Чтение онлайн

– Не забывай про блюстителей нравственности, вполне могут устроить какую-нибудь гадость. Внутри охраной занимается Контора, поэтому лишних за кулисы не пустят, самым наглым могут и ребра пересчитать.

– Должна же быть от вас хоть какая-нибудь польза...
– Линн стерла грим и сейчас вытирала лицо и шею мягким полотенцем.
– Остальное дома отмою, в ванне... Сейчас, только волосы расчешу... Вся голова зудит.

Чуть слышно скрипнула дверь, и вошла Клер.

– Вот вы где!.. Воркуете, голубки?
– Несмотря на грозный тон, она улыбалась и явно пребывала в хорошем настроении.
– Ты как, милая? Способна передвигаться самостоятельно?

– Сейчас, вот только уложу волосы поприличнее, и буду одеваться... Поможешь?

– Конечно!
– Клер подошла к ней сзади и положила руки на плечи.
– А Криса мы попросим выйти, там в коридоре кто-то ходит, ищет «ту самую актрису, что играла статую». И кто только его сюда пустил?..

Намек удалось понять без дополнительных объяснений, так что пришлось выйти. Как я и думал, в коридоре никого не оказалось, даже артисты все разошлись по гримеркам, из-за дверей которых доносился приглушенный шум. Понятно, сейчас обсуждают в узких кругах, потом соберутся вместе и начнут праздновать. А Линн не хочет принять участи в гулянке?.. Судя по всему — нет. Она не стала тут своей, и кто-нибудь из местных примадонн вполне может втихомолку устроить мелкую гадость, например, подбросить слабительного в бокал с шампанским. Зависть, она такая...

Я прошелся вдоль по коридору, выглянул дальше в проходы к сцене и к выходам. Никого... Надо же, охрану сняли? И когда? Решили, что раз спектакль окончен, то все?

Через открытые двери зрительного зала доносился шум — в фойе публика торопливо грабила... в том смысле, что допивала запасы шампанского и бренди в буфете. Другие степенно получали свои пальто и шубы в гардеробе. Слушать их разговоры у меня не было желания, так что можно спокойно вернуться к гримерной Линн.

– Ну и повезло этой выскочке!.. Завтра во всех газетах про нее напишут!.. Видела, сколько раз ее фотографировали?..

– А в чем тут везение? Торчать голой у всех на глазах? Да кто ее замуж возьмет, после такого!..

– Просто у вас самих фигуры не подходящие, так что ваше возмущение мне смешно!..

– Да ты сама вообще на вешалку похожа, причем старую!..

Мда, совсем не хочется слушать такие разговоры... Могли бы и потише болтать, слышно даже через закрытую дверь!..

– Как ты думаешь, у нашей дебютантки уже есть... близкий друг?
– это уже мужской голос, из другой гримерной.

– Вроде бы есть... Его каждый день видели, он ее к дверям театра подвозил.

– Неужели не пришел на спектакль посмотреть?..

– Да был он здесь, видел его мельком... Лучше с ним не связывайся.

– С чего бы? Друг не стенка, можно и отодвинуть!..

– Я тебе говорю — полегче!.. Помнишь нашего молодого художника-оформителя? Ну, который ко всем бабам подряд приставал?

– Да помню, только вот куда он делся? Не видел его несколько дней уже...

– Короче, я тебе сейчас скажу, а ты молчи, понял?

– Да что за тайны королевского двора такие?

– Слушай, чучело!.. Этого художника нашли в переулке, недалеко отсюда. Зарезанного... И с ним еще четверых. Болтают, это была его знакомая банда.

– Ну а девчонка здесь при чем?..

– Так он, опять же по слухам, получил от нее по яйцам, когда полез руками куда не надо... Вот и хотел проучить, ее и ухажера. Соображаешь?..

– Хочешь сказать, что это они их всех...

– Ничего не хочу сказать. Так что закрой пасть и улыбайся, мол, ничего не слышал, ничего не знаю. Может, у них там своя банда какая, вот и почикали придурков...

– Ну и зачем ты мне это рассказал?
– В голосе послышался настоящий испуг, который пробил даже на расстоянии.

– Чтобы ты думал, про что можно болтать, а о чем нет... И с кем... Полиция там следов не нашла, будто испарились. Так и написали, что все друг друга порезали, «на почве личной неприязни», ага...

– И откуда ты все это знаешь?

– Сосед в участке служит, вчера за пивом проболтался. Ты на банкет идешь?

– Что я, совсем дурной, от дармовщины отказываться?

– Тогда не тяни, время уже подходит!..

Ну, если все скоро выходят, то нам нужно исчезнуть отсюда еще раньше. Перенести сразу двух я не смогу, так что и в самом деле придется ехать домой по старинке, на трясучем экипаже с благоухающей лошадью... И не зря мне тогда лицо одного из нападавших показалось смутно знакомым... Но говорить о нем Линн точно не буду, уже незачем.

– Дамы, если хотите выскользнуть отсюда незаметно, вам лучше поторопиться, - решил я напомнить им о себе.

– Мы уже скоро выйдем, - послышался тихий ответ Клер. Судя по интонации голоса, она улыбалась.
– Можешь выйти раньше, мы сами к тебе подойдем, где и договаривались.

Если так, то мне стоять тут незачем. Наверное, агенты Конторы быстро очистили здание театра от лишних персон, и занялись наведением порядка снаружи. Потому что я смог расслышать только разговоры из-за дверей гримерок, проверил своим «чутьем» - нет, вокруг все спокойно, в оркестровой яме пусто. Разве что притаившиеся мыши начинают несмело выглядывать из своих норок, но это меня не касается. Пусть ими займутся здешние кошки, видел тут парочку серых полосатиков...

Я стоял недалеко от бокового выхода из театра и ждал Клер, которая решила сопровождать Линн. Хотя спектакль закончился минут тридцать назад, публика у центрального входа не торопилась расходиться. Им всем там медом намазано, что ли?.. Расходитесь уже давайте, а то из-за вас артистки домой попасть никак не могут. У черного хода и так дежурят самые хитрые из газетчиков, подкарауливая «...ту самую актрису, которая изображала статую». Видимо, всех других они знают в лицо? Линн с помощью Клер весьма изменила внешность, но идти через центральный вход все равно было рискованно. Вот и договорились, что я их встречу здесь, и затем провожу до ближайшей биржи извозчиков, благо, что это буквально за углом.

Хм, здесь тоже образовалась небольшая толпа оживленно беседующих людей, многие из которых явно только что вышли после спектакля. Ну ничего, дам в сопровождении мужчин и просто парами тоже хватало, многие были в шляпках с густыми вуалями, так что вряд ли Линн и Клер смогут быстро узнать в лицо, да и не выходят актеры здесь почти никогда...

Наконец-то!.. Я увидел их, когда они вышли из широких дверей и начали спускаться по ступеням, осторожно переставляя ноги — ну да, здесь хватало выбоин на плитах, можно поцарапать новые сапожки. Понимаю и не осуждаю. Но хочу, чтобы они шли хоть немного побыстрее!

Линн довольно сильно изменила внешность — воспользовалась своим старым артефактом, к тому же в дело пошли накладки на... хм... разные места. Так что ни по лицу, ни по фигуре узнать ее стало невозможно. Я стоял, смотрел на приближавшихся женщин и улыбался.

Вдруг рядом громко всхрапнула лошадь. Я обернулся и увидел, что почти вплотную ко мне остановился экипаж извозчика... Которого почему-то не оказалось на месте. И кнут не торчит из гнезда, как они его оставляют обычно, когда ненадолго отлучаются...