Чтение онлайн

После очередного, вероятно, самого мощного удара, земля под ногами вздрогнула, мы, потеряв равновесие, одновременно упали на колени. Угар взвыл, цепляясь лапами за камни — он съезжал в неожиданно возникшую расщелину! Одним рывком оттолкнув Нату, я бросился к псу. Успев ухватить его за холку, другой рукой вбил меж кусками плит топор, пользуясь им как ледорубом. Вес пса, давно превысивший все мыслимые величины, заставил меня напрячь все силы…

— Ната!

Девушка, до сих пор, будто, не понимая всей трагичности ситуации, будто очнулась. Она тоже бросилась к нам, и я был вынужден ей крикнуть:

— Назад! Тоже сползешь… Меня! Меня обвязывай!

Ната, сообразив, что от нее требуется, ловко набросила петлю и привязала другой конец, к торчавшей из земли, рельсе. Освободив руку от топора, я ухватился обоими за шерсть Угара и, сам взвыв от напряжения, потащил его от края ямы. Ната, вцепившись в канат, помогала по мере всех своих возможностей…

Оказавшись на безопасном расстоянии, я посмотрел на ладони — кожа окровавилась, а пальцы никак не могли разогнуться. Угар, спасенный от неминуемой гибели, благодарно лизнул руку.

Толчки прекратились внезапно, а затем исчезли и молнии. Только темные тучи, прильнувшие к земле, казалось вплотную, источали сильный туман и пронизывающий холод.

— Посмотри наверх! Посмотри!

Ната так вскинулась, что я с тревогой поднял глаза — что там опять уготовлено? Не веря своим глазам, протянул раненые ладони… С неба падал снег! Не грязные, липкие, неприятные капли той взвеси, что падала на протяжении стольких месяцев, а настоящий, чистый и белый снег! Даже при том скудном освещении, мы могли увидеть его чистоту!

— Не может быть!

— Снег! Снег! Настоящий! Это ведь снег, Дар! Это не грязь! Ты понимаешь? Это снег! — Ната радовалась, словно увидела такое чудо впервые. Я приблизил руки к лицу — снег… Еще не веря собственным глазам, рискнул лизнуть — холодный, тающий в ладонях, вкусный, словно колодезная вода… Снег!

Мы кидались мягкими, слипающимися комочками, бросались снежками в Угара, кричали или даже — визжали, словно выбравшиеся на свободу щенки! Пес, явно не понимая причины восторга, крутился рядом, отряхиваясь от каждого попадания, а потом и вовсе сбивший нас обоих с ног.

— Снег! Ната, снег!

Когда спал первый восторг, и мы упали навзничь, нимало не заботясь о чистоте одежды, я, полуобернувшись к Нате, произнес:

— Ты понимаешь?

Она кивнула.

— Если это снег… а это — снег! То, значит, небеса стали очищаться! И мы, наверное, скоро увидим настоящее солнце!

Она, не находя слов, второй раз кивнула. Я сгреб ее и приблизил лицо раскрасневшейся девочки:

— Мы дождались, Ната…

Вместо ответа она потянулась ко мне губами. Теряя голову, я коснулся ее губ своими…

… Встать нас заставил холод. Лежать на снегу, укрывшего все белым пушистым ковром было приятно, но вряд ли он походил на теплую вату. И мороз, до того не замечаемый, напомнил о себе. Снег быстро превращался в корку.

— Ччерт! Если не поторопимся — придется идти по насту!

— Может, переночуем в руинах? Ты сможешь найти дорогу… после этого? — Ната указала на абсолютно белую поверхность руин. Я озадаченно пожал плечами:

— Ну, вероятно… Угар сможет!

Надежда на пса оправдалась. Снег нисколько не помешал ему отыскать тропу. Практически замерзая, мы, уже поздним вечером, почти без света, добрались до одного из заранее примеченных убежищ — таких насчитывалось в городе около двух десятков. Мы давно подготовили почти каждое к приему, оставив, где запас продуктов, где одеяла или ковры из наших запасов. И сейчас я удовлетворенно смотрел на лаз, ведущий к безопасному ночлегу — предусмотрительность себя оправдывает!

Ната, идущая первой, пригнулась, собираясь юркнуть вниз. Угар, до того плетущийся чуть сбоку, вдруг насторожился и глухо заворчал. Я ощутил гнетущее беспокойство… чувство очень знакомое, почти осязаемое.

— Ната, нельзя. — Я старался говорить тихо, чтобы не испугать девушку. — Отойди…

Она вскинула удивленные глаза, но послушалась, едва увидела выражение на моем лице.

— Что там?

— Не знаю. Угар беспокоится. И я… Тоже.

Уставший до предела, я всматривался в отверстие лаза. Вместо ожидаемого отдыха нас встретила новая неприятность, и я пока не представлял — какая? Но, то, что она существует — не сомневался. Угар вздыбил шерсть и продолжал ворчать, не отрывая взора от дыры. Я тоже испытывал тревогу…

— Внутри? — Ната, внешне спокойная, сняла с плеча лук и вытащила стрелу, накладывая ее на древко. Я покосился — давно ли мы стали столь решительными? Весь привычный мир перевернулся, превратив планету в гигантский могильник, на костях которого словно ни откуда появились невероятные твари из кошмаров, жаждущие плоти и крови уцелевших! И что же? Прошло всего ничего — и она, сама еще едва ли не ребенок, уже привыкла к смерти и готова убивать! Природа просчиталась, оставив в живых двух представителей человеческой породы — даже этого достаточно, чтобы все прочие уяснили, кто здесь настоящий хозяин!

— Не спеши. Внутрь мы не полезем. Если эта… Если там кто есть — нарвешься на удар лапы или укус.

— Выманим?

Не отвечая, я посмотрел на Угара. Тот навострил уши — из глубины лаза донесся едва слышимый писк!

— Щенки? Собаки? — Ната тоже услышала. Но звук, донесшийся из глубины, не походил на скулеж. Я приблизился к отверстию — писк сразу прекратился.

— Если там щенки… А где тогда родители? — Ната, осознав серьезность нашего положения, перевела взгляд на ближайшие руины. — И сколько их?

От холода уже сводило скулы, тетива, которую Ната продолжала держать в напряжении, неожиданно щелкнула — в руке осталась только стрела!

— Лопнула?

Ната, в сердцах указав на оружие, сделала пару шага назад… Я, понимая, что промедление может стоить нам жизни — мы рисковали застыть на ветру! — бросил внутрь камень. В ответ послышалось грозное шипение. Уже догадываясь, что внутри, я, уже более смело, запустил еще один камень — вместо шипения раздался глухое рычание, слабо похожее на настоящий рык могучего зверя.

— Котята!

— Котя… Котята? — Ната непонимающе посмотрела. Я кивнул, указывая на отверстие:

— Да. Это не щенки. Здесь нет собак. Как там пищат крысиные детеныши — не скажу. А вот кошки… похоже.

— Но, тогда их мать…

Ната не успела договорить. Стремительная тень, появившаяся словно ниоткуда, сбила ее с ног! Затем, она же устремилась ко мне — и, в свою очередь, оказалась сбитой могучим торсом Угара, метнувшегося наперерез! Клацанье клыков, злобное рычание, визг и шипение, сцепившийся клубок мохнатых тел — мы даже не пытались вмешаться, рискуя поранить пса. Схватка продолжалась несколько секунд — затем противники на мгновение отступили, выбирая очередной момент для нападения. Мне этого хватило — напротив пса, вынув спину и ощерив пасть, с устрашающими саблевидными клыками, замерло то самое создание, что едва не убило Угара в первые дни после его перерождения! Едва поняв, с кем придется иметь дело, я выхватил меч — на подготовку лука времени уже не оставалось. Ната, выхватив дротик, метнула его в «кошку» — и тот, прожужжав, воткнулся прямо перед мордой зверя! Мимо!