Чтение онлайн

— Но она же не фото в рамке, чтобы служить кому-то источником воспоминаний, — возмущаюсь наконец.

Лаки хмыкает.

— Я сказал ей примерно то же. — Пауза. — Когда она ревела на кухне и била посуду.

Мне становится не по себе. Я уже понял, что Морган куда ранимее, чем хочет выглядеть в глазах окружающих. Но плакать после таких нелепых обвинений…

На этот раз молчу, жду продолжения.

— Вся проблема в том, что Миранда сама не может себя простить за то, что наконец-то сумела забыть моего отца. Что-то там обещала, ему, себе… — Что ж, теперь я познакомился с тараканами в ее голове еще ближе. — Миранда сказала, что влюбляется в тебя все больше, но винит себя за это, — продолжает Лаки все так же серьезно. — Хочет отмотать назад и не может. И если бы нашла причину, какой-то твой недостаток, то ей было бы легче от тебя отказаться.

Бред на грани фантастики. Или фантастика на грани бреда.

— И что ты хочешь сказать? — спрашиваю резко. — Что, если я во всем признаюсь, она порвет со мной и опять ударится в самокопание?

Лаки делает в воздухе какой-то неопределенный жест рукой, а затем теперь уже сам забегает вперед, преграждая мне путь, чтобы иметь возможность говорить лицом к лицу.

— Ты ее любишь? — спрашивает в лоб.

— Люблю, — отвечаю так же коротко и прямо.

Мне кажется, или Тайлер выдыхает с облегчением?

Он снова занимает позицию рядом идущего.

— Тогда держи ее. Морган же не жила толком эти годы. Жизнь на меня положила, а о себе не думала. Ей нужны эти новые чувства, отношения — ты ей нужен.

Как все складно: держи и ни о чем не думай. Я так не могу, не умею — привык полагаться только на себя.

— А что потом? — интересуюсь язвительно. — Морган не простит такого долгого умалчивания правды. Будет только хуже.

— Не будет, — Лаки уверенно качает головой. — РДАК обещал ждать месяц. И сначала они попробуют поговорить с тобой, а только потом ликвидировать в случае повторного отказа от сотрудничества. Так что время есть. Слетаем в «круиз», оторвемся от разведки и выборов хотя бы на время. А когда вернемся, я сам ей все расскажу.

— С чего бы? — возмущаюсь и смотрю на молодого человека недоверчиво. — А мне что в это время делать? Прятаться за твоим плечом?

— Если надо, спрячешься, — огрызается Тайлер. Ветер бросает ему челку на глаза, и Лаки приходится откидывать ее со лба, что портит серьезность момента. — Мне она простит что угодно, — заявляет уверенно. — Скажу, что знал давно и уговорил тебя молчать — то есть правду. Морган поймет. Но пока дай ей время отделаться от призраков прошлого. Сейчас правда только все испортит.

Доходим до ворот. Они распахнуты, и отсюда уже видно огромную фигуру в черном, прохаживающуюся по тротуару рядом с припаркованным флайером, таким же черным, как и форма его водителя, — Билли Боб уже на посту.

Лаки тоже замечает своего телохранителя, останавливается, чтобы оставаться за пределами зоны его слышимости. Смотрит на меня в упор.

— Морган уже похоронила себя заживо, — заканчивает жестко. — Ты можешь ее вытащить, я — нет.

И замолкает, ждет реакции. А я не знаю, что ему сказать. Меня всегда привлекали совсем другие женщины, те, у которых не было проблем и которые не доставляли проблем мне. Моя привязанность к Морган аномальна для меня самого. Но я на самом деле ее люблю. Не любил бы, ни за что ей такого не сказал бы — подобными словами я не бросаюсь.

— Но ты скажешь ей сразу же по возвращении из «круиза», — ставлю условие. — Это крайний срок.

Потому что РДАК тоже дольше ждать не будет, и мы оба это понимаем.

В ответ на мои последние слова на лице моего собеседника тут же расплывается широченная улыбка, как будто кто-то щелкнул выключателем.

— Заметано. И сразу Рикардо. Даю слово!

Скрепляем договор рукопожатием. После чего Тайлер бросает мне короткое «до встречи» и спешит к ожидающему его Билли Бобу, за последние пять минут уже несколько раз демонстративно посмотревшему на часы.

А я так и стою у ворот, провожая взглядом улетающий вдаль флайер.

Мы слишком много говорим и мало делаем. Опять говорим и ни черта не делаем.

Но если Тайлер прав, и я могу вытащить Миранду из того болота, в которое она сама же себя и загнала, то я ее вытащу.

Разворачиваюсь и быстрым шагом направляюсь в сторону ЛЛА.

В моем распоряжении всего месяц, и я собираюсь использовать его по максимуму.

***

— У себя? — спрашиваю Барбару, заглядывая на кафедру.

Блондинка-секретарь занимается тем, что смотрит на компьютере что-то, что явно не имеет отношения к ее работе, потому как слишком резко она затемняет экран и поднимает голову с видом подростка, которого родители застали за просмотром порно.

— Д-да, — отвечает с запинкой. — Предупредить?

— Не надо, — отмахиваюсь, а сам уже почти у двери в капитанский кабинет. Оборачиваюсь через плечо, взявшись за ручку. — А если кто придет, пока я там, предупреждай.

Барбара широко распахивает свои и без того непропорционально большие глаза, а я заговорщически ей подмигиваю и скрываюсь за дверью.

К черту, мы слишком много говорим и мало делаем — хочу делать.

— Джейс? — Морган удивленно поднимает голову, отрываясь от бумаг, разложенных перед нею на столе.

Без слов преодолеваю расстояние от двери до хозяйки кабинета, подхожу, нависаю над столом и целую ее. Миранда отвечает, но ее глаза удивленно расширяются.

— Что случилось? — спрашивает растерянно, когда я позволяю ей вдохнуть воздуха.

— Ничего, — пожимаю плечами, отступив и на всякий случай убрав руки в карманы брюк — все-таки рабочий кабинет в академии, полной студентов и секретарем за стеной, не лучшее место для разврата — в прошлый раз все вышло само собой. — Готов поспорить, ты даже не обедала. Сделай перерыв, пошли гулять и где-нибудь перекусим.

От моих слов в глазах Миранды загорается блеск, и я понимаю, что ей очень хочется согласиться на предложение. Но чувство долга берет верх над безрассудством. Она качает головой, отчего непослушная прядь падает на лицо, и ей приходится заправлять ее за ухо.

— Джейс, я бы с радостью, но не могу. До отправления в путешествие осталось три дня. Мне нужно еще раз все проверить.

А вид у Миранды уже по-настоящему усталый.

Присаживаюсь на край ее стола, вполоборота к ней.

— Я могу тебе чем-нибудь помочь? — спрашиваю серьезно.

Морган усмехается.

— Разобрать бумаги? Потому что я уже все перепутала.

Пожимаю плечом.

— Почему бы и нет? Но разве для этого не предназначена Барбара?

Миранда закатывает глаза при упоминании своей якобы помощницы.

— Боже, нет! Она перепутает все окончательно!

Смеюсь при виде настоящего ужаса на ее лице. Видимо, Барбара уже что-то начудила, и теперь точно больше не будет допущена к важным документам.

— Готов побыть твоим секретарем, — вызываюсь добровольцем. — Говори, что нужно.