Чтение онлайн

— Вернон?! Ты что, охренел?! Какого чёрта ты звонишь по «Красному коду»?! Я тебя сейчас…

— Ваше Превосходительство, тут такое… — Вернон явно пытался отдышаться. — Президент Швейцарии… Его…

— Что «его»?! Убили?! Съели?! ГОВОРИ ЖЕ, ЧЁРТ ВОЗЬМИ!

— Его только что мимо меня протащили! С кляпом во рту! Связанного! Люди Вавилонского! Прямо к нему потащили! Мне кажется, его похитили!

Канцлер замер с открытым ртом. Президент Тюркильмаз в плену у Теодора Вавилонского?

Он на всякий случай ущипнул себя за запястье и, поняв, что ему это не снится, спросил:

— Вернон, ты там пива с утра не перебрал, случайно? ТЫ В СВОЁМ УМЕ?! Точно уверен, что это был он? Может, какой-нибудь двойник?

— Ваше Превосходительство, я его в лицо знаю! Я же был послом в Швейцарии до этой должности! Это точно был Тюркильмаз!

Канцлер несколько секунд молчал. Его мозг отказывался переваривать эту информацию. А потом… он вдруг рассмеялся. Громко и раскатисто.

— Ха-ха-ха! Ну Вавилонский! Ну сукин сын! Ай да молодец! Вот это я понимаю — размах! Похитить президента соседней страны! Да он же просто гениальный псих! Ха-ха-ха!

Он вытер выступившие от смеха слёзы и снова рявкнул в трубку:

— А ты — дебил, Вернон! Ты же помнишь, как ты его нагнуть хотел?! Как кричал, что это не твой уровень?! А я тебе что говорил?! Я тебя, идиота, послал к нему ДО-ГО-ВА-РИ-ВАТЬ-СЯ! Сечёшь?

— Каюсь, Ваше Превосходительство… — голос Вернона звучал так жалобно, что канцлеру стало его даже немного жаль. — Готов сложить полномочия…

Но канцлер был в отличном настроении. Такого поворота он точно не ожидал.

— Ладно, Вернон, не ссы! — хохотнул он. — Поживи ещё! А то, кто мне такие новости докладывать будет? И да… постарайся узнать, о чём они там… гхм… договорятся… Гы-гы!

Дверь в зал совещаний открылась, и внутрь, чеканя шаг, вошли бойцы «Альфы». А за ними — двое волокли самого президента Швейцарии, господина Тюркильмаза!

Правда, вид у него был не очень президентский: пижама сползла, волосы всклокочены, руки за спиной связаны, а во рту — кляп. Он мычал что-то нечленораздельное и бешено вращал глазами во все стороны.

— Привели, господин Вавилонский, — Панкратов, командир «Альфы», щёлкнул каблуками. — Объект доставлен в целости и сохранности.

Я удивлённо приподнял бровь.

— Зачем вы ему кляп-то вставили? Он же не кусается, вроде? Или вы боялись, что он вас своими дипломатическими нотами до смерти замучает?

Панкратов скривился так, будто ему под нос сунули носок Скалы после недельного марш-броска.

— Да достал он, господин Теодор, сил нет! Всю дорогу нудел! Сначала пытался нас купить — предлагал виллу и счёт в швейцарском банке. Потом, когда понял, что мы не продаёмся, начал угрожать — международным трибуналом и Гаагой. А когда понял, что и это не работает, начал клянчить лодку! Причём, хрен его знает, чего он больше хотел: свободы или лодку. Псих какой-то! Пришлось рот заткнуть, чтобы не орал.

Я хмыкнул. Ну да, лодка классная получилась. Сам горжусь.

— Ладно, кляп снимите. Пусть выскажется. Интересно же послушать, что Его Превосходительство нам скажет. И да, отличная работа, господа, — кивнул я бойцам «Альфы». — Чисто, быстро и без шума. Премию выпишу.

Кляп вытащили. Президент Тюркильмаз закашлялся, жадно глотнул воздуха и тут же разразился гневной тирадой:

— Да вы понимаете, кто я?! Я — президент Швейцарской Конфедерации! Великой нейтральной державы! Вы посмели похитить меня! Это международный скандал! Я позвоню своим друзьям в ООН! Вас сотрут в порошок! Вас… Вас… Да вы просто… — он вдруг запнулся, видимо, подбирая самое страшное ругательство, но потом внезапно переключился. — Продайте лодку! Я заплачу любые деньги!!!

Честно говоря, я выпал в осадок. Оракул, зашедший в кабинет с очередной пачкой донесений, тоже был в шоке. Скала, который скромно топтался у двери, тихонько хрюкнул в кулак.

Панкратов же развёл руками и с довольной лыбой посмотрел на меня:

— Ну вот, я же говорил!

Я с недоумением посмотрел на президента.

— Простите, господин президент, я, может, ослышался… А зачем вам лодка? У вас же вроде как ни морей, ни океанов поблизости не наблюдается. Максимум — Цюрихское озеро. А для него и… гхм… надувной матрас сойдёт.

Тюркильмаз гордо выпрямился, насколько позволяли связанные руки.

— Как зачем?! Да вы что, не понимаете?! Это же шанс для всей Швейцарии! Вот получим много таких подводных лодок, как ваша! Тайно переправим их к морю! И будет у нас своя океанская флотилия! Мы сделаем Швейцарию великой морской державой! Весь мир будет с нами считаться!

Его глаза горели безумным огнём. Кажется, он и вправду верил в то, что говорил.

Я посмотрел на Панкратова.

— Вы там его по голове не били, случайно? Когда упаковывали.

Панкратов сделал оскорблённое лицо.

— Обижаете, господин! Всё чётко сработали, без единого синяка! Но я ж вас предупреждал, что он отшибленный на всю голову! У него, похоже, давняя мечта — адмиралом стать.

Я снова посмотрел на президента, который продолжал что-то бормотать про морские баталии и адмиральские погоны. Похоже, он уже мысленно командовал эскадрой швейцарских субмарин где-нибудь в Тихом океане.

— В общем, господин президент, — сказал я, стараясь говорить серьёзно. — У меня есть предложение. Лодки мы вам продадим…

Тюркильмаз аж подпрыгнул от радости.

— … но у меня есть условия…

Швейцарский телеканал «Время Швейцарии»

ЭКСТРЕННЫЙ выпуск новостей

На экране — улыбающийся до ушей ведущий в идеально отглаженном костюме на фоне заставки с огромными буквами «СРОЧНЫЕ НОВОСТИ». Камера медленно приближается к его лицу, создавая эффект напряжения и важности момента.

— Дамы и господа! Леди и джентльмены! Сенсация! Молния! МИР! Да-да, вы не ослышались! Война Швейцарии и Лихтенштейна… ОКОНЧЕНА!

В студии раздаются заранее записанные аплодисменты и крики «УРА!». Ведущий скромно кланяется пустому месту.

— Как выяснилось, всё это было… недоразумение! Да-да, досадное недоразумение, вызванное…

Ведущий запинается, заглядывает в подсказку.

— … враждебными силами, которые пытались поссорить два братских народа! Но мы, швейцарцы, и наши соседи, лихтенштейнцы, оказались мудрее! И ключевую роль в этом историческом примирении сыграл наш несравненный, мудрый и, не побоюсь этого слова, храбрейший президент Тюркильмаз!