Чтение онлайн

Зорька неожиданно подскочила к Элине и рывком притянула ее к себе. Сова снова стал отбивать ритм, сопровождая его с пением — а они уже кружились в танце вдвоем… Индеец вновь стал издавать жуткие, горловые звуки, еще сильнее и резче ударяя по кожаному полотнищу бубна, еще быстрее закружились танцующие — а потом одежда стала слетать и с Элины! Ната широко раскрыла глаза, вопрошая меня без слов — но я молчал, предоставив девушке самой решать, как поступать. Скоро они обе, позабыв о стеснении, прыгали через огонь столь же голыми, какими появились на свет! Индеец пел и стучал, дикий речитатив шамана завораживал, девушки танцевали, будто обезумев, Ната что-то шептала, уставившись в глубину костра — а я, дрожа от возбуждения, сжимал кулаки и скулы, едва сдерживаясь, что бы самому не пуститься в этот безумный пляс… Внезапно Сова прекратил удары, издав какой-то совершенно жуткий вскрик. Я содрогнулся, будто кожей прочувствовав глубину ночи и наше присутствие на этой новой, преображенной земле. Девушки обессилев, упали возле костра. Ната набросила на Элину одеяло, а Зорька, нисколько не смущаясь, прильнула к своему суровому мужу…

На крик Совы отозвался далекий пхиал волчьей стаи. Он ответил еще одним, не менее громким криком-ревом — волки не отозвались.

— Меняется время, меняется жизнь. Прошлого не вернуть, Маленький Ветерок. Не шаману говорить о том, каким он видит будущее… Он скажет лишь то, что хочет видеть, а правда окажется иной. Каменной, или железной — все равно. Но это не возвратит к прошлому.

Он оборвал свой монолог и обернулся ко мне:

— Мой брат выглядит потрясенным… Он никогда не видел танцующих дев?

— Голых — нет. Да и танцев, таких — тоже. Вернее… Нет, это и не танец вовсе!

Сова кивнул:

— Это молитва. Кто-то возносит ее тихо, шепча про себя и отдавая поклоны. А кто-то — устраивает шоу, где пытается доказать всему миру, что он самый набожный… Мой народ относился к этому проще. Он не искал богов в храмах, не рисовал их ликов и не заучивал слов, которые сложно запомнить и нельзя произнести иначе, чем принято.

— И все же, ты — Шаман? — интонации Наты были полувопросительны, полу утверждающие… — Стало быть, служение высшим силам и у твоего народа не могло быть доступно любому и каждому?

— Маленький Ветерок хочет сказать, что индеец становится шаманом для того, чтобы передавать другим волю неба? Нет, у нас это не так… Шаман — это голос памяти, голос земли и воды, звезд и травы, души убитого тобой зверя, крови, которую ты пролил. Шаман не заставляет никого верить — он живет этой верой. Верой в саму землю! Землю, которая имеет множество имен, хоть женских, хоть мужских, и сама является живой!

— Я поняла… — Ната согнала улыбку с лица. — Вы верите в то, что она… Разумна?

Сова неопределенно кивнул, впрочем, этот кивок можно было истолковать по-всякому…

— Скажи тогда, брат мой… Скажи, если Она разумна — почему допустила это?

Мой вопрос прозвучал достаточно тихо — но все мгновенно замолчали, ожидая ответа от сразу помрачневшего индейца.

— Вы, белые, всему стремитесь придать конечное значение… Да, мы верим в то, что Земля жива. Но мы также знаем, что она слишком велика, а мы — слишком малы, и все, что происходит на ней, не связано ничем и никак с нашими просьбами и желаниями… Этим и отличается наша вера от той, что владеет вами.

— Ну, точно не мной… — заметила вполголоса Элина.

— Вы уверены, что ваш бог слышит все ваши молитвы, и чем сильнее и жарче вы их преподносите, тем большего эффекта должны от них добиться. Мы — никогда не просим. Мы — благодарим! За саму возможность жить, и за то, что эта жизнь стоит того, чтобы за нее сражаться! Мы чувствуем землю… Ее боль, ее дыхание, стук ее сердца!

— Да… — Элина, все так же, кутаясь в одеяло, снова подала голос. — Дыхание и стук — точно!

— Огненный Цветок внял ритму шамана, остальное пришло само… А Ясная Зорька показала пример!

Юная девушка застенчиво спрятала лицо на груди индейца. Я невольно подался к Элине — вдруг, красавица захочет тоже скрыть румянец своих щек от посторонних глаз? Мой порыв был замечен обоими — Ната чуть прикусила губу, а Элина, резко отстранилась назад…

Сова, увидев наше замешательство, отослал Зорьку принести воду — а сам обратился ко мне:

— Мой брат рассказывал, как вам пришлось убить нескольких, когда он и Маленький Ветерок наткнулись в лесу на чужаков. Тогда, когда вы вырвали из их лап Огненный Цветок. Вы тогда прикончили не всех?

— Нет, — хладнокровно произнесла Ната. — Один, похоже, смог удрать. А нам хватало проблем и без его поисков.

— Жаль… — вполне серьезно протянул индеец. — Сова хотел бы знать, кто из людей долины поднял руку на человека… Как на добычу. У нас еще никто не покушался на жизнь другого, ради пищи.

— Ты уверен? — я сильно сомневался в его словах. — Разве ты можешь знать все, что происходит в долине? В том же озерном поселке случаи убийства случались не единожды. Помнится, Док говорил нам, что подобное… В общем, на его глазах люди уже поедали людей. Пусть, не в самом поселке, но в долине! Разве можно уследить за всем, что в ней происходит? На этих пространствах легко потеряться бесследно.

— Все оставляет следы, мой брат Дар. Прежде всего — поступки. Если кто-то из уцелевших хочет жить, упиваясь для этого кровью других — он враг Белой Совы.

— Ты более лукав, чем я думал… — я усмехнулся, внезапно догадавшись… — Ты тоже проверял меня, на празднике Мены? Правду ли мы говорили… И смогу ли я убить, да? И, кажется, оказался разочарован, вижу… Не делай удивленных глаз, индеец. Белый всегда хитрее — если знаешь историю, то не станешь спорить.

— Не буду. Хао. Мой брат верно разгадал слова Белой Совы.

— Значит ли это, что ты уже все решил за нас обоих? Можешь не отвечать. Так оно и есть… А за мной и тобой потянутся другие? Но я не индеец, Сова. Я — обычный человек, пусть и вынужденный жить почти что, по твоим меркам. На природе и в борьбе с ней. Я стану призывать всех, сплотится против несправедливости… И неминуемо столкнусь со Святошей, и его бандой? А тогда мне понадобится надежная рука воина, не так ли? Нет, Сова, я ни с кем не собираюсь воевать. Что мне до людей долины? Дай нам, хотя бы самим, приспособиться к тому, что происходит. А те, малость обнаглевшие выродки, водящие дружбу с монахом — зачем они нам? И, если уж до конца следовать твоей же логике — в поселке тоже есть мужчины, которым не помешает доказать свое право на штаны! Надеюсь, от меня таких свидетельств больше не потребуется?

— Мой брат не хочет быть вождем… Стара предвидела и это. Пусть. Нас рассудит время. Но, как бы не опоздать — Святоша подомнет под себя весь поселок и станет прижимать вольных охотников.

— Если они вольные — то ни Святоша, ни, кто-либо, другой, не заставят их подчиниться! А рисковать жизнью друга, ради своих скрытых целей… — это не очень красиво, Сова.

Мы все с удивлением обернулись на вспыхнувшую Элину. Она потупилась и отвернулась в сторону.

— Как знаешь… Вспомни мои слова, когда сам начнешь искать поддержку, мой брат. Но Сова тебе в ней не откажет. Не будем больше. Хао.