Чтение онлайн

Вместо очередного урока нас неожиданно выстроили в гостиной. Судя по недоумённым взглядам, никто не понимал причину. Серьёзных нарушений в последнее время не совершали, а о редких праздниках сообщали на утренней проверке. Моё удивление выросло ещё больше, когда напротив нашей шеренги точно также выстроились воспитательницы. Но девушки от этого сразу напряглись и замерли неподвижно, вперив взгляды в пол перед собой. Спрашивать, что это значит, я не решилась - в помещении стало слишком тихо и серьёзно.

В гостиную зашли люди, и обе шеренги согнулись в реверансе. Идеальный и глубокий у девушек и выполненный как попало у воспитательниц. Конечно, их не гоняют через день по два часа на выполнение всевозможных вежливых приветствий. Мы ещё и кланяться умеем!

– Я вижу, ваш цветник становится только краше, - заметил крупный мужчина, что шёл впереди.

– Спасибо, господин, - леди де Фархана подобострастно улыбнулась, семеня следом.
– Однако у нас так редко бывает пополнение.

– Поговорим об этом позже, - мужчина отступил чуть в сторону. Директриса сделала знак, и оба ряда, наконец, выпрямились. Но, если воспитательницы встали свободно и расслабленно, то девушки всё равно замерли в позе вежливого внимания.

– Выбирайте, - мужчина махнул рукой в нашу сторону. Где-то я его уже видела. Кажется, на балу или приёме. Должен быть из дворянства не ниже среднего. А вот второй, вышедший вперёд после приглашения, точно не знаком. Толстенький, лысенький, потненький. Купец или барон из скупных. До меня баронства вовсю продавались, сейчас это дело прикрыли, и даже безтитульное ненаследное официально только за заслуги. Толстяк основательно прошёл перед нашим рядом, внимательно осматривая выстроившихся девушек.

– Вот! Её беру!
– он ткнул пухлой рукой в меня. Инстинктивно отшатнувшись, я отбила её в сторону.

– Вы говорили, они послушные!
– толстяк обиженно посмотрел в сторону леди де Фархан и второго мужчины.

– Разумеется, - поспешно заверила его женщина.
– Завтра до обеда заберёте свою идеальную куколку.

Они втроём покинули гостиную. Воспитательницы тоже ушли, отправив нас в комнату для самоподготовки и домашних заданий.

– Что это было?
– я спросила, как только в комнате остались только девушки.

– Жених свататься приехал, - раздражённо ответила Дилара.
– Всё время такие уроды приезжают!

– Больше похоже на покупку коровы на рынке.

– А так и есть. Они заплатят леди де Фархан, та с прискорбием сообщит твоей родне, что ты скоропостижно скончалась от какой-нибудь инфекции. Те сделают вид, что скорбят, всем хорошо, сделка состоялась.

– Но ведь без разрешения суверена несовершеннолетним нельзя вступать в брак, - надо выяснить всё подробнее, пока есть возможность. И почему раньше не настаивала на разговоре о том, куда деваются "выпускницы"?

– Не знаю, как они это обходят, может брак и не заключают. Никого здесь это не волнует, - Дилара, как самая старшая, отвечала за всех, стыдливо отводя глаза. Да, здесь многие мечтают поскорее выйти замуж и уехать, но толстяк мог понравиться только совсем непритязательной особе.

Пожалуй, пора делать ноги. Мне очень не понравилось, что не отдали "жениху" сразу, а взяли время до утра и заверили, что к этому времени стану идеально послушной. Я только взялась за ручку двери, как дверь открыли с другой стороны.

– Куда это ты собралась?
– вкрадчивым голосом, не сулящим ничего хорошего, спросила завхоз. Она у нас ничего не вела и редко появлялась в учебном крыле. Её явно послали за мной, как наиболее физически сильную.

– В уборную, - я отступила на шаг.
– От такого внезапного счастья прохватило чуток.

– Ну, пошли, - женщина схватила меня за руку.
– Заодно и умоешься, и причешешься, и приоденешься приличней.

***

– Эй, ты здесь?
– Клара, настороженно озираясь, звала кого-то у забора.
– Если ты Владу в самом деле любишь, то беги её спасай!

Девушка ещё раз оглянулась, не видит ли кто, и позвала снова. Не получив ответа, она достала смятый лист бумаги. Клара и не надеялась, что парень, к которому Влада бегала едва ли не каждую ночь, постоянно ждёт у забора. Записку она подготовила заранее, надо только разместить её так, чтобы с той стороны сразу заметили.

– Повтори, что ты только что сказала?

За забором неожиданно появился молодой человек. Клара восторженно ойкнула. Везёт же некоторым, такого парня отхватила!

– Если её любишь, то беги спасай. К утру будет поздно!
– повторила Клара.
– её наставницы в чёрную комнату повели, оттуда нормальными не возвращаются!

– Зачем?
– короткий быстрый вопрос требовал такого же краткого ответа.

– Её замуж выдают, а она строптивая очень. Завтра жених уже заберёт, и ты её больше не увидишь.

Парень сжал кулаки, его глаза сверкнули.

– Ты всё слышал?
– обратился, почему-то к кусту неподалёку.
– Бегом за князем!

Из куста вышел мужчина, поклонился и скрылся в лесу. Парень ловко преодолел забор.

– Показывай, где эта ваша чёрная комната.

Клара озадаченно кивнула и заторопилась обратно в пансионат. Сейчас она совсем не понимала происходившее. Если этот молодой человек - любимый Влады, то почему в кустах прятался второй? И причём тут князь?

Эрик же не заморачивался подобными вопросами. Девушку он не раз видел на прогулках, а о том, что он здесь встречается с Её Величеством, она могла подсмотреть, или узнать от Императора. Если говорит правду, надо торопиться, и подмогу вызвал правильно. Если её подослали, раскрыв, что Влада шпионит, то всё равно нужно посылать за де Веном. Но он сам видел, как в пансионат приехала коляска с двумя мужчинами, и они до сих пор не покинули территорию. Возможно, один из них и есть упомянутый жених.

Вслед за девушкой Эрик прошёл в здание. Клара провела через коридор и указала на дверь.

– Вон там они все.

Эрик быстро и настороженно вошёл в кабинет, но внутри было пусто. Он вопросительно посмотрел на вставшую в дверях Клару.

– Но они все сюда входили, и никто ещё не вышел, - растерянно ответила девушка, тоже осматривая кабинет. Неожиданно, откуда-то донёсся приглушённый женский визг, полный страха. Эрик мгновенно сориентировался, выхватил меч и распахнул створку шкафа. За ней оказалась крутая лестница вниз. Визг прекратился, но ему на смену пришли крики сразу нескольких женских голосов.