Чтение онлайн

— В принципе, я не тороплюсь, надо отогнать, отгоним. А технику освоить не сложно.

— Вот за это спасибо.

Уже всех развязали, те вернули свои вещи, оружие и документы, забрали с немцев что могли. Я прихватил ранец, не глядя и солдатский котелок, с крышкой, кружкой и остальным оснащением. Даже пару пайков. Ещё танкисты тело погибшего товарища завернули в кусок брезента и подняли на корму танка, увязывая. Решили с собой взять. Я кстати снял один «МГ» с коляски, патронов побольше набрал, с других мотоциклов тоже, и унёс в кустарник, а там прибрал в хранилище. Вещь нужная. Так что теперь имею два «Люгера», «МП-40», карабин «Маузера» и «МГ-34». С хорошим боезапасом. Пока хватит. Ещё бы с оптикой где найти. Я не про бинокль, что с планшеткой с унтера снял, а оружие для снайпера найти, тогда совсем хорошо было бы. Танкисты же как-то быстро свернули лагерь, мотоциклы подожгли, я уже устроился на месте мехвода, мне выдали шлемофон, и даже запасной комбинезон, в танке был, военфельдшер села на место стрелка, так что смог запустить двигатель. С трудом включил сразу третью скорость, я не лгал, в прошлой жизни водил танки, но такие тяжи нет. Ничего, разобрался, трансмиссия описана на табличках, где какая скорость, так что танк вскоре шустро пополз прочь. Кстати, баки действительно полные. Датчик показывал. Да ладно это. Я видел в держателях блестят снаряды. Их-то те где нашли? Люка для эвакуации над головой не было, он был у Ольги, так что сидел в темноте, всего два окошечка в бронестекле, и то сомневаюсь, что те пулю удержат, и вот видя дорогу, управлял техникой. Вот так километров пять проехали, скоро речка будет, где я ужинал.

— Короткая! — вдруг заорал капитан, мы на связи, мой шлемофон подключили, я остановил танк, и почти сразу раздался грохот выстрела.

Да и Ольга рядом застрочила из пулемёта, мстительно прищурившись. Я уже и сам видел в триплексы, как перебегают люди в знакомой серой форме Вермахта. Рядом, на берегу речки, стояла техника, где рванул снаряд, и что-то загорелось. До них было метров двести от силы. Это значит мы появились из-за посадки и увидели друг друга? Похоже так, хотя рёв нашего движка те не могли не слышать, но видимо за своих приняли.

— Вперёд! — раздался приказ, расслышал его в треске шума наушников шлемофона.

Так что врубил вторую, и стронувшись, покатил к немцам, иногда замирая по приказу, и танк вздрагивал от очередного выстрела. Кстати, узнал откуда снаряды. Повезло найти в лежавшей на боку машине. Воняло горелым порохом, стрелянные гильзы лежали на полу, от них несло вонью, ничего не видно было из-за дыма, но судя по азартным репликам экипажа, всё было в цвет. Подводить танк к лагерю вплотную капитан всё же не стал, а со ста метров методично стал расстреливать всё что представляло опасность для нас, включая пехоту. А тут ещё заорали, о наших. Мне тут не видно ничего, однако приходилось управлять танком, тяжёлая в управлении машина. В смысле физически, гидравлики-то нет, однако, я уже и сам видел, как захлестнули разбитый лагерь немцев, бойцы в таких знакомых гимнастёрках. Меня оставили в танке, Ольгу вот попросили наружу, нужны медики были. А та молодец шесть дисков расстреляла, и явно не наобум, а прицельно. В общем, нас в танке трое осталось, капитан тоже куда-то вышел. А через десять минут вернулся. Заглянув в люк стрелка, велел мне:

— Не глуши машину. Вылезай, тут дивизия прорывается, с ними безлошадные танкисты из разных частей. Нашли тебе замену. Спасибо Ваня за помощь.

— Спасибо не булькает. Вы мне справку напишите о моём участии в боевой операции, и разойдёмся, — прикинув всё так и эдак, сказал я.

Тот слегка удивился, но в просьбе не отказал. Правда, перепоручил её штабу дивизии. Там все бланки и печати были, а у него они отсутствовали. Танк принимал другой мехвод, Ольга среди медиков мелькала, помогали раненым. Тут тысячи две бойцов и командиров оказалось. Как их с воздуха-то не обнаружили? Видели те лагерь немцев со стороны, но слишком крупный, шесть танков было, и вооружения много, когда вдруг появился наш тяж, и стал расстреливать немцев, вот и вмешались. Уже стемнело, когда те двинули дальше, решили не задерживаться, а я остался. Всё что нужно те собрали, даже технику побитую обобрали, и ушли. Я же покачал головой, а ведь с момента как меня остановил унтер, прошло всего два часа, а столько событий произошло, сам дивлюсь. Пока же двинул прочь от расстрелянного лагеря. Немцы тут потеряли три сотни солдат и офицеров. Кто-то убежал или спрятался, но если меня рядом найдут, сразу шлёпнут. Нет, надо валить. Я пошёл прочь. Правда не сразу, искупался выше по течению в речушке, постирал одежду, комбинезон и шлемофон мне оставили, как подарок, тоже постирал. А то пахло порохом от него, потом просушу, ну и налегке двинул прочь. Отбегу подальше и поищу место для дневной стоянки. Жаль мотоциклы сожгли, надо было отогнать и один прихватить в хранилище, а теперь чего уж там. Да, бумагу в штабе дивизия получил, с печатями и штемпелями. Даже комдив подписался, благодаря Ивана Градова за помощь. Вот такие дела. Ну а что, не знаю, что дальше будет, а вот такая бумага она всегда пригодится.

Отбежал я километра на три, кстати. Двигался свободно, особо не шатало, забрался в кустарник, и вскоре уже спал, накрывшись плащом с мотоциклистов. Снял с держателя одного из мотоциклов. Шинельку бы вместо подстилки, но чего нет того нет.

Следующие два дня обошлось без приключений, и я благополучно добрался до окраин Кобрина. По пути в расстрелянных машинах нашёл пару новых шинелей, форму моего размера, три комплекта, сапоги, а одежда качественная, пусть будет. В кабине «полуторки» в зажимах нашёл новенький карабин «Мосина», забрав, а с разбитого «Т-26» снял пулемёт, сошки к нему нашёл под сиденьем, и прикрутил, плюс двадцать дисков. Жаль пустые. Патроны мне пока не попадались. Зато бутылочка оружейного масла и ветошь были, нашёл в ранце с мотоциклистов, и привёл всё оружие в порядок, почистив. А у Кобрина увёл с аэродрома, тут фронтовая часть дислоцировалась, связной «Шторьх». Тихо в темноте подкрался, касанием его убрал, плюс две бочки бензина со склада горючего, и канистру машинного масла. Также тихо и покинул территорию. Повезло, хотя один часовой насторожился, напрягся, пришлось полежать в траве, пока не успокоится. А потом дальше. К слову, у штаба этой лётной части стояли велосипеды, и легковые мотоциклы. Вот один легковой, плюс велосипед, выбрал получше, и прибрал. Теперь хоть лёгкий транспорт был.

Капитану я не правду сказал, говоря, что хочу поискать тех, кто поезд расстрелял. А потом задумался, пусть легенда моя, почему в сторону Кобрина иду, но почему бы на самом деле не поискать? В принципе, пока хранилище качается, да опция големов не заработает, я особо некуда не тороплюсь, почему бы на самом деле не поискать их? Тем более такие нелюди сразу к немцам на службу пойдут, и молчать не станут, как поезд расстреливали, чтобы поднять свой авторитет, так и найду. Потому отбежав, запустил движок и покатил на мотоцикле прочь. Дорога свободная, всего раз две встречные машины проехали, а говорят немцы ночами спят. Так и добрался до знакомых мест. Ну да, начал узнавать ориентиры. Карты имею, а на аэродроме и спёр, когда дежурный в туалет вышел, ближайшая деревня, это Заречье. Начну с неё. Добрался благополучно. Технику обслужил и прибрал, и найдя место для сна, кстати, смрад разложения часто доносился с полей, как по дороге, так и тут недалеко от деревни. Нашёл место в хвойном лесочке, вроде не пахнет, обустроился в ёлочках, и вскоре уже спал.

Поспал я неплохо, ближе к двум часам дня проснулся. Позавтракал, благо отварил из припасов мотоциклистов, супчик, какао сделал, было чем питаться, но хватит ещё дня на три, поэтому нужно запасы сделать.

Вот так отряхнув свою одежду, ту самую, в которой очнулся в этом теле, поправил кепку. Плешь постепенно зарастала, но всё равно приходилось прятать под головным убором. В общем, вышел на дорогу и двинул к деревне. Детишки бегали, деревенские своими хозяйствами занимались, с поля гнали коров, видимо на дойку, и главное, вскоре из одного дома вышел вооружённый мужчина, в пиджаке, но белая повязка на рукаве была. На плече ремень винтовки «Мосина». А вот и полицай. Думаю, он в деревне один. Хотя не факт, увидим. Деревня в стороне от автострады находилась, но всё же несколько грузовиков стояло на улице. Видать в домах расселились. Ну а полицай подошёл ко мне, и сходу спросил что-то на белорусском:

— Не понимаю.

— А москаль? — даже обрадовался тот.

— Откуда вы знаете, что я из Москвы? — заулыбался я.

— Да сразу видно. Идём, накормлю тебя, и спать уложу.

— Было бы неплохо, спасибо.

А тот к своему подворью отвёл, и к сараю, открыв дверь, пригласил внутрь.

— Заходи, будет тебе и хлеб, и соль.

Касанием убрав его в хранилище, оставив створку двери прикрытой, сам сарай пуст, я огородами ушёл за околицу и дальше к посадке. Километра на два отбежал. Ну и достав полицая, вырубив, дальше снял с него всё ценное. Привязал к стволу дерева, и дождавшись, когда очнётся, допросил. Не скажу, что быстро, но вполне качественно. Нет, этот из идейных, на немцев работал. Не из тех что по приказу наших властей к немцам пошёл, чтобы важные сведенья передавать. Поэтому после допроса ударил его штыком в грудь. Готов. Оставив тело привязным, я с задумчивым видом вышел на дорогу, осмотрелся, свидетелей вроде нет, достал «Шторьх», и уже вскоре летел в сторону Варшавы. Что по допросу, то да, в цвет. Да и вообще известная история за такое время обросшая множеством слухов. В курсе тот, кто поезд остановил и расстрелял. Сам тот не участвовал, что удивительно, но алиби у него железное. На начало войны тот вообще на немецкой стороне оккупации был. Уже тут узнал и про поезд, и кто это сделал. Я же говорил, не будут скрывать это. Видимо немцев впечатлили, главного в расстреле назначили старшим во вспомогательной полиции в Кобрин. Там его искать нужно. И его, и тех, кто участвовал, тот их с собой подтянул. Позже я навещу, а сейчас мне нужна Варшава. Уже невмоготу. В прошлой жизни, в теле Власова, именно в Варшаве я и нанял трёх наложниц из полек. Зачем искать и уговаривать, я знаю к кому обратится, хотя сейчас не начало осени сорок второго, но думаю найду кого нужно и договорюсь. Если проще, этот человек посредник и может найти всё что пожелаешь.

А так баки у самолёта полные, вполне хватило добраться до Варшавы, на бреющем сблизился, сел на опушке рощи, даже обслужил и заправил машину, и вскоре на велосипеде уже катил к окраинам столицы Генерал-Губернаторства, как немцы величали Польшу. Время восемь часов вечера, дороги пусты, через час стемнеет, когда я по улочкам стал уходить в центр города. Не повезло, нужного человека не было. Не в смысле совсем не было, а отъехал по делам. Через два дня вернётся, нужно подождать. Так сообщила служанка, когда я постучал в дверь его квартиры. Что ж, пока обживёмся в городе, закупки сделаем. Тех же припасов, вот время и пролетит.

Следующие два дня я действительно спокойно проживал в Варшаве под личиной берлинского студента. У меня берлинский акцент. Снял номер в гостинице. Просто доплатил, якобы документы на оформлении, потом предоставлю, и жил себе. Банк взял ночью, деньги появились, разная валюта, включая советские рубли, и стал совершать покупки в магазинах, в мясных лавках всякого разного, на рынке. В ресторанах заказы. Припасов за два дня закупил на двести килограмм. В основном готовых, но были и продукты, из которых нужно готовить разные блюда. Потом два комплекта одежды, летней. А то один костюм, который уже поистрепался и всё. Взял схожий костюм, ещё один походный, потом пару комплектов домашней одежды, разную обувь. Пальто осеннее. Зимней одежды пока нет, не сезон. В туристический магазин не ходил, всё что нужно я бесплатно возьму на финских складах для диверсантов, когда полечу за домиками. Это сразу как разберусь с полицаями в Кобрине. Однако, посетил магазин для рыболовов. Купил разные снасти, и что важно, крепкую надувную лодку на четверых, со сборными вёслами. Тут её и накачали, я потом в номере снова накачал. Вёсла собрал и приготовил лодку к использованию. Зелёненькая такая, симпатичная. Две доски-сидушки, в центре и на корме. Для спасения на водах моря, или пересекать речки, самое то. Хотя и вплавь можно, но если осень, или весна? Без такой лодки не обойтись, и весит всего тридцать пять килограмм. По мне так отличная покупка. Снастей тоже взял, как я и говорил, хотя я больше охотник, чем рыболов.

Хорошо закупился, но два дня прошли, и я посетил того старого знакомца. Старого для прошлой жизни. К счастью, тот уже был дома, как раз из душа видимо, после дороги, но с охоткой меня принял. Я в новом костюме был, выглядел прилично. У парикмахера слегка постригли, тот пытался скрыть плешь, но тут надо ждать пока зарастёт. Вот и объяснил, что я желаю получить. Тот пообещал решить вопрос, попросил три дня ему. В принципе ничего необычного я ему не задал, многие через него искали содержанок себе. Просто я просил блондинок, молодых, не младше восемнадцати, мне малолетки не нужны, красавиц со стройными фигурами. Одну можно грудастую. После недолгих сомнений, решил брать четверых. Заказ сделан, аванс оставил, тысячу злотых, и покинул того. Через три дня, так через три дня. Вроде всё закупил. Думал слетать в Кобрин и посчитаться с бандитами, но у меня заказы в кондитерских, и немало, я сладкое люблю, так что следующие три дня, сменив гостиницу, я закупался разными тортами, конфетами, пирожными, разными рулетиками, и даже сладкой сдобой, вроде пирогов с яблоками и грушей. За три дня, забирая заказы в трёх кондитерских, полнил хранилище ещё на сто пятьдесят килограмм, но этих запасов мне хватит лет на пять, я так думаю. Тут действительно отличные кондитеры. Ну а дальше встреча, причём не на квартире посредника, для этого имеется специальная гостиница, владелец и работники в курсе. Так что в номер, где мы с посредником устроились, стали заходить девушки, а я выбирал, и придирчиво.