Чтение онлайн

Максимилиан I, и мператор Мексики

Оба брата, Франц Иосиф и Макси, родились с разницей только в два года и с колыбели соперничали за любовь матери. В то время, как старший унаследовал все разумные достоинства Софии — самодисциплину, прилежание и сознание своего долга, — у Максимилиана было природное обаяние, он был веселым, легко следовал велению сердца. У него был поэтический дар, он пел приятным баритоном и любил музыку, как большинство Габсбургов, за исключением Франца Иосифа. Максимилиан страстно любил играть в театре и имел склонность к широким жестам: так однажды он послал своей матери к рождеству букет из цветов в два с половиной метра в обхвате.

Максимилиан женился на красивой и честолюбивой принцессе Шарлотте Бельгийской[454]. Этот брак был очень счастливым за исключением двух обстоятельств: у них не было ни детей, ни профессии.

Шарлотта Бельгийская, императрица Мексики, жена Максимилиана I

Как и многим младшим братьям и сестрам монарха, Максимилиану ничего не оставалось делать, как замещать своего брата на официальных церемониях. Он был послан генерал-губернатором в Милан, когда итальянцы начали выступать за свободу. Но у него было слишком мало авторитета и, кроме того, было слишком поздно, чтобы можно было унять националистические настроения просто присутствием брата императора. Он любил все, что было связано с кораблями и мореплаванием, и был назначен комендантом скромного австрийского флота. Но Максимилиан нажил врагов в военном министерстве, когда потребовал увеличения флота и собственное морское министерство. Советники Франца Иосифа дали понять, что было бы неразумно с его стороны увеличивать как раз тот род вооружения, которому так очевидно посвятил себя его любимый брат. Максимилиан и Шарлотта построили для себя волшебный замок Мирамар с видом на порт Триеста, и ожидали благоприятного случая для осуществления своих честолюбивых планов.

В начале шестидесятых годов в Европу прибыла группа богатых мексиканских эмигрантов, которые бежали от революции под предводительством Хуареса[455]. Католически и консервативно настроенные, они искали в Европе поддержку своих планов: они хотели установить в Мексике монархию. Им нужны были деньги, войска и настоящий европейский отпрыск императорского рода. Король Франции Наполеон III проявил интерес к их намерениям и дал им войска; французские финансовые круги тоже оказали содействие.

Однако, все их надежды превзошли ожидания, когда им удалось привлечь в качестве претендента на трон подлинного Габсбурга. Максимилиан согласился принять корону, которую они так заманчиво ему пообещали.

Роль, которую сыграл Франц Иосиф в афере Максимилиана, не совсем однозначна. Братья часто расходились во мнениях, редко выступали с одинаковой точкой зрения в делах монархии. Австрийский министр иностранных дел, граф Рехберг[456], отрицательно относился к мексиканской авантюре, также относилась эрцгерцогиня София и многие другие при дворе. Франц Иосиф, вероятно, предоставил событиям развиваться своим чередом. Он не дал согласия на военную поддержку со стороны Австрии и настоял на том, чтобы Максимилиан, до того, как он примет мексиканскую корону, отказался от своего права на престолонаследие в Австрии. Братья ожесточенно спорили по вопросу отказа от наследования; в конце концов Францу Иосифу самому пришлось поехать в Триест, чтобы склонить своего брата поставить подпись.

Несколько дней спустя Максимилиан и Шарлотта вышли в море на фрегате «Наварра». Они использовали солнечные дни во время плавания для того, чтобы наметить придворный церемониал.

Все это предприятие было с самого начала до конца бессмысленным. Плебисцит, который Максимилиану показали, как доказательство того, что «народ желает, чтобы им правил благородный и знатный князь», оказался фарсом. В примитивной, полутропической стране они нашли, кроме посланного Наполеоном III армейского корпуса, только горстку сторонников и полностью погрязшее в долгах, почти обанкротившееся правительство.

Максимилиан предпринял отчаянные усилия, чтобы привлечь на свою сторону мексиканский народ. Он объехал страну с сомбреро на голове и говорил с людьми на плохом испанском языке. Шарлотта и он давали блестящие государственные банкеты в своем дворце Чапультепек, прикрепляли на грудь сверкающие ордена тем, кто был предан им, и усыновили маленького мексиканского мальчика, хотя его мать позже потребовала его обратно.

Приключение быстро приближалось к катастрофическому концу. Политические трудности во Франции, особенно растущий страх перед Пруссией, заставили Наполеона III отозвать свои войска из Мексики. Максимилиан, у которого не было ни наличных денег, ни возможности достать их, попросил кредит у императора Франции, но тот был глух к просьбам. Хуарес, между тем, собрал на севере страны свои революционные войска и ждал момента, чтобы нанести удар. Все это время письма, которые Максимилиан писал домой в Хофбург, были такими веселыми и довольными, как описания юноши из летнего лагеря.

Летом 1866 года положение стало таким отчаянным, что Шарлотта отплыла в Европу, чтобы привезти помощь своему мужу. После того, как в Париже Наполеон III бесцеремонно выпроводил ее, она поехала дальше в Рим, чтобы передать просьбу императора Папе Римскому. В Ватикане Шарлотта была совсем сломлена и погрузилась в сумрачный мир шизофрении. Максимилиан получил печальное известие о душевном умопомешательстве своей жены как раз тогда, когда французские войска покидали город Мехико. После этого он послал депешу своей семье в Вену, где сообщал, что он еще до Рождества прибудет домой.

Между тем в Австрии поражение при Кениггреце и, в особенности, правительственный кризис, обескуражили всю Австрию. Популярность Франца Иосифа упала до самой нижней отметки за почти 68 лет его правления. Ходили слухи, что определенные круги планировали принудить Франца Иосифа к отречению от престола и привезти обратно Максимилиана из Мексики, чтобы назначить его регентом при несовершеннолетнем кронпринце Рудольфе. Франц Иосиф, должно быть, не особенно радовался предстоящему возвращению своего брата. В Вене, однако, никто не подозревал, что симпатичный, жизнерадостный «Макси» находился в серьезной опасности. Эрцгерцогиня София писала ему в категорическом тоне, что как бы она ни стремилась к его возвращению: «Я все же желаю тебе, чтобы ты так долго выдержал в Мексике, как только возможно, и чтобы это произошло с честью».

Максимилиан уже отправился в путь домой и находился на пути к порту Вера Крус, когда его бельгийские и австрийские советники настроили его на другой лад и переубедили не отрекаться от трона. В его свите находился подлый пастор, патер Фишер, который незадолго до этого присоединился к нему. Максимилиан решил, на свою погибель, повернуть назад. Со своими до смешного незначительными вооруженными силами, он наткнулся на Хуареса, был вскоре побежден, взят в плен, поставлен перед военным судом и приговорен к смерти.

Это сообщение ужаснуло и привело в смятение его друзей в Европе. Никто даже отдаленно не подумал о том, что это романтическое приключение может окончиться трагически. Были пущены в ход все средства, чтобы спасти Максимилиана — были отосланы прошения о помиловании, министры сделали представления. Франц Иосиф попросил американского госсекретаря Сьюарда[457] о вмешательстве и пообещал снова вернуть Максимилиану его право престолонаследия.

Напрасно, все усилия были предприняты слишком поздно. Сияющим утром 19 июня 1867 года Максимилиана и двоих его мексиканских генералов повели на расстрел на холм вблизи Куэретаро.

«Я не мог бы выбрать себе лучшего дня для смерти», — заметил он. Он дал каждому солдату из команды, исполнявшей приговор, кусочек золота и просил их, чтобы они целились точно ему в сердце. Его последние слова были: «Пусть моя кровь, которая сейчас прольется, принесет этой стране добро».

Это не было его самым последним словом. Первый залп не убил его, а одна из пуль разорвала ему лицо. Его последним словом по-испански был крик удивления и боли: «Hombre!» Только второй залп, который дали по приговоренным, извивающимся в пыли, положил конец его жизни.