Чтение онлайн

Лейла испуганно взглянула на мужчину:

– Почему вы ведёте себя так, словно я оскорбила или огорчила вас? Это ведь мне не под силу. Я же вам неинтересна? Я вам не нравлюсь. У вас своя жизнь, своя любовница, свой круг приоритетов, в которой я не вхожу. Да вы и не хотели, не планировали, даже и не собирались на самом деле жениться на мне. За что же мне извиняться?

– Ты принадлежишь мне, Лейла. И должна с этим считаться.

– Считаться?.. Принадлежу вам? Я что – вещь?!

– Я в курсе того, что в мире, в котором ты жила и воспитывалась, другие правила. Но мне на это, признаться, плевать. По моим правилам ты моя. И я ведь был к тебе добр, правда? Ты даже не представляешь, насколько я был к тебе добр. Ты не оценила этого. Чем ты мне отплатила?

Эссус навалился на Лейлу всем телом, вжимая её в стену. Его размеренное дыхание она чувствовала на своей шее и ей стало страшно. Неправильность всего происходящего словно оглушала, тем больше, что была полной неожиданностью.

Инстинктивно девушка попыталась вырваться, но добилась лишь того, что хватка Чёрного Змея сделалась настолько сильна, что даже пошевелиться у неё не получалось.

– Пустите меня! Пустите немедленно, или!..

– Ты пытаешься мне угрожать? – с усмешкой прошептал он ей в ухо. – Ты? Мне? Серьёзно!? Да ты всего лишь глупенькая, маленькая школьница, над которой так легко и приятно иметь полную, абсолютную власть.

Эссус, сильнее сжав её стан, легко встряхнул её, так, будто Лейла была куклой, которую только достали с антресолей и таким нехитрым способом стряхнули с неё давно оседавшую пыль.

– Я правда хотел быть с тобой добрым, но знаешь? – передумал! Быть добрым, как минимум, скучно. А в большинстве случае ещё и глупо, потому что способно лишить нас самых приятных, хотя порой и безнравственных, удовольствий.

– О чём вы?

– «О чём вы»? – передразнил её Эссус. – О том, что я передумал быть «добрым дядюшкой». Я же говорю, сиреневый тебе очень к лицу. В этом платье ты просто настоящий ангел! Вот я и решил не противиться соблазну. Нет в этом мире ничего приятнее, чем отрывать белые крылья небесных созданий, лучше всего – по пёрышку.

Он с такой силой прижал Лейлу к себе, что ей показалось, что не воображаемые крылья сейчас хрустнут, а вполне реальные рёбра – её рёбра!

– Зачем вы это делаете? Я же вам даже не нравлюсь?

– Ну, знаешь ли? Что из того, что не нравишься? Понравишься, – с издёвкой протянул он. – Роль злодея обязывает. Придётся переступить через себя.

Лейла чувствовала себя в его руках так, как, должно быть, чувствовал себя заяц в когтях у ястреба – беспомощным, жалким и обречённым зверком. И всё же ей не верилось, что Эссус пойдёт в своих действиях дальше угроз. Ведь до сих пор он был вполне лоялен к ней?

– Вы не беспринципный злодей… – попыталась она разыграть и эту, пусть и слабую, карту.

– По крайней мере, не настолько беспринципный, чтобы овладеть девственницей прямо на пронизываемой всеми сквозняками лестнице. Поэтому, прошу, белокрылая голубка, в гости – ко мне в спальню.

Что-то прошелестело, будто рядом вспорхнула воронья стая. Лейла показалось, что она всего лишь моргнула, а они уже были в другом помещении.

Таком же тёмном, но куда более тёплом. И да – сквозняков здесь не было, зато повсюду множество теней и каждая словно жила своей жизнью.

Лейле хотелось закрыть глаза, чтобы не видеть холодного взгляда, кривящиеся в презрительной усмешке губы Эссуса.

Он смотрел на неё презрительно и победно, а она просто стояла и ничего не делала. Хотя, если уж быть откровенной, по-настоящему противостоять ей нечем. Конечно, он сильнее.

И всё же – всё же лучше бесполезное сопротивление, чем презренная рабская покорность.

Скорее от отчаяния, чем в действительно надеясь убежать (да и куда можно скрыться от человека в его собственном доме, когда все ключи от замков у него?) Лейла, как собака, вцепилась зубами в руку, крепко удерживающую её за запястье.

От неожиданности Эссус, зашипев, на мгновение выпустил её руку. Этого мгновения вполне хватило, чтобы Лейла рванулась вперёд, но через несколько шагов замерла, пытаясь сориентироваться, понять, где может быть дверь.

– И что это сейчас такое было? – невозмутимо раздалось за спиной.

И ковёр, словно сдвинувшаяся платформа, сбил её с ног, заставляя растянуться на полу. Невидимая рука, подхватив за шиворот, словно куклу, поставила на ноги и толкнула обратно, в сторону Змея.

Сложив руки на груди, от смеялся и ровные белые зубы плотоядно, весело сверкали в полумраке.

– Что за нелепая попытка? Ты глупа? Или просто чудовищно упряма? Последний вариант кажется предпочтительней, но боюсь, именно первый соответствует реальности.

Лейле вновь пришлось глядеть в его насмешливое лицо, но на этот раз она смотрела гневно, почти с вызовом.

Перестав смеяться, Эссус медленно покачал головой:

– Не делай так больше.

Снова схватив её за руку, он подтянул Лейлу к себе.

– Простой урок житейской мудрости: когда ты слабее и ниже, проще сразу подчиниться тому, кто сильнее и выше. Потерь будет меньше. Ты ничего хорошего не добьёшься, разозлив своего господина.

– Вы не мой господин!

Он словно бы и не слышал её.

– Сейчас ты будешь делать то, что я говорю, – Эссус развернул Лейлу к себе спиной.

Его белые пальцы железной хваткой, до синяков, с видимым удовольствием вжались в нежные, округлые, изящные белые плечи, безжалостно сминая тонкую ткань платья на них.

В ярости, с какой Змей прижимал к себе Лейлу, была пугающая страстность, заставляющая понять, что всё происходящее отнюдь не шутка – это жестокая игра с высокими ставками.

– Пустите!

Но его рука с такой же нечеловеческой силой сжалась на её тонком горле, что дышать сделалось трудно и голос сорвался.

– Нет, моя дорогая. Нет. Не стану я тебя отпускать. У меня на сегодняшний вечер совершенно иные планы.

– Не надо! Пожалуйста! Что вы хотите, чтобы я сделала? Вам так нужны мои извинения?!

– А что, похоже, что сейчас я нуждаюсь именно в них?

Его хватка была такой жёсткой, что дышалось с трудом, а голос был мягкий, хоть и наполненный ядом.

«Бессердечный ублюдок!», – хотелось выкрикнуть ему это прямо в лицо, но из-за слабого дыхания вместо крика с губ сорвался еле слышимый стон.

– Пытаешься бунтовать? Очень хорошо. Так даже интереснее. А что ты скажешь, если я предложу тебе выбор: смерть или ночь со мной? Что выберешь, Лейла? Только хорошенько подумай, прежде чем отвечать. Потому что, если выберешь смерть – умрёшь. Гарантирую – быстро и безболезненно.

Что изменилось с их последней встречи? Почему она перестала быть ему нужной? Или он просто сумасшедший чёртов ублюдок, предсказать действия, которого совершенно невозможно для нормального человека? Чьи настроения переменчивы, как форма облаков в ветреную погоду?