Чтение онлайн

Позади героически ковылял Аггрх. Его поддерживали под руки Михелем и Адинуком. Замыкал колонну Муфад’ал, лицо которого выражало массу эмоций. Он ежесекундно оглядывался, но не столько с испугом, сколько с искренним сомнением в реальности происходящего.

Миновав ворота, компаньоны остановились отдышаться, чувствуя себя в относительной безопасности за шипастой спиной Квви. Сам страж сообразил, что какая-то угроза надвигается именно со стороны казематов, и занял выжидательную позицию.

– Что произошло? – встревоженным шепотом поинтересовался Михель у Хиенны.

– Ваш друг стал кем-то большим, чем он был до того, – туманно ответила суккуба, изредка вздрагивая и морщась от боли. Было непонятно, дрожит она от испуга или это на ней так сказываются две недавние схватки. Монах нежно дотронулся до кровоточащих порезов на спине девушки. Пуута тихонько зашипела от боли, но не отстранилась. Михель беззвучно зашевелил губами, и кровь перестала сочиться, а раны хоть и не совсем полностью, но затянулись.

– Ты лучший, – не оборачиваясь зашептала принцесса. – Он стал Кхинь кхуном. Вы бы назвали его фурором. Правда, фуроры всегда были немного мельче, что ли. Разве только легендарный Пхунорон... но, кажется, даже он был не таким большим.

***

Высоты огромных ворот как раз бы хватило, чтобы в них смог легко пройти, не зацепив рогами потолок, чудовищно огромный Каввель. Он хотел раздвинуть огромные створки, но просто сорвал одну из них и брезгливо отбросил в сторону. После этого великан увидел Квви и замер в нерешительности. С губ исполина срывались капли свежей крови и падали вниз, пачкая обрывки одежды, кое-как прикрывавшие мускулистое тело. Видимо, по дороге он успел перекусить еще кем-то из пленников Меридианы. Фурор буравил стража тяжелым взглядом налитых кровью глаз. Квви тоже застыл, втянул несколькими носовыми отверстиями воздух и засмеялся. Звук оказался на редкость жутким для ушей смертных.

– Давненько, давненько... – словно окунаясь в воспоминания, пробулькал Квви, оставаясь на месте и угрожающе демонстрируя огромные когти на лапах.

Гарб бесстрашно выступил вперед и постучал посохом об пол, чтобы фурор обратил внимание на него.

– Эй! – обратился он к громадине. – Это я Гарб, помнишь меня? Я твой друг.

Хиенна хотела его остановить, но потом передумала.

– Больше мяса? – вопросительно рыкнуло чудовище, которому немаленький Квви едва доходил до пояса. – Пузо битком. Больше не могу жрать.

– Тем лучше, – немного расслабился гоблин и предложил. – Давай просто поговорим?

Каввель наклонился поближе.

– Пищишь тихо, слышу плохо, – не сдерживая зевок, сообщил гигант, присаживаясь на пол между распахнутыми дверями. – Говори.

– Ты вспомнил меня? – прокричал Гарб как можно громче.

– Хм, – задумался великан, потирая подбородок и в упор глядя на шамана. Его взгляд задержался на посохе, и глаза налились кровью еще больше. – Ты бил меня!

Сердитый рев заставил гоблина в испуге отскочить назад и забормотать заклинание щита.

Квви подполз немного ближе, занимая место, на котором стоял Гарб, и заслоняя остальных своей спиной.

– Послушаешь мои стихи? – вкрадчиво булькнул он, переходя на более понятный для потенциальной жертвы всеобщий.

– Ты воняешь! – укоризненно рыкнул в ответ фурор.

– Да, есть немного, – сокрушенно произнес страж. – Тут негде помыться – вся нормальная лава снаружи. Разве только в чьей-то крови, но даже такой душ бывает очень редко.

Великан оглушительно заржал, запрокинув голову, словно услышал очень смешную шутку.

– Давай стихи! – в перерывах между смешками, смог выдавить из себя Каввель. – Хочу!

– Всем заткнуть уши, – предупредила остальных Хиенна.

Одновременно зажимать и нос, и уши оказалось неудобно, но почти все компаньоны справились.

Квви воодушевленно набрал воздуха в увенчанную шипами грудь и начал:

Я сижу на цепи,

Детка, где же ты?

Паутиной зарастаю,

Без тебя я угасаю.

Приходи скорей,

Теплом тела согрей!

Я большой ротозей,

У меня нет друзей!

Если ты не придешь,

Стану сразу как вошь!

Не могу без тебя,

Делай, как я,

Делай, как я! Еу!

Страж ворот не мог из-за опущенных век видеть, что происходило с фурором во время декламации, но другого эффекта вряд ли ожидал. Каввель устроился поудобнее и начал внимать. С каждой новой строчкой его морда все больше становилось похожа на застывшую маску отвращения. Фурор попытался встать, но вдруг оказалось, что сделать это непросто: Квви надежно удерживал его на месте магией. Исполин злобно зарычал. Ответом ему была новая волна речитатива:

Я предел твоих мечтаний,

Не люблю твоих метаний.

Ты скажи да или нет,

Я не приму плохой ответ.

Будем вместе страдать с тобой,

Это будет нашей мечтой.

Чтобы вместе всю жизнь прожить,

Приходи ты со мной тусить!

По заткнутым ушам компаньонов как будто прокатился гномий паровой каток – Каввель все-таки смог преодолеть удерживающее его заклятие и с диким воем бросился бежать обратно в сторону ритуальной залы, не дожидаясь третьей порции пытки. Кошмарный звук скрыл шум падения двух тел, и только обессиленный Аггрх в полуобморочном состоянии заметил, что это были Адинук и Муфад’ал.

Один и не думал затыкать уши, вознамерившись во что бы то ни стало услышать первые в своей жизни образцы демонической поэзии. Другой в силу исключительных ментальных способностей просто не мог не услышать. Да и падать в обморок для него уже почти вошло в привычку.

***

Придя в себя, бард первым делом попытался нащупать зеркальце. Не найдя, расстроился, хоть и не сильно. К новому облику он уже почти привык.

– Это так знакомо, – поежился Адинук и легко поднялся на ноги. – Когда стал каменным истуканом, уже месяца через два тянуло почти точь-в-точь такое же писать. Но записать я тогда не мог, а память подвела, так что совсем ничего не запомнил.

На высказывание эльфа никто не отреагировал должным образом, и он даже слегка обиделся. Другие в этот момент были заняты шушуканьем перед сломанными воротами. Изредка одна из голов быстро поднималась, чтобы убедиться в отсутствии угрозы и затем вернуться в исходное положение в кругу других голов.

– Но он наш друг! – жарко возражал кому-то Михель.

– Ты уверен, что этот друг не станет тебя есть? – слабым голосом ответил ему Аггрх.

– Так он, типа, наелся уже, – так же слабо попытался пошутить Антонио.