Чтение онлайн

– Так!..
– решительно сказала Клер.
– Эта твоя хандра мне совершенно не нравится!.. Кстати, ты закончил делать артефакт-обогреватель для меня?

– Вот, держи.
– Я наклонился к столу и вытащил из-под листа бумаги похожую на финик деревяшку.
– Как им пользоваться, я тебе уже рассказывал. Только вот Линн недавно выяснила, что крепить его на себе пластырем не очень надежно — может отвалиться в любой момент.

– Ничего, я что-нибудь придумаю, - промурлыкала Клер и поцеловала меня.
– Спасибо, мой чародей!

Положив деревяшку на стол, она обняла мою шею обеими руками.

– Нет, с тобой обязательно надо провести сеанс исцеления. Только вот сегодня я не могу, - Клер еле заметно покраснела.
– Линн спит, просила ее не будить. Да и не желательно — еще понаставишь ей синяков перед самым спектаклем...
– Тут покраснел уже я.

– Может, не надо?

– Надо, милый... Надо!.. Ты ведь не хочешь завтра все испортить своим кислым видом? Вдруг у Линн пропадет вдохновение?.. Так что я даже согласна отправить тебя на пару часов к подружкам в зачарованный лес. Уж они точно вернут тебя к жизни!..

– Милая, пожалуйста, только не это... Сегодня точно нет. Просто сиди здесь и обнимай меня, пожалуйста...

– Ну, если ты так хочешь...
– Клер поерзала, устраиваясь удобнее, и прижалась ко мне.

– Вот, совсем другое дело. Теперь я уже точно не хочу никуда лететь, мне и так хорошо!..

– Ты уверен?

– Да. И... прости, что я уделял тебе так мало времени. И... Стивену тоже.

– Ты опять за свое?
– насторожилась она.

– Нет, просто... да что такое...
– у меня запершило в горле.
– Скажи, почему ты вообще ответила тогда на мое письмо?

– Не скажу. Всего лишь почувствовала родственную душу... Ты ведь знаешь, что такое психометрия, так почему спрашиваешь?

– И тебя ничто не испугало?

– А почему я должна была испугаться? Ты же помнишь, о чем мы говорили с тобой...

– Про подсвечник и оборотня?.. Действительно, после такого пугаться писем вряд ли будешь...
– Я уткнулся носом в шею Клер и замолчал, поглаживая ее по спине. Ну и чуть ниже, куда же без этого! Как ни странно, хозяйка спины возмущаться не стала.

– К тому же... Новых предложений сниматься в хороших фильмах давно не было, деньги почти закончились... А другие предложения меня не заинтересовали. За некоторые вообще хотелось сразу пристрелить... Жаль, что нельзя...

– Я помню.

– Ну вот... И тут посыльный приносит вызов на съемки в ваши края. Неожиданно, но... Очень заманчиво — оплаченный проезд, номер в гостинице по высшему разряду, гонорар... очень даже приличный, больше, чем я получила здесь за предыдущий фильм. Почему бы и нет?.. И вот я выхожу из поезда... Специально ждала, пока все пассажиры разойдутся, чтобы никто не приставал... А на платформе стоишь ты, да еще с таким глупым видом...
– Клер хихикнула.
– Не обижайся, я знаю, у меня самой вид был не лучше.

– Просто я увидел миссис Джонсон и Джонатана и подумал, что она совсем не похожа на известную артистку. Обернулся, потому что меня окликнули...

– Да, да, да... И пылинки, застывшие в лучах света, мы с тобой уже вспоминали...

– Только не говори, что я сразу тебе понравился.

– И не скажу. Я вообще дама привередливая, разве ты не заметил? Но после того, как пришлось делать тебе искусственное дыхание... Не захотелось отпускать.

– И ты не отпустила...

– Можно подумать, ты сопротивлялся этому!

– Я боялся, что меня не отпустят вместе с тобой...

– Пусть бы только попробовали!
– Клер чмокнула меня в щеку и встала.
– Ну что, идем на кухню? А то если ты останешься здесь один, начнешь лечиться привычным способом.

– Что ты такое говоришь, когда такое вообще было?.. Да там и лечиться нечем, буквально всего на одну рюмку осталось... маленькую...

– А я тебе про что говорю?.. Идем, Сюзан нас порадует!..

И правда — Сюзан не обманула надежд Клер. Только что закончила печь пирожки, и не простые — с ягодами. Откуда она их взяла, вроде давно уже не сезон?.. Ах, варенье!.. Ну и ладно, нам и так сойдет!

На звуки посуды и запах пирожков тут же появился Джонатан, но ему достался только один пирожок на пробу.

– Остальное — когда покажешь готовые домашние задания, - сказала неумолимая мама. Так что ему пришлось помыть руки и вернуться к себе в комнату, продолжать неравную борьбу с учебниками по математике и грамматике.

– Ничего, теперь он не будет тянуть, я по глазам видела.
– Кто бы спорил, я не стану.

Сюзан явно почувствовала неладное, поэтому быстро перемыла посуду и распрощалась до утра. А мы с Клер остались сидеть за небольшим кухонным столом. Можно сказать, дурачились — кормили друг друга пирожками. Она берегла фигуру, поэтому в основном жевал я. Когда пирожков на блюде стало гораздо меньше, мое настроение слегка улучшилось.

– А ты уже не такой бледный, - заметила жена.

– Спасибо тебе и Сюзан, вы смогли вернуть меня к жизни.

– Если ты опять стал человеком, тогда пойдем. А то Джонатану ничего не достанется!

– Он сумеет налить себе чай?

– Конечно, уж с этой задачей он точно справится! Другие задачи я у него сейчас и проверю, - Клер встала и вышла из кухни. Мне осталось только вымыть чашки с парой тарелок. Вроде бы отпустило, и непонятная тревога больше не сжимала голову и сердце колючими лапами...

Утро началось без будильника — я давно научился вставать сам. Стивен несколько раз просыпался ночью, но Клер отказалась от моей помощи, умело меняя пеленки и укачивая малыша. Может быть, она не хотела, чтобы мое нервное состояние передалось и ему? Так вроде бы вечером я перестал тревожиться... Или нет?

Линн уже давно проснулась, и занималась своими делами. Сюзан тоже тихо позвякивала кастрюлями на кухне. Судя по запахам, она там чародействует уже давно, успела вскипятить чайник для самых нетерпеливых. Вот для меня, например.

– Доброе утро, Сюзан! Там еще остались ваши чудесные пирожки?

– Осталось три штуки, будете? Но оставьте хотя бы один для Джонатана...

– Да мне и одного хватит, я так, для разминки... Кстати, вы нашего кота видели?

– Вчера вечером. Я его покормила, а затем он убежал наверх по лестнице, будто спешил куда-то... Почему вы спросили?

– Он забежал в кабинет, залез ко мне на колени, стал тереться об меня и громко мяукать. Я уже подумал, что у него что-то болит... Или что он плачет от боли...