Чтение онлайн

Перекусив, мы стали обсуждать недавние события. Все указывало на то, что Город, как мы его по привычке именовали, больше не мог гарантировать полной безопасности. Если в первые месяцы после Катастрофы я практически не встретил ни одной живой души, то сейчас с каждым днем этих душ становилось все больше. И их величина нас пугала.

— На твою карту нужно нанести не только дороги и особые приметы. Давай уж, заодно, и границы обитания всех встреченных нами зверей. Не сусликов, конечно. А тех, кто может представлять серьезную опасность. Согласен? А пока… попробую перечислить. У южного края живут собаки. Одна, а может что и две стаи. Больше вряд ли — не прокормятся. В самой степи — Бурые. Даже если собаки убили их — где гарантия, что нет других? Потом — лев, которого ты встретил, когда охотился на крыс. Представляешь, если бы он выбрал не их, а тебя своей добычей? Сам говорил, что с таким зверем в одиночку не совладать. Утешает, что ты видел его всего один раз. Потом, крысы… их становится все больше. Следы появились, да и Угар, нет-нет, придушит одну, другую… Ну, и эти кошки, наконец. Не кажется ли тебе, что наши походы стали рискованными? Я не говорю, что следует сидеть дома… но ради чего мы здесь?

Я развел руки, всем видом показывая Нате нежелание спорить. Однако она ждала ответа, и я, нехотя, был вынужден найти какие-то слова…

— … Да, опасно. Но не более чем остаться в живых после всего. В первые дни можно было угодить в трещину, сварится заживо в кипящей воде, просто сломать ногу… Всего хватало. А теперь, да, звери. Но… Мы не можем жить затворниками, Ната. Нет людей в руинах — могут встретиться в ином месте. Однажды… я уже рассказывал тебе! — я мог их найти. Его мать… — я кивнул в сторону мирно возлежащего Угара. — Она поедала, извини за подробности, человеческую ногу. Вынужден повторится — слишком свежую для случайно откопанной после землетрясения. Потом… Та группа, погибшая при нападении трупоедов. Люди есть, Ната. И мы их найдем.

— Зачем?

Вопрос поставил меня в тупик. Как понимать девушку? Мы не однократно обсуждали — какой может оказаться эта встреча? Но, ни разу — зачем она вообще, нужна? И, ерзая на холодных камнях, я приводил разные доводы, хотя и сам сомневался в собственных словах…

— Зачем… Как ты себе представляешь нашу жизнь? Набег тех же крыс, одна серьезная рана — и с кем ты останешься? Болезнь, от которой нет лекарства, да даже обычная простуда — кто поставит диагноз, кто возьмется лечить? Наконец, еда… Запасы подвала воистину огромны, но всему приходит конец. Чем мы станем питаться? Хорошо, можно никого не искать… а что дальше? Ради чего все это?

— Ты был один. Ты смог выжить. Я была одна. Выжила. Теперь нас двое… Тебе еще кто-то нужен?

Я смутился. Как-то очень сурово выразилась юная девушка, слишком явным прозвучал ее намек.

— Ну, разве что Угар. Его общество мне подходит больше, нежели толпы поклонников на двух ногах. Но я — не ты. Я… за малым — старик. Еще несколько лет, и этот меч будет мне уже не по силам. Кто будет тебя защищать?

— А тебя? — Ната более не шутила. — У меня хорошая память, Дар. И я не забыла, кому обязана жизнью. И тем, что сейчас нахожусь здесь, а не на своем острове. Так что еще вопрос, кто кого будет защищать.

— Ты молода…

Ната резко перебила:

— Я знаю все, что ты хочешь сказать! Мне никто не нужен! Ты понял? Если мы и ищем людей… То не для того, чтобы отдать меня смазливому юнцу, или матерому кобелю! Мы просто — ищем! Для того чтобы знать, есть ли на свете еще кто-либо, кроме нас! И не более того! И я никуда не уйду, если ты это имеешь в виду…

Я потупил глаза… В свойственной ей манере, Ната отмела напрямую все мои тревоги на ее счет. Но имел ли я право удерживать девушку, если мы, когда-нибудь, действительно встретим людей? Слишком многим она для меня стала… а кем для нее самой стал я?

— Ладно… Со мной все понятно. Едва я оправился после всего, сразу стал искать уцелевших. Я плохо представляю себе жизнь без людей. Вернее, вообще не представляю. Нет, я могу жить один, более того, так даже проще… но, только зная, что где-то есть еще кто-то, кто может изъясняться на внятном, человеческом языке. Я понятно излагаю? Мне было просто жутко каждый день убеждаться в том, что на всем белом свете нет никого, кроме меня одного. Разве ты не испытывала тоже самое, на острове, отрезанная от большой земли? И не поэтому ли ты подала сигнал бедствия?

— Какой сигнал?

Я поднял голову. Ната непонимающе вздернула плечи:

— Я не отправляла никаких сигналов… И как это можно сделать, не имея ни телефона, ни рации, я не понимаю?

— Подожди… Но я прекрасно помню! Свет от костра, ну, трудно уже сказать, может даже фонарь… Три длинных вспышки, три коротких. Ты же скаут, пусть и немного, неужели не знаешь, что означает подобный сигнал?

Ната широко раскрыла глаза, нервно теребя подол куртки:

— Скажу. Это SOS. Международный сигнал о помощи. Но… я не посылала его. И у меня никогда не было фонаря. Да и костер я всегда боялась разводить — из-за людоедов, а также ящера. Меня могли обнаружить… Я всегда готовила себе пищу в укромном месте, защищенном от чужих взглядов. Даже дым от костра меня мог выдать…

— Так и есть…

В нескольких словах я вновь передал Нате все перипетии своих поисков меж полузамерзших озер Провала. На этот раз вспомнил и ощущения, когда отказался от мысли посетить лес, от которого веяло угрозой.

— Ты был на краю Провала. Увиденный свет… Получается, не я одна находилась там, внизу? И ты решился… только из-за этого, спустится? Даже не зная, зачем спускаешься и кого можешь встретить? А ведь мог наткнуться на этих… оборотней.

— Но нашел я тебя…

Ната пересела поближе:

— Наверное, я никогда не смогу за это расплатится…

Вместо ответа я сгреб ее в охапку и укрыл собственным плащом.

— Молчи лучше… Платить она вздумала. Мне достаточно того, что ты здесь и со мной.

Теперь сама Ната решительно меня обняла… Мы молчали, не нарушая установившуюся тишину. Только непоседливый пес слонялся вдоль берега болота, время от времени делая стойку на им одним замеченную добычу. Или, просто играл — порой Угар вел себя как самый обычный щенок…

— Если ты не ошибся… А ты не ошибся — это так. Значит, там, внизу, может, до сих пор кто-то бродит по лесам… и ждет?

— Предлагаешь повторить?

Ната передернула плечами:

— Не… Нет. У меня духу не хватит.

— У меня тоже.

Она посмотрела мне в глаза и молча кивнула — увидела, что я говорю правду. В самом деле, решиться на еще один такой спуск я мог только в самом крайнем случае…

— Есть хочешь?

— Можно… Опять пеммикан?

— Мне тоже надоело. А есть выбор? Мы не в подвале, готовить особо не из чего. Или ты взяла с собой что-то еще?

— Взяла. Снасть.

— ?

Ната выскользнула из-под руки:

— Мы ведь шли к воде? Вот я и подумала… Ты рассказывал про удачную рыбалку. Почему бы и здесь не закинуть удочки?

Я почесал в затылке:

— Не думал как-то… Болото, вроде. Хотя… воды чистой как видишь, хватает. Да и после того улова, я больше не пытался. Рыбка… мало знакомая.

— И что? Угар лопает зверьков гроздьями, не отравился пока. Да и ты тоже. Крола мы ели? Эту… корову, похожую на овцебыка?

— Ну, они травой питаются… А рыбы — неизвестно, чем. Ты хоть догадываешься, сколько и чего могло оказаться в этих водах?