Чтение онлайн

— Без проблем. Погоди, что опять всё на меня? А рожа не треснет? Мне прошлого внимания ко мне вот так хватило? — провёл я рукой выше головы. — Толпами шли, отдохнуть не давали.

— Надо, Ваня, надо, — похлопал Леший меня по плечу, пока остальные парни ухмылялись. — Ты вон Звезду Героя получил, компенсация тебе за все мучения. И вообще, ради спасённых девчат можешь и потерпеть.

— А куда деваться? — вздохнул я. — Ладно, я птица свободная, ни у кого отпрашиваться не нужно, так что готов к делу.

— Давай поторопимся, недалеко самолёт ждёт. Сразу вылетаем на территорию противника, каждая секунда на счету.

Вот так простившись с медиками, что нас внимательно слушали, и видно, что одобряли ту задачу, что мы на себя возложили, один из големов подхватил мой чемоданчик, и мы бегом к воротам, а там дальше в сторону леса. Информацию я забросил, тут ведомственный санаторий, быстро дойдёт до кого нужно, так что в курсе будут куда я пропал. И не станет неожиданностью, когда выведем целую толпу девчат. Кстати, добежав до леса, там я убрал големов, чемоданчик в хранилище, и достав «Шторьх», он уже был обслужен и заправлен, сразу взлетел и полетел в сторону передовой, на бреющем. День, могут и сбить, но рискнул, погода позволяла. Утром дождь был, а сейчас только низкие тучи. Пока летел, а тут леса, почти до самого Брянска добрался, его уже заняли, то прикидывал что делать. Сейчас не лето, уже ночами о-го-го как холодно. Нужны шинели, и не думаю, что их хватает у военнопленных, многих летом пленили. Значит, нужно их добыть. У меня за три месяца тонна с небольшим накачалось, ну и что освободил за это время. А так я хранилище особо не заполнял, теперь есть куда шинели убрать. Причём, так задумался, что и не заметил где передовую пересёк. Леса и леса подо мной, только у Брянска, начал искать место для посадки. А тут немало армейских складов немцы захватили, окружив у Брянска миллионную армию РККА, вот как стемнеет и хочу посетить, набрать нужного. Посадку я совершил прямо на лесную дорогу, время три часа дня, в принципе нашёл место где свободно и сел, зарулив под деревья, тут почва песчаная, пусть дождь прошёл, сел неплохо. Самолёт сразу убрал, движение с обеих сторон было, и убежал в лес. Вовремя успел, автоколонна снабжения мимо прошла.

Я серьёзно решил спасать девчат, поэтому как стемнело, добравшись до города, стал искать склады, два голема при мне. Их сканеры использовал. Нашёл нужные с вещевым имуществом Красной Армии. Я там набрал пять котлов по сто литров, на ножках, половники и всё что нужно для готовки, потом пять взводных и две медицинских палаток, больше не было, шесть тюков брезента под навесы, ну и три сотни шинелей, сто красноармейских шаровар, и пятьдесят пар армейских сапог малого размера с портянками. Плюс двадцать санитарных сумок, уже укомплектованных. Всё это заняло места на две с половиной тонны. А я самолёт оставил у леса, заправлен и обслужен, вот на свободное место и убирал нужное, потому и вышло две с половиной тонны. В принципе пойдёт, а припасы найду по пути. Правда, нужны телеги, котлы и палатки перевозить, девчата и пешком дойдут, но хоть что-то делать начал. Так что бегом до самолёта, плюс шесть скаток шинелей в руках нёс, не ушли в хранилище, закинул в салон. И взлетев, направился к Слуцку. Големы на складах под взвод немцев уничтожили, поэтому я спокойно занимался поисками и добычей необходимого. Вот так добравшись до окраин Слуцка, сел благополучно, обслужил и заправил самолёт, и выложил всё добытое на опушке небольшой рощи, с озером рядом. Самолёт прибрал, а сам побежал к городу. Нужно найти где смогу добыть гужевой транспорт, пять-шесть телег в самый раз нам будут. Надо сказать, добычей транспорта я занялся серьёзно, и действительно нашёл где можно добыть нужное. А у полицаев. Следующей ночью освобождаю девчат, к этому времени у меня будет на вскидку четыре телеги и две пролётки. Для ослабевших последние. Не хочу медлить. Вот так и готовился, а дневать в рощу ушёл, в палатке уснул у кучи вещей. Устал что-то.

Освободить девчат, построить в колонну и вывести из города, получилось на удивление легко. Вообще, как выспался, я позавтракал, а холодает и сильно, уже темнело, было шесть вечера, вот и побежал в город. Был я в комбинезоне танкиста, под ним тёплое нательное бельё и свитер, на ногах ботинки с высокой шнуровкой, в принципе норма. На голове немецкий лётный шлемофон, с поднятыми очками, на ремне кобура с «Вальтером» и через грудь висел «ППШ», новенький. Добыл у фельдфебеля, с охраны у складов Брянска, и два запасных диска к нему. Первым делом вырезал всех полицейских в управе, потом в комендатуре и в казарме всех положил. Понятно не сам. Големы делали, пока я выводил из конюшни лошадей, запрягал пролётки и телеги. Оставил их тут на территории полицейского участка. Дальше оба голема, я двух использовал, вполне хватало, тем более по времени больше выходило, чем у трёх. Также тихо сняли всю охрану бывшего хлебозавода. Тут уже мы с Лешим вошли в переполненный барак. Я держал лампу керосиновую. А вечер был, те ещё не спали, пол восьмого, так что сообщил, что мы представители Красной Армии, освобождать их пришли. Я Тор, мой командир Леший. Оказывается, о нас читали, были тут и те, кто недавно в плен попал, так что оживились. Ну и взяла командование снова Светлова, она ещё тут была. Освободили второй барак. К сожалению, прошлых девчат увезли, тут новый набор, не успели. Ничего, описали что брать с собой, выстроили в колонну. Оружие с их охраны выдали тем, кто умеет использовать, просто спросил и дал тем, кто руку поднял.

Там двинули мимо полицейского участка, уже назначенные возницы осваивали транспорт, выводя телеги и пролётки, а около полусотни девчат очищали задние. Они и так одеяла и котелки с ложками прихватили, а тут оружие, что по рукам разошлось. Почти взвод вооружил, около пятидесяти единиц оружия разошлось, включая два ручных пулемёта. А там на выход. Големы уничтожали всех, кто мог помешать. Дошли до рощи, загрузились имуществом, многие девчата завернувшись в одеяла шли, а тут шинели по рукам расходились, я две керосиновые лампы зажёг из своих запасов, так что подбирали. Да всё вымели, и красноармейские шаровары, и сапожки. Котлы, палатки и остальное на телеги, их пять, да двух хватило, на остальных, трёх и двух пролётках везли ослабевших, и так колонной двинули прочь, в сторону Москвы. Туда вёл. Големов я уже деактивировал. Поднимал раз в полчаса на полминуты, осмотреться сканером, всё же на два километра брал, и вёл больше наугад. О том, что Леший говорил, что маршрут проработал, это я скажем так, немного увлёкся в разговоре и преувеличил, а в действительности на удачу шли. К счастью, шинели ушли все и их едва хватало, многие подтягивая шаровары шли в них. Вообще к окончанию ночи мы километров на сорок отмахали. Ослабевшие, отдохнув на пролётках, сходили и садились те, кто совсем обессилил, менялись. Мало транспорта, но что есть. Вот только девчат было не пять сотен, а почти семь, без двух десятков. Видимо пополнение после крушения Юго-Западного фронта и Брянской группировки. Шли упорно, знали, чем дальше уйдём, тем лучше. Землю подморозило, что облегчало движение. Пар выдыхали, ближе к нулю было, но шли.

Уставшие, шли до не могу, но добрались до пустого леса, что я выбрал как стоянку, и вот потянули внутрь леса, тут поляна неплохая, овраг и родник. Пока одни при свете утра, уже светало, ставили палатки, навесы, другие набирали воду в котлы, три ведра было, и разжигали костры. А то что мы якобы сюда шли, подтверждал небольшой запас провизии что сразу выдал, накрытый брезентом в стороне показал Светловой и девчата всё понесли к лагерю. А достал я пятьдесят банок тушёнки, мешок муки, два с крупой и мешок картошки. Хватит отварить супу в пяти котлах, чем выделенные поварские команды и занялись. Вообще никакого управления не было изначально. Просто построили всех, и повели. Уже тут, когда большую часть уложили отдыхать, поднимут, когда горячее будет готово, я выдал блокноты с карандашами, начали составлять списки, и формировать пять рот, по числу котлов, за каждой ротой, в сто тридцать пять девчат, будет закреплён котёл и телега. Вот мы подбивали баланс. Вообще два десятка девчат и женщин ушли от нас, не все были военнослужащими, некоторые местные, что попались полицаям. Они по родным и разбежались, остальные, хотя были и в гражданских платьях, им шинели особенно пригодились, шли с нами. Знали, что ведём их к своим. А группа осназа якобы нас стороной охраняет и разведывает пути, только я рядом, как контакт и их представитель. Чуть позже. Когда супы на мясе, тушёнку на жалели, сил много нужно, были готовы, покормили. Благо, прихватили котелки и ложки. На всех не хватало, но ели по очереди. Да многие одеяла использовали как узлы, внутрь всё нужное, и за плечо, и так несли. Палаток не хватало, поэтому делали навесы, лапник рубили, я топорик выдал, один на всех. Накрыли брезентом, и согревая друг друга, накрывшись одеялами, спали. А тут поев, снова отрубились. Причём, все, я так и сказал, охраняем их мы, могут спать спокойно.

Вот тут я и рискнул. Уже сформированы роты, распределили, все санитарные сумки уже по врачам разошлись, это так, к слову, им работы хватало, но ротные и взводные назначены, после подъёма объявят и сформируют подразделения. Так удобнее управление. У каждой роты свой интендант, ну или ротный старшина. Так вот, я оставил лагерь, големы показали, что рядом никого, и на «Шторьхе» полетел к Брянску. А я знаю, что там и где. За три часа добрался. Големы пока зачищали склады, а солдат тут хватало, погрузки шли, с боем зачищали, я набрал добра на две тонны и семьсот килограмм. Списки необходимого были. Ну тонна — это припасы, хватит нашим на пять дней, снял проблему с этой стороны, варить супы, чай, печь лепёшки. Также взял ещё три столитровых котла. Всё же лучше шесть рот иметь, и шестой котёл ей уйдёт, и два для чая. Также сотню шинелей, семьсот сидоров, шестьсот комплектов утеплённого байкового белья, ещё сотню красноармейских шаровар и гимнастёрок, с ремнями, плюс пять сотен головных уборов, нашёл три сотни шапок-ушанок, и две сотни будёновок. А то многие без них шли, накинув одеяла на головы. Ночью было минус семь, а то и десять. Также сотню сапог, у меня были размеры, с портянками, и нужные медикаменты. Ну и шесть топоров, десять пил, десять тазов, и пять вёдер. В общем, за час всё заполнил, там в лес, бежал неся на плече ящик с мылом, и упаковку с полотенцами, там их двадцать штук, к месту, где самолёт стоял. Взлетел и обратно. Уф-ф, какое я облечение испытал, когда обнаружил что лагерь мирно спит. Правда в километре проезжали две телеги с полицаями, големы их перехватили, тела спрятали, а телеги к нам, с оружием, пять единиц, винтовки одни были. Добравшись до лагеря, поднял двух дивчин, чтобы приняли добытое, и поставил их на охране, отдохнули. Сам завалился спать, на подстилке, накрывшись одеялом. Велел будить, когда будет завтрак готов, перед выходом. Вот так и пролетел этот день, думаю нескольких часов хватит восстановить силы, поспав, а там двинем дальше. По мне так неплохо всё вышло.

А то что только что добыл я выложил на опушке, где самолёт убрал в хранилище. Хотел сказать Светловой, а она тут командует, что на следующем месте стоянки осназ приготовит то, что те в заявке указали, но зачем девчат мучить лишние сутки? Проснутся, сформируют шесть рот, и получат те, кому чего не хватило из необходимого, и двинем дальше. Вот такой план.

За следующие восемь дней мы отмахали почти на четыреста километров. На хорошем питании, а мясо ели, оно прибавило в силе и за ночное время иногда около пятидесяти, и даже шестидесяти километров проходили. Уставали конечно, но постепенно втянулись, научились быстро лагеря ставить, повара готовили. Даже ослабевшие стали чаще двигаться сами. Я ещё дважды посещал склады, но уже у Киева, в основном припасы добывал, они как-то быстрее уходили, чем я думал, питание пусть двухразовое, по прибытию к месту днёвки, и перед уходом, но кормили хорошо, сытно. Даже лепёшки пекли, я противни для них добыл. Ну и палаток взводных, теперь в каждой роте их по три было, а холодало сильно, без палаток никуда, навесы не спасали, да и навесы ставили для лошадей. Уже снег выпадал, позёмка мела. Плюс ещё девять телег и повозок добыл, в основном от полицаев, тела големы хорошо прятали, хотя путь наш по ним отследить принципе могли. Да и отследили, на девятую ночь впереди нашего маршрута сканер голема, я поднимал каждые полчаса, показал, что дорога перерезана и там оборудует позиции, даже окопы, блиндажи делают, целый батальон. Пехотный, но со всем вооружением, даже батарея лёгких полевых гаубиц была. Как-то близко к позициям батальона, на границе дальности сканера засёк. Что я сделал, остановил девчат и отправил на зачистку трёх големов. Точнее к нам подбежал Леший, я рядом со Светловой стоял и сообщил:

— Впереди немцы, что-то около батальона, мы сейчас пробежимся, уничтожим их, подождите тут. Как закончим, дам три ракеты одновременно, можно будет выдвигаться. Соберёте трофеи, что вам пригодятся.

Десять минут и от батальона ничего не осталось. Причём, в этот раз големы не работали тихо, тут нарабатывание репутации шло, тем более батальон может быть и пехотный, но фронтовики и ветераны там. Это не охранная дивизия. А потому что с подразделениями охраны тыла големы уже встречались, но работали тихо, шесть рот в ноль скосили, девчата не знали, я не сообщал, а тут решил вот побить немцев. Так что шум боя стоял десять минут, трассёры летели во все стороны, ручные гранаты рвались, и рвались снаряды в горевшем штабеле ящиков на батарее. А когда были ракеты, я дал через Лешего, потом деактивировал двоих големов, оставив командира, девчата сблизились, раздались команды, я уже сообщил что у немцев свой обоз и три полевых кухни. Так что теперь это наш обоз, одних повозок почти три десятка, плюс эти кухни. Их уже осваивали. Много имущества прихватили, теперь все девчата вооружены, всё имеют в сидорах, даже котелков немецких набрали, оценили их. Три часа на позициях разбитого батальона были, и двинули дальше. А работали, пуская осветительные ракеты, у немцев изрядный запас был, так что хорошо прошлись, ну и дальше. Однако, в этот раз уйдя на второстепенную дорогу. Немцы такую плюху не простят, и теперь зная где мы, будут кидать под нас всё что есть под рукой. Впрочем, на то и был расчёт. Больше уничтожу и больше големов прокачаю. Хотя должен сказать, что я торопился, девчат нужно как можно быстрее довести до наших и передать в руки представителей властей, чтобы они о них позаботились. Причина банальна. Я не сразу добрался до списка спасённых, Светлова с помощницами составила по моей просьбе, и вдруг обнаружил, что Марии Райновой там не было.

Это стало неприятным сюрпризом, что есть, то есть. Ведь Павлов отслеживал всё по однофамильцам академика, он не считал их родственниками ему, в отличии от самого Райнова. Так вот, Мария Райнова погибала именно в Слуцке, от черепно-мозговой травмы в середине ноября. Упало ей там на голову что-то вроде балки, я потому и был уверен, что время у меня ещё есть. Всё же хлебозавод разрушен был бомбёжками, и немцы не спешили там ремонт проводить. Поэтому я был уверен, что девушка тут, в общей колонне освобождённых, но оказывается я ошибался. Говорю же неприятный сюрприз вышел. И девчат не бросишь, нужно доделать дело до конца, дальше вернусь к Слуцку. Узнать кто занимается переводом военнопленных, выяснить куда отправили Марию, и вытащить её с теми, кто рядом будет. Пока такой план. При этом работал на будущее. Расспрашивал Светлову и других девчат, кого ещё успели вывезти из лагеря, до их освобождения, и куда. Пару раз мелькнули и данные Марии. То есть, намёками давал понять, что собрался их найти и вернуть. Алиби себе по сути делал, почему исчезну, как девчат передам. А вот немцы вдруг стали малоактивными. Шли-шли и пришли, всего полсотни полицаев уничтожили, маршевую роту, и шесть обозов с боепитанием, но это ближе к фронту. Вышли мы. А шли уже по сугробам, снега по колено, в районе Калуги. Та ещё месяц назад взята была немцами, так что обошли, пополнив со складов припасы, быстро уходили, но ничего, зато не голодные. Там до передовой.

Големы очистили участок фронта, просто втихую уничтожили неприятеля на километр в обе стороны и их тылы, один голем добрался до наших позиций, пока девчата подходили к немецким окопам по санному пути дороги, я уже тут был, и аккуратно взял часового. Допросил и велел вести к командиру батальона, что командовал обороной на этом участке. Капитана пришлось поднимать, спал, но пообщавшись с осназовцем, а тот отказался сообщать кто он, и арестовать себя не дал, просто раздав всем люлей. Правда, когда капитан встал, утирая кровавую ушку под носом, и услышал про Лешего, и что Ваня Градов тут в колонне, дал добро встречать, поднимая людей. Так что принимали девчат и уводили в тыл, обоз следом. То, что линия фронта зачищена, немцы уничтожены, капитан в курсе. Отправил отряды, собрать нужное, даже полевую кухню увели. Да они и обоз, и все кухни, что мы привели и активно использовали, забрали. Там уже интенданты дивизии их принимали. А нас в тыл, пока темно. До рассвета часа три. Охрану тот выделил, политрука своего и взвод бойцов. Так что до станции дошли, а там уже ждали. Комбат вестовыми сообщил в штаб дивизии, куда входил этот батальон, а оттуда дальше. Погрузка шла, два грузовых состава уже подогнали, знали сколько народу перевезти нужно. А я тихо ушёл. И улетел, уже при свете утра, на вражескую территорию. Кстати, постреляли по мне, попортили фюзеляж самолёта над передовой, но кроме пары отверстий, что ни на что не влияли, проблем не было, даже остекленение не пострадало, хотя его в самолёте хватало. Нечего, улетел ближе к Брянску и там встал на днёвку, отдохнуть нужно, а то умаялся с девчатами. И стоит сказать, что подобие рапортов, всё же я не военнослужащий, подписался как «партизан Градов», передал Светловой, а там уже дальше уйдёт. Там всё было, как освободили девчат и как вели, и что осназ здорово помог, но сейчас новое задание в тылу, и я там нужен. Нет времени задерживаться. Вот такие дела.