Чтение онлайн

— Своих бить будешь?

— Вы воры, вы мне не свои. Тут дело принципиальное, там некоторые вещи бойцы подарили. Для меня память.

— За угрозы можете на гауптвахту отправиться.

— Значит нет?

— Значит нет.

Забрав справку, я покинул здание, и покатил к выезду. Укатил недалеко, в рощицу. «Эмку» убрал, и достал «КВ-2», в полном порядке. Новый, но не из тех что с эшелона у станции Лида, эти в бункере. Танк с пункта сбора, следов что был в бою, нет. Боекомплект полон, сам сделал, гоняя големов, и немало бетонобойных снарядов. Подняв двух бойцов, вид спецов осназа, правда армейского или НКВД уже не определишь, я убрал всё то, что помогло бы понять. Так что один за рычаги, другой на место заряжающего, а я командира, хватит нас троих, больше поднимать големов не стал, танк выехал на трассу и покатил к столице, окраины которой было видно на горизонте. Катил без проблем, улыбаясь своим мыслям. А переплюну одного десантника которого взбесили эти хмыри с Лубянки и тот использовал огнемётный танк. Хотя я как-то миномётом работал, почти разрушив здание. Тяж — это что-то новое. Хочу быть пионером в его использовании в подобном деле. И ещё, своих вещей я на складе не нашёл, на всех метки от воровства были, маги умеют их ставить, меня при обучении первым делом научили. Вещи по всему наркомату разошлись, в разных кабинетах. Один даже был у капитана-дежурного в кармане. Что произошло, понять было не сложно, не дурак чай. Разграбили. Поэтому и решил показать, что сила силу всё же ломит. Катил танк не быстро, километров в двадцать в час. Жители, открыв рты смотрели на такую громадину, многие их в глаза не видали. Машины дорогу уступали, в одном месте милиционер быстро убрал затор из трёх телег, видя, как я неумолимо приближаюсь. Детишки на велосипедах ехали следом, галдя.

Сканер показал, что об одиночном танке начали сообщать в разные инстанции. Тем более меня пытались остановить, встав поперёк пути движения. Чёрная «эмка» была, и полковой комиссар едва успел отпрыгнуть, как подмяв ту, водитель сбежал, в лепёшку, и дальше покатил. Как-то быстро поднялась паника в верхах. Никаких разрешений на проезд подобных тяжей никто не давал. Да и не было их тут. А сейчас военное время, и такое отслеживают. До Лубянки тоже дошло, и дежурный сразу сообразил, что происходит, тем более отслеживали по сообщениям где я качу, понял, что цель, здание их наркомата. Надо сказать, удивили, когда мой танк выехал на площадь, и замер, медленно поворачивая башню на здание Лубянки. Нарожу вылетело два командира ГБ, с вещами в руках, и рванули к танку. Стрелять я пока не спешил. Голем, что на месте заряжающего был, легко и ловко выбрался через верхний люк башни, пробежался по стволу орудия, перекувыркнувшись в прыжке, перекатом по брусчатке погасив скорость, единым и каким-то плавным движением встал. Видно, что боец тот не из последних, а я своё тело тренирую в рукопашной с ними, также снаряжён тот был очень серьёзно. Поправив «ППД», подошёл к командирам, те положили вещи что у меня украли, на брусчатку, и отошли. Голем же достав листок из кармана, стал быстро изучать что тут лежало. Изучал правильно, две вещи вообще не мои, отложил их. После этого встал, и сообщил:

— Этих двух вещей в списке нет. Чужого не надо. Нет трёх предметов, кожаный несессер с бритвенными принадлежностями «Золинген», и с зеркалом на подставке во внешнем кармашке. Потом жестяной коробочки мятных конфет и швейцарских наручных часов.

Одним из командиров, а это и был капитан-дежурный, развёл руками, говоря:

— К сожалению, утрачены.

Конечно утрачены, меток этих предметов сканер не фиксировал в столице. Значит тот кому их подарили или продали, с ними уже покинул Москву. Остальные быстро отобрали у тех, кто их себе забрал и вынесли. Что-что, а думать этот капитан умел. Хотя сразу бы вернул и проблем бы не было. Пока же голем спросил:

— Сроки возвращения?

— Они утрачены, — пояснил снова тому, слова вроде правильные, а говорили как глупому, или дауну.

Голем поднял руку и наклонил кисть, пальцем указав на наркомат. Я тут же открыл огонь из пулемёта, спаренного с орудием. Весь диск выпустил. У окон было множество командиров, с интересом за всем наблюдали, сюда стягивали гарнизон, а тут выбивая каменную крошку, в окнах стёкла, щепа от входной двери отлетала, работал танковый пулемёт. Как тот замолк, даже раненых нет, пугал, пока я менял диск, стоявший также спокойно голем, оба командира госбезопасности чуть присели от неожиданности, повторил вопрос:

— Сроки возвращения?

— Трое суток, — подумав, сообщил дежурный.

— Хорошо, если опоздаете, мы вернёмся. Воров у нас не любят. Надо как в Турции, ворам руки рубить, может голову начнёте включать, не только чтобы в неё есть.

Тот не удержал лицо, дрогнуло, но боец быстро собрал вещи, одним прыжком запрыгнул на танк, не на корму, а с брусчатки прямо на башню, три метра, думаю и спортсмены по прыжкам такое выдать не смогут, а тот ещё со снаряжением. На те нескольких сотен глаз, что за нами с опаской наблюдали, думаю такое произвело впечатление. Хотя тупых или отморозков хватает. Увидим, что через три дня будет. Танк я уже не применю, там миномёт будет, если не вернут. Так что спустил вещи, я их прибрал, башня двигаясь вернулась в походное положение, смотреть стала вперёд, и мехвод стронув тяжёлую машину покатил вперёд, не хочу портить брусчатку поворотом, так что ушли в одну из улочек, сканер показывал, как перекрывали улицы, а тут видимо приказ пришёл, и улицу перед нами освободили, проехал по ней без проблем. В этот раз скорость километров тридцать в час. Больше не стал, дрожало всё вокруг от движения и массы моей бронемашины. Даже самолёт подняли, «У-2» кружил, лётнаб отслеживал наше движения. Хорошо я ранее покинул машину и ушёл в улочки. А големы, двигаясь по улочкам, подъехали к зданию Генштаба, тут брусчатку чуть попортили, танк развернули и задом сдав назад, поставили на свободное место парковки. Движок замолк, «КВ» покинули два бойца, заперев люки, но ключ оставили наверху, и спрыгнув, прикрывая друг друга, убежали во дворы ближайших жилых домов. Я управлял ими, находясь в двух километрах, уйдя в метро. Големов деактивировал в реке. Те ушли в воду, кстати, при свидетелях, и всё на этом. Пусть в реке ищут. Я же уехал на конечную станцию линии, там вышел и на велосипеде за город. А танк по сути подарил. Намёк думаю поняли. К слову, сканер показал, два полковника-танкиста, что были в Генштабе, уже открыли его ключом и изучали, сапёров вызывать не стали, поняли, что при полном боезапасе, машина не минирована. В общем, жест доброй воли.

А вообще из-под Брянска меня вызвал Шапошников, маршала заинтересовало как я смог обеспечивать батальон такое долгое время всем необходимым, а то в рапортах подобное было мало раскрыто, налёты на склады и эшелоны с нужным, это не то. А тут больно всё ладно и точно. Атаковали, когда преимущество сто процентов у нас. В других местах били, но не сближались, нанеся потери уходили, чтобы не нахватать плюх от раненого зверя. Всё это оценивали. Мои рапорты отправили в Генштаб на следующий день как мы вырвались, двух дней хватило всё изучить. А при доставке в Москву меня по сути выкрали, и на Лубянку. Вот такие дела тут творятся. Желаю по рукам надавать. А так столицу я покинул без проблем. Не обратили на рыбака внимания, а я переоделся и удочки к раме привязал, и ушёл. В лесу достал кемпер и девчат, около двух часов с ними пробыл, проверили на прочность кровать. Те что уже отработали, фильмы смотрели, после душа, пока остальные свою работу выполняли. Сам душ принял и спать. Девчат не убирал, я их загонял немного. Пусть отдыхают. Амулет охраны стоял, дальность пятьсот метров, если что, поднимет. И спать. Планы на эти трое суток шикарные. Слетать во Владивосток и добыть деликатесов. Я оценил, очень, они мне понравились. Потом в Финляндию, за зимними мобильными домиками и баней. Зима скоро, нужны. А баню я использовал всего раз десять и оценить успел. Отличная вещь, но парилки не хватает, а я стал страстным банщиком. Да что это, я с пивом тухлую рыбу ем. То есть, вяленную и сушенную. Пристрастился. Меняется менталитет, как я понял. Так что как стемнеет, вылетаю. Правда, что первым делом, домики и потом на Восток, или наоборот, не знаю. Проснусь и решу.

С интересом поглядывая вокруг, я подошёл к большой палатке. Тут их хватало, всё же штаб стрелковой дивизии. Был я в той же форме, что получил на Лубянке, на ногах неплохие сапоги, это уже мои, и ремешок, что форму поддерживал. Три дня пролетели мигом, через час заканчивается время, выделенное на дорогу. А вообще хорошо провёл их. Как стемнело и меня поднял будильник, я собрался и полетел в Берлин. Точнее, в пригород где был пивоваренный заводик и увёл светлое пиво трёх сортов, три тонны, шесть и две. Сторож показал которое готово, прошло процедуру брожения и должны были вот-вот вывезти по заказчикам. Берлинские бары ждали это пиво. Отличное пиво и все три сорта мне нравились. Вот тёмное нет, тот же квас только с градусом. Оттуда полетел в Финляндию. Добыл нужное, одних спальников девять сотен увёл, бойцам буду выдавать или обменяю на что. Взял пять офицерских домиков, двадцать на троих, и одну баню. Причём, копия моей. Больше не было. Точно новинка. Склады неплохо разграбил, офицерский паёк забрал, вино, мясные деликатесы с ледника. Потом к ферме, набрал ещё молочки. И оттуда в Владивосток. Как раз светать начинало, когда прибыл. Я эти шесть часов полёта поспать успел в салоне. Не совсем удобно в кресле, спинка слабо опускалось, но хоть так. В город заехал на мотоцикле. Будучи в светлых одеждах, шляпа в тон, не привлекал внимания, и погулял. Купил немало чего, но не совсем то что нужно. Выспался за городом в кемпере и ночью перелетел на Камчатку, вот там до конца срока и пробыл. Точнее оставил шесть часов на полёт до Вязьмы. Главное всё свободное время закупался деликатесами. Нанял местного мужичка тот знал всё и про всех, и тот водил, показывал где самое лучшее, что для себя делали. Немало готовых блюд купил, даже смотрел как их делают. И вот вернулся. Также ночью летел обратно, даже часть ночи потратил на поиски дивизии.

Ничего, в комендатуру заглянул, дежурный сообщил что дивизия за городом стоит, сообщив куда мне, и вот доехав на попутке, подошёл к штабу. Дежурный командир изучил приказ, при этом всё поглядывая на меня, после чего сказал:

— Вас тут уже два дня ждут.

— Украденные вещи вернуть? — приподнял я правую бровь.

— Не в курсе о чём вы. Пройдёмте со мной, оформлю.

Тот лист направления оформил, закрыл, отметив что прибыл вовремя. А ко мне подошёл незнакомый старлей, но армеец.

— Капитан Фёдоров? — спросил тот.

— Красноармеец Фёдоров.

— Решение суда было признано ошибкой.

— Мне об этом не сообщали.

— Я и сообщаю, — подтвердил тот и открыв планшетку стал доставать листы и подавать мне. — Вот отмена приговора, вот приказ о награждении вас, и о присвоении младшему лейтенанту Фёдорову воинского звания — капитан. Надо сказать, товарищ капитан вовремя вы, награждение через три дня назначено, думал не успею, а тут едва-едва, но успеваем. Прошу за мной пройти, я ваш сопровождающий.

В принципе, чего-то такого я и ожидал. Тут два решения, или ликвидируют как неведомую угрозу, власти Союза кого-то боятся не любят, или повышать и награждать. Сделать ручной собачкой. Видимо всё также политика замешана, пока меня вот тут повышали, в стороне, в пяти сотнях метрах, привстал боец, в камуфляже с винтовкой «Мосина» с оптикой, лежал накрытый камуфляжной накидкой, и прицелился в меня, однако тут же возникший голем, вырос из земли у него за спиной и аккуратно вырубил, всё снял, а тело отнёс в сторону и приведя в чувство, допросил. Поэтому я особо не возражал задержатся пообедать, время ближе к обеду было. А там самолёт на аэродроме ждёт, на нём долетим. А вот оставшиеся украденные вещи так и не вернули, и кто-то скоро за это поплатится. Вот так неплохо вкушал из штабного котла. Даже очень приличного. Щи со сметной, картошку-пюре с котлетой и подливой, и компот. Буржуи. А так с охоткой пообщался с комдивом и командованием дивизии. Описывал как шёл на рейд. Много вопросов звучало, и вполне толковых. Мол, почему так делал, или почему принимал решение отойти, хотя противник был на равных. В общем, видно, что люди в теме и вопросы задавали не из праздного любопытства, им действительно было интересно. Дальше на машине и на фронтовой аэродром, оттуда на самолёте, небольшой пассажирский, в Москву. Голема я уже деактивировал, стрелка ликвидировал, тело утопил в болоте. Кто заказчик тот не знал, холостой выстрел, но узнал кто отдал приказ. Ничего, я ещё размотаю этот клубок.

А так добрались без проблем, чуть потрясло, в стороне гроза была, воздушные потоки смещались, но сели на аэродроме, ждала машина и отвезли в Генштаб. Да во всё той же потрёпанной форме красноармейца, без знаков различия. Старлей оказался личным порученцем маршала Шапошникова, не удивительно что самолёт был, все двери тут открывались, и так до кабинета маршала. Я зашёл, с интересом изучая узкое лицо. Тот также не без интереса меня разглядывал. Кивнул, когда я как положено поприветствовал его: