Чтение онлайн

— Я не собираюсь отсиживаться здесь! — гневно сказала Гермиона.

— И не надо, — Луна улыбнулась. — Смотрите, еще несколько летят… от вас с Гарри, кажется, несет за километр…

Гарри обернулся: шестеро или семеро Тастралов прокладывали себе путь между деревьями, сложив огромные кожистые крылья на спине и сверкая глазами в темноте. Теперь от сопровождения не отвертеться.

— Ладно, — бросил он злобно, — седлайте их и полетим.

Гарри запустил руку в гриву тастрала и, приподнявшись на пне, неуклюже вскарабкался на лоснящуюся спину животного. Тастрал не возражал против наездника, но повернул голову и, обнажив клыки, принялся увлеченно облизывать мантию Гарри.

Гарри удалось разместить колени за суставами крыльев, чтобы прочно держаться «в седле». Он посмотрел на остальных. Невилл, повиснув на спине тастрала, пытался закинуть короткую ногу за спину животного. Луна уже оседлала зверя и, по-женски свесив ноги на сторону седла, спокойно расправляла мантию, словно делала это ежедневно. Рон, Гермиона и Джинни застыли на поляне, уставившись на них с открытым ртом.

— Ну, что? — спросил Гарри.

— Как же мы их оседлаем? — пугливо спросил Рон. — Мы не видим их…

— О, проще простого, — сказала Луна и, съехав со спины тастрала, подошла к нему, Гермионе и Джинни. — Идем…

Луна подвела их к тастралам, стоящим неподалеку, и по очереди помогла каждому забраться на спины зверей. Вид у всех троих был напуганный; Луна опустила их руки на гривы тастралов и сказала держаться крепко. Потом она вернулась на своё место.

— Рехнуться можно, — пробурчал Рон, проводя рукой вверх-вниз по холке тастрала. — Черт возьми… если бы я мог его видеть —

— Скажи спасибо, что ты не видишь его, — мрачно ответил Гарри. — Все готовы?

Все кивнули; Гарри увидел, как под полами мантий пять пар колен сжали бока тастралов.

— Ладно…

Он опустил взор на черную, блестящую голову тастрала и сглотнул.

— Лондон, Министерство Магии, парадный вход, — неуверенно произнес он. — Э-э… если ты, конечно, знаешь, куда лететь…

Сначала тастрал Гарри никак не отреагировал; затем последовал взмах, чуть не выбивший Гарри из седла: крылья по обеим сторонам тастрала раскрылись, он медленно приподнялся и взметнул ввысь с такой скоростью и неожиданностью, что Гарри пришлось плотно прижаться к тастралу, чтобы не съехать на его костлявый круп. Гарри зажмурился и зарылся лицом в блестящую гриву зверя, когда тот вылетал сквозь гущу веток навстречу кроваво-красному закату.

Впервые в жизни Гарри передвигался так быстро; тастрал промчался над замком, тяжело взмахивая широкими крыльями. От холодного ветра глаза Гарри заслезились; он оглянулся и увидел, что пятеро товарищей летят далеко позади, каждый — низко пригнувшись к спине тастрала, чтобы не соскользнуть.

Они пролетели окрестности Хогвартса и минули Хогсмид; внизу Гарри увидел горы и лощины. Начало смеркаться, и, когда они пролетали над деревнями, там и тут мелькали огоньки. Потом внизу появилась петляющая дорога, по которой одинокий автомобиль полз домой, огибая холмы…

— Это фантастика! — едва расслышал Гарри возглас Рона. Он представил, каково это — нестись по воздуху без видимого транспорта.

Наступили сумерки; небо окрасилось в вечерние, багровые тона, подсвеченные крошечными серебристыми звездочками. Высоту полета или его скорость можно было определить лишь по мельканию магловских огоньков внизу. Гарри крепко обхватил руками тастрала за шею, когда тот прибавил ходу. Сколько же прошло времени с момента видения про Сириуса, лежащего на полу Отдела Магических Происшествий? Как долго сможет Сириус сопротивляться Вольдеморту? Гарри знал только то, что его крестный не подчинился Вольдеморту, и пока не умер — он был уверен, что ярость Вольдеморта отразится на его организме каким-либо образом (например, резкая боль в шраме, как в ночь видения про мистера Уизли).

Компания продолжала лететь в сгущающихся сумерках; лицо Гарри окоченело от холода, а ноги — от жестких боков тастрала, но он не решился сесть удобнее. Гарри почти оглох от свистящего в ушах ветра, а его пересохшие губы свело от морозного вечернего воздуха. Он уже не следил, как далеко они улетели; вся его надежда заключалась в звере, уверенно несущем его вперед и хлопающем крыльями.

Если они опоздают…

Он еще жив, он борется, я чувствую…

Если Вольдеморт решит, что пытать Сириуса бесполезно…

Я это почувствую…

Внутри у Гарри все подпрыгнуло; тастрал, нагнув голову к земле, начал стремительно снижаться, и Гарри съехал по его холке вниз на несколько сантиметров. Они, наконец, приземлялись… Гарри показалось, что у него за спиной раздался крик, но, оглянувшись, он не увидел никого падающего. Наверняка всех, как и его самого, напугало внезапное приземление.

По сторонам показались увеличивающиеся в размерах оранжевые огни; можно было разглядеть крыши зданий, вереницы фонарей, напоминающие фосфоресцирующие глаза насекомых, бледно-желтые квадраты окон. Они неожиданно быстро долетели до земли; Гарри, приготовившись к толчку, всем телом прижался к тастралу, но зверь приземлился, как пушинка. Гарри съехал со спины тастрала и оглядел улицу, на которой стояли рядышком разбитая телефонная будка и мусорка, обе оранжевые в свете уличных фонарей.

Пару секунд спустя приземлился Рон, тут же спрыгнувший со спины тастрала.

— Чтобы я ещё раз… — выдавил он, едва ли не падая. Он попытался отойти подальше от своего тастрала, но, не видя его, врезался в тастралову корму и еле удержался на ногах. — Никогда в жизни… это был самый худший полет…

По бокам от него приземлились Джинни с Гермионой, немного проворнее спрыгнув с тастралов. Опустившись на землю, они все же выглядели более уверенными. Невилл лихорадочно спрыгнул вниз, а Луна элегантно соскользнула со своего тастрала.

— Куда направимся теперь? — осведомилась она у Гарри вежливо-интересующимся тоном, словно они шли на занимательную экскурсию.

— Сюда, — сказал Гарри. Он признательно погладил тастрала, и быстрым шагом направился к разрушенной телефонной будке. Он распахнул дверь и крикнул замешкавшимся друзьям: — Ну же, быстрее!

Рон с Джинни послушно вошли внутрь; Гермиона, Невилл и Луна втиснулись следом. Гарри оглянулся на тастралов — те копались в мусорке в поисках еды — и запихнул себя в будку вслед за Луной.