Чтение онлайн

— Мы должны идти, Ната. Если он жив — вернется. Если нет — мы уже не поможем…

— Я не пойду!

Она стиснула зубы, упрямо сбрасывая с плеча мешок.

— Не пойду!

— Хорошо… Будь, по-твоему. Остаемся.

Элина встала рядом со мной, я слышал, каким учащенным стало ее дыхание.

— Дар, правда… Мы ведь не бросим Угара?

— Элина, девочка моя… Что мы можем сделать?

Она тронула Нату за плечо:

— Ната…

Та обернулась и уткнулась в ее плечо.

— Ну что ты, как маленькая… — Элина растерянно обнимала вздрагивающую Нату, а я, скрепя сердце, сел на камень еще влажный от воды.

— Все. Как хотите… Будем ждать.

— Ната… — Элина перешла на еле слышный шепот. — Так нельзя. Ты мне сама говорила! Нельзя не слушаться…его. Пойдем домой!

Ната подошла ко мне и, вытирая слезы, улыбнулась:

— Извини меня, родной… Ты прав, конечно. Нельзя здесь оставаться. Через час все застынем. Пойдем домой. Я верю — Угар вернется…

— Поздно! — Элина уставилась на ближайшие камни и напряженно закусила губу…

— Что?

— Похоже, нам отрезали дорогу…

Я вскочил на ноги, сразу встав, спина к спине с Натой, как в тот раз, когда мы готовились к схватке с одичавшими собаками. Элина молча тянула из колчана лук. Я подхватил свой — как хорошо, что мы успели подтянуть тетиву на них! Ната достала дротик и резко взмахнула им.

— Плохо. Древко отсырело, скользит…

— И у меня оперение на стрелах все смялось!

Мы переглянулись. Я не спрашивал, кого увидела Элина. Все стало ясно без слов. Здесь, поблизости от реки и береговой линии развалин, могли обитать только одни существа, чье перерождение представляло для нас прямую угрозу. Раньше мы их в городе почти не встречали — крысы-трупоеды, не появлялись в нашей местности. Но, видимо, подземные ходы, в частично затопленном метро, все же сохранились, и они отыскали дорогу сюда. А хлеставший ливень и появившиеся многочисленные ручьи, попавшие под землю, вынудили их покинуть убежище. Знакомый скрежет зубов-резцов слышался отовсюду!

К чести моих девушек, они не испугались: обе изготовились к битве, сжимая в руках оружие.

— На вершину! Живо! — я вспомнил про одиноко стоящую неподалеку стену, которая угрожающе покосилась и в любой момент могла обрушиться вниз. Но выбирать было не из чего: если уж она простояла столько времени, то, может быть, выдержит еще немного? Внизу у нас не оставалось никаких шансов — шуршание тяжелых туловищ по грязи и устремленное отовсюду сверкание глаз, в наступивших сумерках, говорило о серьезном перевесе в численности хищников.

Элина взобралась на вершину плиты первой, за ней я подтолкнул замешкавшуюся Нату и сам едва успел убрать ногу от щелкнувшей внизу пасти. Ната отбросила назад нахального зверя точным попаданием — она ухватилась за край бетона и ногой заехала крысе в морду. Та с визгом полетела на своих собратьев. Ната протянула перед собой дротик, отбивая других нападающих. Я выхватил меч и наотмашь рубанул — дикий визг и разъяренное рычание послужило ответом. Крыса, с обрубленным носом и ухом, упала на спины стремящихся добраться до нас, трупоедов.

— И сколько они нас тут еще продержат? Мы долго не высидим! — Ната с ожесточением ткнула острием дротика в морду еще одной, стремящейся дотянутся до нас, крысы.

— Долго. Это умные твари! Видишь, они перестали кидаться на лезвие, как очумелые.

— Откуда их столько? — Элина спокойно прицеливалась в крупного зверя — черного вожака, стоявшего поодаль и словно руководившего нападением.

— Дождь. Вода затопила их норы и вынудила подняться наружу. Ну, а учуять наш запах и броситься в поисках добычи — не велика задача. Но их, и, правда, слишком много…

Крыс внизу столпилось не менее трех десятков. Элина, хищно усмехаясь, заявила:

— У меня в колчане стрел — пятнадцать штук!

— У меня не меньше. Но в них, не так-то легко попасть: эти твари все время скачут, а после первой же, раненой, попрячутся…за камни и будут ждать, пока мы не свалимся в их глотки сами.

— Попробуем…

Она прищурилась и выбрала цель. Треньк! По уху словно проехали наждачной шкуркой! Ната, вскрикнув, погрозила Элине кулаком:

— Смотри, куда стреляешь!

У нее оказалась выбита прядь волос над виском — стрела рыжеволосой едва не угодила в голову Наты!

— Я за крысой следила! — оправдывалась девушка, увидев, как мы оба вытираем капельки крови с содранной кожи.

— Хорошо, что так… Ладно, Ната. Она ведь случайно. Попала хоть?

— Да!

Но мы и сами видели, что попала. Товарки погибшей, рвали последнюю на части, как и всегда, в таких случаях! Среди этих зверей не встречалось того единства и сплоченности, что присуща волкам и диким собакам. Последние, объединившись, становились непобедимы не только количеством, но и безудержной отвагой, наиболее ярко проявляющейся в минуты опасности, для, кого-нибудь, из членов стаи. И своих раненных защищали отчаянно! Трупоеды, напротив, добивали своих — и одно это уже вселяло во всех охотников и бродяг прерий отвращение к буро-серым монстрам. Прикончив подранка, крысы быстро попрятались за камнями. Как я и сказал, уходить они не собирались — расположившись полукругом, как в загоне, они ждали, пока мы спустимся!

— Ах, вот как?

Еще одна стрела Элины взвилась в воздух. Пространство перед стеной огласило предсмертным воплем — еще одна тварь забилась в конвульсиях. Мучения длились недолго — стая разорвала ее, как и первую.

— Вот жуть… — Ната попыталась метнуть дротик, но я удержал ее руку.

— Зачем? Размахнуться, сидя, ты все равно не сможешь. Если кто и попадет в таком положении, так только Элина.

— У меня лопнула тетива!

Я выругался, не стесняясь девушек. Мой лук слишком тугой для Элины, а стрелять самому очень неудобно. Мы почти висели на стене, цепляясь за выбоины и трещины, лишь ей, сумевшей залезь на самую вершину и усевшейся там, как на насесте, удавалось, не теряя равновесия, хоть как-то отбивать агрессию этих созданий.

— Сколько так продержимся?

— Линка — долго. Я — вряд ли. И так, пальцы немеют…

Я крикнул девушке, пытающейся соединить концы тетивы:

— Элина! Протяни нам пояс!

Она кивнула и, бросив свое занятие, развязала ремень. Девушка вытянула Нату к себе, и вся плита, задрожав, несколько накренилась!

— Ччерт! Не шевелитесь! Равновесие теряем… Мне к вам нельзя — все завалится!

Ната, не дослушав, встала на край плиты, как канатоходец, размахнулась и метнула дротик. Бросок девушки не пропал зря — третья хищница, загребая лапами, ткнулась мордой в землю! И опять, вся стая, набросилась на подранка, довершая то, что начала Ната… Но потом случилось то, что положило конец нашему сопротивлению — девушка пошатнулась, и, не успев ухватиться за руку подскочившей Элины, соскользнула и покатилась по накренившейся стене вниз. Она сумела ухватиться за мою ногу, отчего я сам едва не разжал пальцы — такой силы получился рывок. А затем и Элина съехала за ней следом. Но той повезло меньше: она неловко дернулась и ударилась головой о выступ. Ната отчаянно вскрикнула. Элина, распластав руки, безжизненно опускалась прямо в оскаленные пасти сбегающихся к ней хищников.

— Нет!!!

Я разжал пальцы, которыми держался за края трещины. Ната, не ожидавшая такой реакции, на свой крик, успела ухватиться за кусок торчащей из стены, арматуры. И в следующую секунду, вся стена, задрожав, рухнула оземь. Мы сильно ударились. Во все стороны полетел песок и битый кирпич — на какие-то мгновения, это сдержало стаю. Элина лежала неподвижно, не приходя в себя. Возле ее головы стало расплываться темно-красное пятно… Я вскочил на ноги, крутанул вокруг себя мечом, но стая даже не нападала, и только смыкала смертельное кольцо! Мы полностью оказались в их власти! Ната встала рядом со мной, выхватывая из-за пояса сразу и нож, и томагавк. У нее заиграли желваки на скулах, и я явственно услышал, как она скрипит зубами…