Чтение онлайн

Я поднялся наверх, в кабинет, и стал выкладывать свое оружие на стол для чистки. В спальне вроде было тихо, поэтому я решил пока что туда не входить, вдруг разбужу кого-нибудь. Сел в кресло и закрыл глаза. Наконец-то можно спокойно отдохнуть!..

– Что, тяжело?
– раздался тихий голос Клер, которая вошла в комнату.
– Могли бы и на извозчике добраться.

– Линн попросила меня перенести ее домой побыстрее...

– А что случилось?

– Помнишь, я говорил, она попросила меня сделать артефакт, чтобы согреваться во время репетиций? Там сквозняки, и сцену продувает насквозь, а костюм сама знаешь какой...

Клер усмехнулась.

– Результат оказался не тот, который был нужен?

– Ну... Она не замерзла. Только пожаловалась... На странные ощущения, которые мешали ей сосредоточиться.

– Какие ощущения? Ты сделал что-то еще?

– Да пусть она сама тебе потом расскажет!.. Ей, видите ли, стало чудиться, что я ее обнимаю... Но когда артефакт проверяли здесь — про это ни слова не было! А я виноват...

– Такова твоя нелегкая доля, мог бы и привыкнуть.
– Клер тихо смеялась.
– Знаешь... Сделай мне такой же артефакт. Можешь?

– Да ничего сложного, заготовки еще остались... Теперь уже знаю, как и что.

– Ничего не переделывай, просто повтори свою поделку. Вдруг понадобится запасной... Или я мерзнуть зимой начну. Хотя... Он ведь может работать для кого угодно?

– Там нет привязки к человеку. Но предупреждаю — его нужно хорошо прижимать к своей коже. В прическе тоже можно, только если он будет касаться головы. Заплетать его в косу не получится, это мы уже проверили.

– Ты его сделай, а уж как его использовать — я сама потом разберусь. Он хоть не обжигает?

– Нет, просто человеку становится тепло, и он не ощущает ветра. С чего у Линн такое получилось, не знаю...

Клер снова задумчиво усмехнулась.

– Ладно, пусть это останется ее маленькой тайной. Что она еще сказала?

– Сказала, чтобы ее разбудили к ужину, и уснула.

– Надеюсь, ты спел ей колыбельную?

– Она была на меня сердита, не до песен...

– Да, петь вам точно было некогда... Переодевайся, неотразимый ты мой! Обещаю, если ты сделаешь такой артефакт и для меня — сердиться не буду.

* * *

Я только-только закончил ежедневную чистку револьвера и вытер руки о тряпку, как в кабинет зашел кот. Он был явно встревожен, оглядывался по сторонам и бил себя хвостом по бокам. Нечасто приходилось его таким видеть... Вернее, почти никогда. В чем дело?

Наш черношерстный друг семьи подошел к столу и запрыгнул ко мне на колени. Хорошо, что я успел вытереться, кот вряд ли одобрил бы попытку его погладить руками, измазанными в ружейном масле.

– Что такое?

Кот взгромоздился лапами ко мне на грудь и принялся яростно тереться головой о мой подбородок и громко мурлыкать.

– Да что с тобой случилось?

Кошак в ответ начал жалобно мяукать, громко и протяжно.

– Ладно тебе, сейчас вроде осень, а не март месяц. Или у тебя болит что-нибудь?

Мяуканье стало еще громче. Я пригляделся — из глаз кота лились самые настоящие слезы.

– Нет, что случилось? Ты хоть подскажи... Или давай я тебя прямо сейчас к ветеринару отвезу, вдруг что серьезное!..

Услышав про ветеринара, кот прекратил мяукать, посмотрел на меня сквозь слезы, спрыгнул на пол, подбежал к окну, влез на форточку, только я его и видел!

Я встал и подошел к окну — нет, внизу на земле никого и ничего. Понятно, он с подоконника прыгнул на карниз, потом с него - на крышу веранды. Хорошо, а то второй этаж все-таки... И что такое с ним случилось? Будто сказать хотел... или предупредить?

Только я уселся в кресло — в дверь заглянула Клер.

– Ты с кем сейчас разговаривал? Я думала, здесь Линн...

– Она спит, хочет получше отдохнуть, завтра у нее трудный день.

– Да, завтра премьера... Все же, кто тут у тебя был? Опять знакомое привидение в гости пожаловало?

– Нет...

– Ох, - Клер вошла в комнату и встревоженно смотрела на меня.
– Да ты бледный, как стена!.. Как у вас говорят, на тебе лица нет!.. Ты заболел?
– Она материнским жестом приложила руку мне ко лбу.
– Вроде жара нет... Или в городе сьел какую-то гадость? Говорила тебе, не обедай где попало!..

– Да нет же...
– Я взял ее за руку и усадил к себе на колени.
– Просто... Кот заходил.

– И где он сейчас?
– Клер покрутила головой, осматриваясь.

– Представляешь, залез ко мне на колени, стал мурлыкать и тереться об меня. Потом замяукал, пронзительно так...

– Наверное, эти вопли я и услышала.

– Да... Я подумал, может, у него что-то болит, предложил отвезти его к ветеринару.

– Прямо так и сказал... коту?
– Клер улыбнулась.

– Да, именно так и сказал. И представь себе — он сразу прыгнул на окно, и через форточку, по карнизу убежал на веранду.

– Ты бледный, потому что из-за кота расстроился?
– Она осторожно приподняла мне подбородок.

– Да сам не знаю... И так с утра муторно на душе, погода влияет, наверное. Как там Джонатан?

– В печали... В школе занятия давно начались, а уроки с ним делать сейчас некому. Разве что Джинни помогает, если получается. Ничего, сейчас закончится эта история со спектаклем, Линн займется. Главное, чтобы у нее в голове летучие мыши не взбесились от успеха.

– Пока такого не замечал. Да сколько там осталось-то? Завтра премьера, и потом еще два спектакля. Режиссер вроде бы обещал только три представления... Если вообще не единственное.

– Нет, ты сегодня определенно не в духе.

– Милая, от тебя ничего скрыть не получится... Но сейчас сам не пойму, в чем дело. Говорят, такое бывает в бою, перед самой атакой. Когда сидишь в окопе и не знаешь, что с тобой будет через пять минут.

– Ты разве сидел в окопе?

– Не приходилось... Наверное, мне просто очень страшно...

– Ты же у меня такой смелый, чего тебе бояться? На оборотней в одиночку охотился...

– Тогда... Тогда мне было нечего бояться. А сейчас... Будто там не один оборотень, а целая стая, и в револьвере остался последний патрон...