – и снова замолчала, косясь на Роми и терзая мое плечо нервозным жестом; ее коготки кололи кожу, но хотя бы отвлекали от страха перед таинственным прощанием влюбленной пары.

Когда Роми разочарованно покачал головой и уже хотел было вернуться к начатому, не выдержала Ив. Вздрогнула и быстро процитировала:

– Все будет хорошо, Аклен. Наступит время и сюда придут другая Вестница и другой Вольный. Им тоже придется пожертвовать собой, чтобы у нас было будущее.

– Я предлагал остаться на поверхности, – тряхнув головой, выплюнул Роми. Белые волосы упали на серое лицо, – но вы меня не слушали.

– Почему не сказали сразу? – приглушенно спросил Кейел.

– Я запретил.

– Почему? – повторила я короткий вопрос, и даже от такого разболелось горло, а перед глазами все подернулось. Это не очередная иллюзия и не сон…

Вместо ответа Роми бросил беглый взгляд на Кейела и опустил голову. Я тоже посмотрела на Кейела, и воздух застрял в легких.

«Он верил духу».

Глупая. Кейел тогда не обмолвился, не имел никакого подтекста в брошенной фразе… У Вольных нет родителей, как таковых, но есть духи. Они верят им. Никому так не верят, как им. И что дух Аклена сделал с ним?

Овца на заклание…

– Бывших Вольных не бывает, – обреченно прошептала Елрех, а серые глаза заблестели от слез.

Ив шмыгнула носом и добавила еще тише:

– О Вестницах и вовсе никто ничего толком не знает. Наверное, мы все умрем, если пойдем дальше. Чтобы никто ничего не узнал, от свидетелей избавляются.

– Или умрем, потому что погибнет Фадрагос. – Роми скривился.

– Предначертанное можно изменить, – приглушенно произнес Кейел; его кадык заметно дернулся. – Более того – иногда за него приходится бороться.

Роми горько усмехнулся.

– Твой дух, – с легким кивком озвучил догадку, наверное, полностью понятную лишь Вольным. – До сих пор веришь ему?

– А ты усомнился в своем? – Кейел вздернул подбородок и поморщился с омерзением. Медленно убрал непослушную прядь за ухо и с понимающей ухмылкой протянул: – Отплатил ему за абсолютную свободу предательством. Быть на привязи тебе приятнее?

Привязь? Дух? За предначертанное приходится бороться?.. О чем они говорят? Дух Кейела как-то связан с предначертанным?

– Я… – Роми выдохнул шумно и потер лицо ладонью. – Ты ведь знаешь, что я больше не чувствую его. Он либо оставил меня, либо…

– Либо ты выполнил миссию, и сам этого не подозреваешь, – прорычал Кейел. В краткий миг сократил расстояние между ними до полушага, вырвал факел из рук Роми и со злостью сказал ему в лицо: – Теперь уступи дорогу к жизни другим.

Ив судорожно втянула воздух через нос, обняла себя и, отступая от Вольных, спросила дрожащим голосом:

– Если ты думаешь, что бывших Вольных не бывает только потому, что они не могли исполнить свою миссию, то почему Фадрагос до сих пор цел?