Чтение онлайн

Мне же потом с одним из них биться либо в большом финале за победу, либо в малом финале за бронзовую медаль.

Что я могу сказать? Они оба были хороши.

И Аш, и Актолино показали еще по одной мощной технике.

Правда, подловить друг друга им не удалось ни в первый раз, с уже знакомыми по предыдущим боям техниками, ни во второй раз с новыми.

В итоге их полуфинал стал боем на выносливость.

И вот тут Актолино показал класс. Дело было даже не в силе как таковой. Скорее, в концентрации. Уставало не столько тело, сколько сознание.

До исчерпания резервов маги не дошли, но минут через двадцать Аш стал выдыхаться, и это было заметно. Медленнее формировались атакующие техники, появились микрозаминки при постановке щитов, его рывки в сторону от атаки соперника стали более резкими и какими-то дерганными.

Актолино же был по-прежнему бодр и свеж. То ли он с самого начала боя меньше напрягался морально, то ли действительно готов был часами сражаться в одном и том же темпе.

Как бы то ни было, Актолино подловил соперника самой банальной Огненной стрелой. Отправил ее единственную в микроскопический промежуток между двумя щитами Аш, уже почти сдохшим старым и еще не воплощенным новым. Попал ровно в солнечное сплетение.

Красивый бой и красивая победа.

Арчи Актолино, сияя довольной улыбкой, раздавал воздушные поцелуи трибунам. Зрители бесновались. Арчи, такой же новичок турнира, как и я, вышел в большой финал. Он уже точно с медалью. Как минимум, серебряной.

Аш зло пыхтел, но раскланялся с соперником по всем правилам. Как и все три года до этого, он вновь споткнулся на полуфинале. Его раздражение можно было понять, но тут все было очевидно. Актолино был лучше и наглядно это показал.

Ну а теперь мой выход.

Выйдя на арену, я мысленно сказал целителю «спасибо». Его вариант штифта оказался куда более приятной штукой, нежели то, что мог сделать в прошлой жизни я сам. По крайней мере, боли при ходьбе было куда меньше, чем могло бы быть. И на неровном мягком песке это чувствовалось особенно отчетливо.

Конечно, я по-прежнему демонстративно хромал. Уж не знаю, поверил ли мне соперник, но какое-то затаенное превосходство в его взгляде мелькало. Правда, оно могло быть и не связано с моей травмой, представитель великого клана был уверен в себе в любом случае.

Подойдя на нужную дистанцию к сопернику, я коротко поклонился.

Барнами ответил мне тем же.

Распорядитель закончил представлять нас, зрители замерли в ожидании боя, изолирующий купол вокруг нас помутнел.

— Бой! — раздался голос судьи.

Мой противник разорвал дистанцию Ускорением, а я окутался Зеркальной сферой и остался на месте. Только проводил Барнами взглядом и прикинул дистанцию его Ускорения. Стандартная.

В меня полетели Ледяные стрелы, но все они легко отражались моими Зеркалами.

Улучив момент, я отправил в соперника свою Огненную стрелу.

Он отразил ее щитом и вновь атаковал.

Все это время я стоял на месте, а Барнами применил уже три Ускорения. Все со стандартной длиной.

На лице моего соперника все явственнее проступало удивление. Он ждал, когда я начну перемещаться, но я упорно стоял на месте.

Наконец, он решился.

Вокруг меня появилось едва заметное обычным взглядом марево.

Все, дальше стоять нельзя.

Я активировал готовое Ускорение, но, к моему удивлению, движение получилось существенно более медленным, чем обычно. И дело тут не в моей травме. Барнами кинул что-то замедляющее, похоже. Его марево вокруг меня преобразовалось в хаотичные светящиеся линии, при пресечении каждой из которых из моего Ускорения словно бы забиралась часть силы.

Сам же Барнами готовил вторую часть сюрприза.

Ускорение в итоге даже не смогло вынести меня за пределы действия замедляющего поля. Но мне это уже и не нужно было, само по себе замедление мне ничем не мешало.

Вокруг Барнами появились мои Зеркальные сферы, и мне хватило времени, чтобы слить три из них воедино. Как раз за мгновение до того, как Барнами отправил в меня ледяной дождь. Не знаю, что это за техника, но выглядела она как множество крошечных ледяных шариков.

Однако долетела его усиленная техника только до моего усиленного Зеркала, отразилась и окутала его самого.

Барнами застыл ледяной статуей, а я изумленно на него уставился. Что, и все? Вот так просто?

Нет, понятно, что я сломал всю свою тактику боя, к которой уже привыкли мои соперники, грамотно подобрал момент, использовал Зеркало вне замедляющего поля, на что соперник вряд ли рассчитывал, да еще и успел слить три Зеркала в куда более мощный единый щит, но… Как-то это все равно слишком просто.

— Победитель — Виктор Дамар! — провозгласил судья.

Трибуны взорвались овациями, а я развеял свое Зеркало, чтобы дать возможность судье подойти и вызволить моего соперника из плена застывшего турнирного костюма.

Барнами, кстати, свою технику так и не развеял. То ли не мог, то ли просто решил мелочно подгадить. Выбираться из замедляющего поля, кстати, было неприятно. Оно было тягучим, словно кисель, и нагрузка на мою травмированную ногу получилась даже больше, чем при работе Ускорения.

Впрочем, судя по безукоризненно вежливому поклону Барнами, его техника действительно была неотменяемая.

Выбравшись из поля замедления, благо я оказался близко к его краю, я поклонился в ответ и поковылял прочь с арены. Уже не притворяясь, к сожалению. Штифт все еще держал, нога не норовила подвернуться, но все равно горела и простреливала болью при каждом движении так, что аж в глазах темнело.

Один бой. Мне остался всего один бой!

Но что-то я уже не уверен в своей способности его выиграть.

— Кто бы мог подумать, — впечатленно покачал головой глава великого клана Барнами.

— Но это невозможно! — воскликнул его младший родич.

Глава клана покосился на парня. Официально это был его племянник, но в клане ходили тихие слухи о том, что мальчик мог оказаться и его сыном.

Глава клана Барнами и сам не взялся бы утверждать наверняка, кто ему этот парень. Заказывать генетическое исследование — это фактически признаться в измене и гарантированно получить проблемы с женой. Вполне возможно, зря. Парнишка ведь и сыном брата может оказаться. Приблизить же к себе талантливого младшего родича можно было и без признания сыном.

И даже наследником его можно сделать. Случай редкий, конечно, но не уникальный. Даже великие кланы при всех их огромных ресурсах, не могли себе позволить разбрасываться талантами. Тем более, когда это родная кровь.

Впрочем, до момента принятия таких решений пока далеко. Племянник, конечно, показывает себя очень хорошо, но ему всего шестнадцать лет, он еще ребенок.

В отличие от Виктора Дамар.

Глава клана Барнами вновь перевел взгляд на арену.

— А не поговорить ли мне с юным гением? — задумчиво произнес он.