Чтение онлайн

Он прислонился к фанере, подглядывая сквозь щель. На улице двое мужчин: один стоял, в зубах папироса, обрывки дыма разлетались ветром. Второй сидел на обшарпанной деревянной ступеньке, ссутулившись, одной рукой сжимал грудь, а другой пытался нащупать что-то в кармане, вполголоса ругаясь, будто спорил сам с собой.

— Эта гарь… Лёгкие сдавило, будто уксусом их залили, — пожаловался сидящий.

— Пей воду, что ты медлишь? Вон, в котелке была, — ответил стоящий.

— Да где она? Я её пролил. Руки дрожат, — возразил первый.

Демьян прижался к стене. «Охрана? Или санитары? Нет, лица незнакомые. Не военные. Может, рабочие?» — подумал он.

— Я говорю, он сбежал, понимаешь? Прямо из архива. Всё горело, а он — как чёрт, в халате, обгоревшем. Я видел, клянусь, — продолжил стоящий.

— Видел ты… У тебя зрение, как у крота после смены, — скептически заметил второй.

— А ты думаешь, если сейчас всех поднимут, тебя это не коснётся? Он же сожжёт и больницу, и управление, и нас заодно, — настаивал первый.

— Зачем ему мы? — удивился сидящий.

— Он ненормальный. Он… Он не отводил глаз, когда его били. Я видел. Сидел с нами, а потом — тишина. А теперь всё горит. Думаешь, совпадение? — спросил первый.

— Думаю, да, — лаконично ответил второй.

Наступила пауза. Демьян медленно выдохнул, шумно, уткнувшись в рукав. Ему казалось, что дым прошёлся по рёбрам, словно наждачной бумагой.

— Его найдут, — произнёс сидящий. — По следам, по журналам. Собаки учуют. Они же не слепые, у него наверняка ожоги. Он далеко не уйдёт.

— А если уйдёт? — с тревогой спросил стоящий.

— Хватит. Пошли в ангар. Если нас проверят и найдут здесь, потом не оправдаемся, — решительно сказал второй.

— Слушай, а если он с ними? С верхами? — предположил первый.

— Ты глупый? Он в халате. Врач. Обычный. Только с мозгами. Таких как раз и боятся. И убивают, — отрезал сидящий.

Демьян прижал голову к стене. «С мозгами? Нет. Уже нет. Я больше не думаю — я режу», — мысленно ответил он.

— А если он не один? — продолжил стоящий.

— Что? — переспросил второй.

— Я говорю, если он не один. Если он заразный. Ну, ты понял. Этот вирус, что в больнице. Там опять десять человек положили. У Любы кровь из носа пошла, я сам видел. У Светки горло обожгло. Это не совпадение, — взволнованно объяснил первый.

— Это точно не он. Но, может, он знает, — задумчиво сказал сидящий.

— Чего знает? — уточнил стоящий.

— Как всё началось, — ответил второй.

— Пусть знает. Мне бы только, чтобы он был не здесь. Не рядом, — с тревогой произнёс первый.

Демьян двинулся вперёд, прижимаясь к шероховатой стене барака, стараясь не выделяться на фоне потрёпанной обшивки. Снег под его ботинками потрескивал с каждым шагом, крошась в ледяную крошку, но вскоре где-то за спиной с надрывом загудел дизельный генератор. Этот низкий, раздражающий гул перебил все остальные звуки — теперь даже его шаги терялись в общем фоне.

Он проскользнул в узкий зазор между бараком и мусорной траншеей, где стены скапливали холод и тень. Здесь, в этом закутке, он наконец позволил себе закашляться. Кашель был коротким, тяжёлым, глухим — он уткнулся лицом в сгиб локтя, чтобы не дать звуку разлететься. Откашлялся, почувствовал металлический привкус на языке, на мгновение зажмурился.

Присел на корточки, опёрся спиной о замёрзшие доски. Вынул из кармана скальпель — тонкий, холодный металл привычно лёг в ладонь. В свете далёкой, дрожащей вспышки — огонь всё ещё вырывался из-под крыши дальнего барака, отражаясь в мокром снегу — он внимательно рассмотрел лезвие. Оно казалось почти новым: только кончик чуть потемнел, металл отбрасывал синий, электрический отблеск, как у лампы в операционной. Демьян провёл пальцем по режущей кромке, оценивая остроту, прислушиваясь к звукам вокруг.

«Они говорят обо мне. Это уже начало. Паника распространится дальше. Один испугается. Второй проболтается. Третий ошибётся. Всё рушится, как стекло», — подумал он.

Где-то неподалёку раздался стук. Кто-то выбил дверь, и тут же послышался хриплый окрик:

— Назад! Всем назад, я сказал!

Раздались крики и топот. Голоса смешались в хаосе.

— Там, он в подвале был! Говорю тебе, я нашёл бинт с его кровью, он ещё мокрый! — прокричал кто-то.

— Ты где лазил, глупец? Тебе же сказали — не трогать, пока группа не осмотрит! — гневно ответил другой.

— Я хотел посмотреть, и что теперь? — оправдывался первый.

— А то, что ты теперь тоже под подозрением. Иди, выверни карманы, быстро! — приказал второй.

— Я не виноват, я просто искал… — жалобно произнёс первый.

Демьян вжался спиной в стену, ещё глубже, до скрипа лопаток — мёрзлая доска будто нарочно царапала плечо сквозь тонкую куртку, но он не сдвинулся ни на миллиметр. Дышал неглубоко, чтобы не выпустить ни облачка пара. Скальпель он аккуратно опустил обратно в карман — движение медленное, выверенное, почти привычное. Слева воздух пах гарью и металлом, справа слышался глухой треск снега.

«Они не знают, кого ищут. Думают — сгорел. Или сбежал в панике, как остальные. Но я уже здесь. Между ними, почти рядом», — мелькнуло у него в голове.

Мысли текли обрывками, как наугад рваные куски старой плёнки.

Он вытащил из-под мышки потрёпанную тетрадь, осторожно развернул — страницы заскрипели, будто недовольные чужими пальцами. Почерк был мелкий, сухой, ровный — каждая буква прижата к линовке, никаких лишних завитков. На самой верхней строчке жирно было выведено: «Первые».

Он провёл ручкой по имени — Волков. Под ним — дата, время, место, все детали допросов, записанные аккуратно, почти по-военному. Одна из строк, перечёркнутая размашисто, — «контакт через Михаила» — уже потеряла смысл, теперь это было просто чёрное пятно, затёртое спешкой.

Следом, один за другим, шли фамилии: Петров, Анна. Их он пометил словом «пациенты», подчёркнуто механически, без эмоций. В углу страницы, словно напоминание, выведено: «Операционный стол: улица. Анестезия: не требуется».