Чтение онлайн

— Как считаешь, что с ним могло произойти? Может, Луна не приехала?

— Как раз наоборот, она, скорее всего, приехала, — грустно ответила Джинни.

— Так в чем же дело? В смысле, ты говорила, что… ну, не могла же она с ним расстаться!

— Почему?

— Но это же… невероятно!

— Ну, ты и дитя все-таки, Гарри! В человеческих отношениях все всегда так запутано, толком ничего не удается точно предсказать. Но здесь-то все ясно.

— Я думал, Луна просто… но это же не может быть из-за того, что Невилл там для чего-то «не созрел»? — вконец возмутился Гарри.

— Да нет, конечно! — Джинни тряхнула своей огненно–рыжей гривой и слегка вздохнула: — Вообще-то, Луна изменилась.

— Да брось ты! Вроде бы все, как обычно.

— Это нельзя заметить с первого взгляда, да и со второго тоже.

— И что это, по–твоему, значит? Что-то нехорошее случилось?

— Нет, не думаю… Просто она… ну, понимаешь, обратила внимание на кого-то другого.

— Она сама тебе это сказала?

— Нет, — Джинни была явно огорчена, — но это видно. И она не хочет ни с кем об этом говорить. Наверное, чтобы он об этом не узнал.

— Нельзя же оставлять это без внимания!

— Гарри, она разумная девушка и справится сама. А Невилла хорошо бы пока не трогать.

— Мда–а, — протянул Гарри, — если бы я все это наблюдал со стороны, никогда бы не подумал, что война уже на пороге.

— Ты же наблюдал со стороны.

— О чем ты?

— Я говорю о твоем внутреннем состоянии. Извини, но для тебя являются новостью такие вещи, которые для других уже в течение нескольких месяцев — очевидный факт.

— Ты права. Я все время пребываю в какой-то… прострации. Конечно, тебя это обижает…

— Нет, меня это, скорее, беспокоит, а также то, что ты не борешься с этим, и даже не пытаешься бороться… Знаешь, как мне хочется, чтобы все это поскорей закончилось?

— Все зависит от того, как именно это закончится, — Гарри задумчиво уставился на огонь в камине. — Иногда мне хочется, чтобы эти сроки никогда не наступали. И знаешь, Джинни, нехорошо, что так мало людей знают про Волдеморта.

— Ты ведь и сам не знаешь, что сказать.

— Да, но это означает, что я должен это выяснить, не откладывая. Только вот профессор…

— А что — профессор, ты знаешь где его искать!

— Да, если он не заколдовал Выручай–Комнату каким-то особым способом, чтобы я не мог туда попасть…

— Ты в это веришь?

— Не знаю, — устало ответил Гарри. — Почему тогда, черт возьми, он ничего не понимает?! Я точно знаю, что ему, как и мне, не все равно.

— Ну, ты выражаешь свои чувства непосредственно, он же не привык к этому, мы ведь это уже обсуждали, — слегка раздраженно заметила Джинни. — Ты требуешь от него больше, чем он в состоянии выразить.

— Но разве это… так трудно?

— Доверять кому-либо? Очень трудно. Сам подумай, ему ведь больше некому доверять, у него вообще никого нет, только представь себе, — она умолкла и тоже стала смотреть на огонь.

Гарри не хотел размышлять над словами Джинни, но они как будто самим ползли в голову. Уже ночью, засыпая, он думал о том, что бы он чувствовал, будь он вынужден большую часть жизни вести двойную игру и если бы его при этом использовали. Цельной картины у него не сложилось, так как Гарри все же не мог не оставаться при этом самим собой. И он знал теоретически, что за человек был Снейп: неуверенный, агрессивный, замкнутый, но все же бесконечно храбрый — человек, способный пожертвовать жизнью ради тех, кого любит. Гарри так растрогался, что едва не расплакался, но вовремя удержался: даже в сравнении с непрекращающимся храпом Рона сопение Невилла было бы слышнее. А это значило, что Джинни оказалась права…

Солнечный свет бил в глаза. Гарри рывком сел на кровати и одним движением водрузил на нос очки. Он успел забыть, каково это: просыпаться в Хогвартсе и вновь видеть эти веселые пятна света на пурпурных занавесках и на потолке. Сердце наполнилось радостью и умилением, и Гарри, беспричинно улыбаясь, стал натягивать ботинки. Потом он различил странное уханье в комнате — Сыч Рона такой звук издавать при всем желании бы не смог. Не успел он определиться с источником звука, как дверь открылась, и на пороге возник сияющий Рон. В следующий момент у него отвисла челюсть, смотрел он при этом куда-то мимо Гарри.

— Букля! — выдавил он.

Гарри резко обернулся и даже вскочил на ноги: на подоконнике прямо за ним стояла огромная клетка, а в ней сидела полярная сова. Гарри потребовалось не менее пяти минут, чтобы убедиться, что это не Букля. У этой совы голова была крупнее, а на левом крыле виднелось несколько черных перьев, в остальном же… Гарри не мог оторвать глаз от птицы. Все это время ему никак не удавалось заставить себя приобрести новую сову, хотя иногда ему приходилось отвечать на несколько писем одновременно, а в Фульменгарде, в отличие от Хогвартса, с совами дело обстояло напряженно. Сова же, тем временем, поняла, что Гарри наконец-то обратил на нее внимание, и тотчас забила крыльями по прутьям клетки и заухала еще громче.

— Хочет есть! — со знанием дела сказал Рон, взял немного корма у Сыча и насыпал его в клетку белой сове. Та презрительно щелкнула клювом, но затем, видимо, примирившись с судьбой, начала клевать.

— А ты…, — Гарри обрел дар речи, — ты долго отсутствовал?

— Да, ты проспал целую вечность, старик, почти до обеда. Должно быть, ее принесли, когда меня не было.

— Кто?

— А я знаю?

— В замке почти нет учеников, Рон, кроме нас, выпускников, и нескольких первоклашек.

— Скорее всего, это Хагрид.

— Но ведь он уже подарил мне пару перчаток из драконьей кожи.

— Тогда я не знаю, — Рон пожал плечами.

Гарри приблизился к клетке и открыл дверцу. Сова вмиг выпорхнула наружу, сделала три круга под самым потолком и резко приземлилась на плечо Гарри.

— Гляди-ка, она признала тебя, — ухмыльнулся Рон.

Гарри тоже растянул губы в невольной улыбке.

— Букля.

Тут же он громко вскрикнул. Он сделал попытку погладить сову, но та так сильно клюнула его, что ему даже показалось, что в мире стало одним пальцем меньше.

— С характером, — отметил Рон.

— Да уж, — согласился Гарри, посасывая палец и глядя в желтые, немигающие глаза. Он уже знал, точнее, догадывался, чей это был подарок, и в душе у него разливалось чувство неизъяснимой благодарности и еще нечто очень теплое, что он никогда не любил анализировать.

Сова взмахнула могучими крыльями, ободряюще ухнула и послушно влетела в клетку. Гарри смотрел на нее, как зачарованный, и в какой-то момент совсем забыл о существовании Рона. Рон неодобрительно фыркнул и сильно хлопнул друга по плечу.