Чтение онлайн

– Спорим, ничего там серьёзного нет.

– Стукнули в драке, скорей всего.

– Эй, парень, почему вы так дерётесь?

Индеец никак не отреагировал на вопрос. Он стоял, заложив руки за спину и опустив голову. Губы плотно сжаты, лицо неподвижно, и только ещё ходившая ходуном грудь и блестящая от пота кожа выдавали, что к больнице он бежал.

– Однако, коллеги, – Невилл отхлебнул из стакана и усмехнулся. – Всё-таки прогресс. По-моему, врач им понадобился впервые.

– Вы правы, – Моран, отдуваясь, плеснул себе в стакан воды. – Я думаю, Роджер, вам следует сходить туда и посмотреть. Ведь вы сегодня дежурите по цветным.

Роджер со стоном закатил глаза.

– Может, они его всё-таки принесут сюда… Слушай, индеец, принесите его.

– Он не слышит, – констатировал Невилл. – Не трудитесь, Роджер. Индейцы славятся своим упрямством. Он пришёл за Айзеком, а вы ему не нужны.

– Эта скотина ещё выбирает! – немедленно возмутился Роджер.

– Но я вам советую пойти, – Невилл тоже умел не слышать ненужное. – У старого Айзека есть чему поучиться.

– Два врача?! Слишком много чести черномазым. И зачем это Айзеку? Грязь, вонь, и я уверен, что от платы они увильнут.

– Айзек никому не отказывает, блюдёт заповеди Гиппократа, – Моран подмигнул Невиллу. – А вы должны быть ему благодарны, что он берёт на себя ваши обязанности, доктор Роджер.

Роджер не успел ответить. Доктор Рудерман уже со своим чемоданчиком быстро подошёл к столу.

– Коллеги, прошу прощения, вот моя доля. Доктор Роджер, не беспокойтесь, я всё сделаю сам. – Он выложил деньги за коктейль и сэндвич и кивнул индейцу. – Идём.

– По такой жаре… – Моран сокрушённо покачал головой и налил себе ещё воды.

– Иногда, – красный от злости Роджер перестал владеть собой, – профессиональное рвение неуместно, док.

– Возможно, коллега, вполне возможно, – Рудерман приподнял, прощаясь, шляпу и пошёл к выходу.

Индеец последовал за ним.

На улице доктор Рудерман обернулся к индейцу и жестом попросил его идти поближе.

– Так что случилось?

– Ему плохо, сэр.

– Ушибся, ударили?

– Нет, сэр. Он… ему нечем дышать, сэр.

– Так, – доктор оглядел залитую солнцем улицу. – Есть короткая дорога?

– Да, сэр.

– Веди. И ещё, все зовут меня доктором. Доктор Айзек. Понял?

– Да, сэр. Хорошо, доктор Айзек. Вот сюда…

Они свернули в проулок.

Когда эти белые стали говорить, что должен идти другой, белоглазый, Эркин испугался. Он сам вызвался сбегать за врачом, и всё поначалу было удачно. У входа для цветных он встретил Дашу, а может, и Машу – разбираться было некогда, – и она ему показала, где сидят на ленче врачи. И доктора Айзека он узнал и смог вызвать. А потом… Эркин даже оглянулся пару раз, проверяя, не идёт ли белоглазый следом.

Рудерман искоса поглядывал на индейца. Ну что ж, шрам уже не так выделяется, асимметричность прошла. Выцветшая тенниска аккуратно зашита и заправлена в джинсы. Чистый, даже пахнет от него чистотой. Женя следит за ним. Всё-таки очень красив. Понятно, что Женя не устояла. Будем надеяться, что он ценит эту заботу. Хотя… у Жени вид счастливой, любимой и любящей женщины. Значит, всё в порядке? Понимают ли эти дети, как они рискуют? Ведь если что и не дай Бог… его же просто убьют. А с ним и Женю, и девочку.

Рудерман переложил чемоданчик из руки в руку.

– Я помогу, сэр?

– Спасибо, он не тяжёлый. Так как это случилось?

– Мы грузили, сэр, извините, доктор. Он вдруг захрипел и упал. Мы отвалили мешок, но ему всё равно… он… ну, будто его душат. И холодный стал. Мы его в тень хотели перенести, но его как тронешь, ему хуже… Ну, мы и подумали… ну, я побежал в больницу… Я работал там и знаю где что.

– Да, я помню тебя. Ты делал стеллажи. И вас было двое, так?

– Да, сэр. Мы работаем вместе, сэр.

Эркин вёл проулками, придерживаясь теневой стороны. Шёл доктор быстро, но Эркин всё время сдерживал шаг. Да ещё заборы обходить. Он-то бежал напрямик. И всё равно, короче дороги нет.

– А как у тебя со здоровьем?

Помимо воли Эркин вздрогнул и сделал шаг в сторону, увеличив расстояние между собой и врачом.

– Я здоров, сэр.

Быстрый, автоматически чёткий ответ. Возможно, судя по его виду и движениям, это и правда. Но какой панический, неконтролируемый страх в этом кратком ответе и рывке в сторону. Как они все боятся врачей. Приходят на приём, когда действительно уже ничего нельзя сделать, потому что тянут до последнего. И не принимают лекарств, сбегают от уколов… Заставить их лечиться невозможно. И этот… ведь всё же пришёл, сам, его послали… к врачу, которому доверяют – Рудерман мысленно улыбнулся – и всё равно, боится.

– Вот здесь, сэр.

Через пролом в заборе они прошли на станцию. Какие-то штабеля, склады, пути. Впереди гул голосов. Доктор прибавил шаг. Он уже видел лежащего прямо на земле негра и толпу. И полицейского, размахивающего дубинкой.

– Убирайте к чёрту эту падаль!

Полицейский кричал и ругался, но нападать впрямую не решался – цветных было много. Уворачиваясь от ударов, они не подпускали полицейского к лежащему.

Так, в первую очередь убрать полицейского.

– Я врач. Можете идти, сержант.

Приосанившись от такого повышения в чине, полицейский отдал ему честь.

– Добрый день, доктор Айзек. Эти скоты вас потревожили?

– Нет, я шёл мимо и услышал шум.

Эркин невольно посмотрел на старого доктора с уважением – так естественно у того это получилось.

– Вы можете идти, сержант. Я всё улажу.

– Ну, как хотите, док. И охота вам об это дерьмо пачкаться.

Полицейский вытянул дубинкой зазевавшегося подростка и величественно удалился.

Доктор наклонился над лежащим, взял левое запястье. Сердце? Да, похоже, сердце. Глубокий обморок. Он не обратил внимания на тихий переливчатый свист, которым обменялись его спутник и толпящиеся вокруг цветные. Но толпа сразу и заметно растаяла. Остались трое. И с ними приведший его индеец. Стоя поодаль, они наблюдали, переговариваясь так тихо, что уже в шаге не подслушаешь.

– Уверен в нём?

– Плохого о нём не говорят.

– Легко пошёл?

– Сразу.

– Тебя прикрыли, свою долю получишь.

– Спасибо. Жив ещё?

– Вроде, да.

– Чего это он?

– Это не опасно. Слушает.

– Лишь бы не колол.

– А если будет?

– Не помешаешь.

– Сами звали.

Негр задышал, задвигался, мотнул головой.

– Лежи, – доктор надавил ему рукой на плечо, достал из кармана и ловко засунул ему в рот таблетку. – Держи под языком и соси.