Чтение онлайн

И почему наша Оппозиція косится на Россію и Германію? – потому что Россія, вмсто того, чтобы возстановить самовластье польской знати, ршилась, вслдъ за освобожденіемъ и надломъ своихъ крестьянъ, надлить землею и крестьянъ польскихъ; еще потому что, съ присоединеніемъ Гольштиніи, союзная Германія стала морскою державой, отъ которой меркнетъ яркій блескъ Великобританіи и нашъ собственный. Но зачмъ же поддерживать политическое единство такою дорогою цною, если оно не даетъ намъ преобладанія на суш и на мор? Люди труда, люди взаимности, управляя государственными длами, радовались бы этому прогрессу земледльческихъ классовъ Россіи и Польши, равно какъ и развитію германской федераціи. – Но стоитъ ли безпрестанно повторять, что гг. члены Оппозиціи смотрятъ на вещи иначе. Эти люди – централизаторы, унитары, конституціонные буржуазы; они въ стачке со всми аристократіями Европы. Эти люди, принимая Наполеона I за образецъ, а Наполеона III за орудіе, играютъ роль: одни претендентовъ на президентство единой и нераздльной Республики, другіе – Монковъ.

Кто-то, кажется г. Тьеръ, сказалъ, что дятельность Франціи громадна, и что для поддержанія этой громадной дятельности требуется соотвтственное питаніе, т. е. сильное, предпріимчивое правительство и большой бюджетъ.

Замтьте, читатель, что здсь идетъ рчь не о рабочей, земледльческой и промышленной Франціи, которой я никогда не откажу въ необходимости широкаго развитія. Нтъ, здесь идетъ вопросъ о Франціи централизованной, управляемой, подавленной налогами, о той самой Франціи, которая то сражается, то дипломатничаетъ, то наконецъ, барышничаетъ на счетъ своего собственнаго богатства, или, желая удвоить его, проматывается на вздорныя предпріятія. Здсь говорится о Франціи непроизводительной, вс инстинкты, потребности, чувства, понятія которой не имютъ ничего общаго съ остальною Франціей, и въ которой громадная дятельная сила то наводитъ страхъ на всю Европу, то изнуряетъ страну, то, наконецъ, совершенно замираетъ. И такъ, вотъ эту самую Францію желалъ бы я видть преобразованною такъ, чтобы одновременно создалась въ ней система политическихъ и экономическихъ гарантій, которая дала бы каждому изъ насъ, каждому изъ нашихъ городовъ, каждой провинціи и всей націи вчетверо боле той силы, какую совершенно напрасно отнимаетъ у насъ пагубная централизація. Слишкомъ хорошо я знаю, что далекъ еще тотъ день, когда подобныя желанія будутъ понятны даже тмъ, которые должны понимать ихъ и стремиться къ ихъ осуществленію. Предположите, что одинъ изъ насъ, соціалистовъ, заявитъ подобное желаніе въ законодательномъ собраніи: вс товарищи такого депутата предадутъ его анафем, какъ чудовище; практическая демократія объявитъ его измнникомъ отечества, врагомъ національностей, агентомъ коалиціи; и если, посл такого скандала, онъ не поторопится убраться, то его не замедлятъ выпроводить.

5) Алжиръ. – Посл тридцати пяти лтъ нашего владнія Алжиромъ, надо было надяться, что тамъ будетъ до пятисотъ тысячь европейскихъ семействъ; то есть, что тамъ накопится, по крайней мр, два милліона жителей, французовъ и чужестранцевъ, большею частью земледльцевъ–собственниковъ. Населеніе это должно было бы составить, на всемъ протяженіи отъ Бона до Орана, приморскую федерацію такой же величины, какъ Швейцарія; она должна была бы управляться сама собой, имть свои провинціальные създы и общее собраніе, свой исполнительный совтъ, свое муниципальное управленіе; вс сношенія подобной федераціи съ метрополіей должны были бы ограничиваться торговыми и промышленными длами и, только временно, командировкою военныхъ отрядовъ, постепенно сокращая ихъ численную силу. Притомъ, содержаніе этихъ отрядовъ должно было бы падать на счетъ Алжира, который распоряжался бы ими, какъ Карлъ X швейцарцами.

Исполнить этотъ планъ было очень легко. Земель, и превосходныхъ земель въ Алжир довольно. Эти земли слдовало не продавать, а отдавать даромъ всмъ, желавшимъ селиться въ Африк со своими семействами, съ цлью воздлывать почву своими собственными руками. Тмъ, которые не имли средствъ на колонизацію и первоначальное обзаведеніе, слдовало обезпечить безплатный перездъ и снабдить на первый годъ смянами для посва, рабочимъ скотомъ, земледльческими орудіями и продовольствіемъ.

Слдовало бы также сократить на три года срокъ службы тмъ изъ солдатъ, которые соглашались перехать съ женами на житье въ колонію; эти переселенцы составили бы такимъ образомъ настоящіе кадры національной гвардіи и туземнаго регулярнаго войска. Для устройства этой африканской Франціи было бы достаточно и половины того, что Франція истратила въ Алжир въ теченіе тридцати четырехъ лтъ.

Вотъ чего требовали дйствительныя нужды метрополіи и высшія экономическія соображенія, независимо уже отъ разсчетовъ государственнаго казначейства.

Въ 1830 г. земледдьческое населеніе Франціи относилось къ остальному, почти какъ 24:8; т. е. изъ тридцати двухъ милліоновъ жителей было 24 милліона земледльцевъ. Это значитъ, что три четверти населенія Франціи занималось тогда преимущественно производствомъ предметовъ продовольствія; этимъ обусловливалось сравнительно высокое благосостояніе, о которомъ любятъ вспоминать теперь наши старики. Было въ ту пору меньше роскоши, за то больше довольства, и жилось гораздо легче и дешевле.

Съ 1830 г. отношеніе земледльческаго класса ко всему населенію сильно измнилось: число сельскихъ жителей не превышаетъ теперь двадцати четырехъ милліоновъ, а можетъ быть даже и не достигаетъ этой цифры, между тмъ какъ промышленное населеніе, вмст съ чиновниками, солдатами, духовенствомъ и проч., возрасло боле чмъ на четыре милліона. Въ этомъ и заключается причина дороговизны. Състные припасы должны были вздорожать:

1) вслдствіе того, что число желудковъ, которые нужно прокормить, увеличилось на 4 или 5 милліоновъ;

2) вслдствіе того, что оставшимся рабочимъ земледльческаго класса пришлось работать больше прежняго, а слдовательно и за высшую плату.

Чтобы поддержать statu quo пятнадцати лтъ Реставраціи, съ точки зрнія народнаго благосостоянія, при размноженіи классовъ промышленнаго, военнаго, чиновничьяго, артистовъ и проч. съ 8 милліоновъ до 12, сельское населеніе должно было бы размножиться съ 24 милліоновъ до 36, a вмст съ тмъ и самая территорія Франціи увеличиться съ 52 милліоновъ гектаровъ до 72. Если бы даже мановеніемъ магическаго жезла Франція присоединила къ себ въ то время и Рейнскія провинціи, и Бельгію, и Голландію, то все эти страны, населенныя рабочимъ народомъ, почти умирающимъ съ голоду, разумется, не спасли бы ее отъ развитія нищеты. Противъ подобнаго зла нужно было придумать другое, боле верное средство.

Завоеваніе Алжира разршало задачу народнаго пропитанія. Оно давало намъ землю, давало намъ средство кормиться и требовало отъ насъ только рабочихъ рукъ, которыхъ было у насъ вдоволь. Обезпечивая дешевизну сырыхъ продуктовъ, Алжиръ позволялъ намъ спокойно заниматься развитіемъ всхъ прочихъ отраслей промышленности и тмъ самымъ способствовалъ нашему обогащенію.

Но увы! – государственная система наша воспротивилась всему этому. Колонистамъ отказали въ земл; ее стали раздавать въ аренду разнымъ привилегированнымъ компаніямъ. Буржуазія вошла во вкусъ подобныхъ арендныхъ раздачь, и правительство не нашло ничего лучше, какъ воскресить старый феодализмъ. Но раздавая земли, правительство должно было надлить новыхъ феодаловъ и рабами, которые работали бы безплатно: для достиженія этой цли у него не хватило, однако ни смлости, ни силъ. Колонизація Алжира не удалась совершенно. И вотъ, съ отчаянія, правительство стало уже помышлять о томъ, чтобы обратить Алжиръ въ военную школу и марсово поле. Съ этой самой поры, централизація, отрицающая свободу, усиливается въ Алжир преобладаніемъ военной власти, и трудъ ршительно убивается. И такъ, завоеваніе 1830 г. завоеваніе, купленное дорогою цною крови нашихъ согражданъ, завоеваніе, на которое возлагала столько надеждъ наша нація, стало уже невыносимымъ бременемъ для Франціи, даже по увренію ея государственныхъ людей. Мы опустошили Африку; выгнали бедуиновъ, турокъ, кабиловъ, и что же? – въ той самой стран, которая была золотымъ дномъ для римлянъ, не насчитывается и 150 тысячь французовъ обоего пола и всхъ возрастовъ! И здсь, въ Алжир, точно такъ же, какъ и въ Канад или въ Луизіан, Санъ–Доминго, Восточной Индіи, мы, французы, оказались неспособными владть землей и пользоваться ею.

Что же придумали, однако, наши депутаты Оппозиціи для оживленія и развитія страны, попавшей въ наши несчастныя руки? Они, эти умные депутаты ршили только… удвоить число алжирскихъ депутатовъ!.. Не будь мы сами свидтелями такого ршенія, никогда бы намъ не приснилось даже, что какая нибудь страна огласилась съ высоты трибуны подобною возмутительной нелпостью.

6) Каверзы Оппозиціи. – И такъ, Оппозиція, въ силу своего принципа, общаго у нея съ правительствомъ, осуждена вотировать бюджетъ цликомъ и, потому, можетъ вести съ властью только пустую игру на словахъ. Оппозиція порицаетъ экспедицію, которая ей не нравится, и одобряетъ другую, предлогъ которой ни сколько не разумне. Оппозиція критикуетъ письмоводство, счетоводство правительства; она прибавляетъ, убавляетъ, выкраиваетъ, урзываетъ; она предлагаетъ замысловатыя поправки, задаетъ вопросы тономъ недоврія… Восемнадцать лтъ царствованія Люи–Филиппа прошли въ этой пошлой игр, которую теперь вздумали продолжать. Г. Вюитри, отвчая г. Тьеру отъ имени правительства, имлъ полное право сказать, что изъ бюджета въ 2.300,000,000 франковъ г. Тьеръ не исключитъ и 10 милліоновъ. Стоитъ ли, посл этого, называться членомъ Оппозиціи! И какая заслуга забавлять, въ теченіе полугода, все законодательное собраніе безцльной болтовней?

Правительство захотло сдлать заемъ въ 300 милліоновъ фр. и тотчасъ–же получило согласіе. Кто ршился бы помшать правительству исполнить свои обязательства, остановить работы, отнять хлбъ у ста тысячь рабочихъ, стснить дйствіе власти? И вотъ, соглашаясь на заемъ, г. Тьеръ придумываетъ, однако, разныя каверзы, которыя до такой степени затрудняютъ всю операцію, что министерство не въ состояніи выполнить ее, какъ слдуетъ, и можетъ уронить себя въ глазахъ народа. Коммисару правительства не трудно, разумется, выставить на видъ подобное обстоятельство. Къ чему же ведетъ, однако, парламентская ловкость г. Тьера? Къ чему вся эта тактика Оппозиціи?! И мы пошлемъ своего депутата, отъ имени рабочаго народа, играть съ такими каверзниками и въ такую шулерскую игру? Никогда!

Передо мной лежитъ рядъ поправокъ, предложенныхъ гг. депутатами демократической Оппозиціи.

Въ числ этихъ безсмысленныхъ поправокъ находится и слдующая:

«Ассигновать: 1) 50,000 франковъ на изученіе (!) проэкта закона о начальномъ, безплатномъ и обязательномъ для всхъ образованіи; 2) 200,000 франковъ на пособіе отставнымъ учителямъ, и 3) шесть милліоновъ фр. на устройство женскихъ школъ».

Вотъ уловка, какая употребляется для заявленія принципа безплатнаго и обязательнаго образованія и, притомъ, съ цлью пріобрсть популярность! Но даровымъ, безплатнымъ называется только то, что никому ничего не стоитъ… и что же? – наши превосходные депутаты требуютъ на одно лишь начальное образованіе милліоны и сотни тысячь франковъ! И такъ ясно, что эту сумму заплатятъ плательщики податей. Мало того: доказано уже, что всякая подать ложится на каждое семейство въ обратномъ отношеніи къ его средствамъ, то есть взимается съ рабочихъ бдняковъ, а не съ богачей, и потому, въ конц концовъ, всегда и за все неизбжно платитъ одинъ только народъ. Теперь спрашивается: можетъ ли народъ платить боле того, сколько онъ уже платитъ? – получитъ ли онъ, взамнъ всхъ своихъ пожертвованій, это желанное образованіе? – могутъ ли дать его? – и будетъ ли оно, наконецъ, на что нибудь пригодно?… Обо всемъ этомъ мы поговоримъ въ одной изъ слдующихъ главъ.