Чтение онлайн

– Так тебя беспокоит только это? – уточнила Шейра, сделав несколько шагов вперед. – Но разве ты не можешь приказать своим воинам, чтобы не обращали внимания на двух девиц? Неужели великий кхан боится, что его люди его ослушаются?

Темный вождь посмотрел на нее в веселом изумлении и хохотнул:

– Ничего себе, как ты выучилась выражаться! Не зря я доверил твое обучение старику Имто, надо будет не забыть выразить ему благодарность.

И он снова издал короткий смешок.

Шейра же испугалась, что сейчас он отсмеется и, посуровев, откажет окончательно и отправит ее прочь. А она уже загорелась этой поездкой, не хотела ее лишаться и надеялась как следует надоесть вождю в пути.

– Пожалуйста… – тихо сказала она, переступая через гордость. – Я тебя очень прошу.

Он и впрямь перестал смеяться, посмотрел на нее внимательным взглядом и, чуть нахмурившись, пробормотал:

– Ты пользуешься тем, что мне сложно тебе отказать… – Промолчав почти минуту, он наконец выдохнул: – Ладно. Собирайтесь, так уж и быть, выезжаем послезавтра утром. Спроси Видальда, он подскажет, что с собой брать. И предупреди свою Айю, чтобы вела себя тихо и незаметно, иначе отправится пасти коз или обратно в трактир.

– Спасибо, кхан! – выпалила Шейра, подумав, что Айя вообще-то больше его, чем ее, это ведь он прислал девушку сюда. Но вслух ничего не сказала, чтобы не спугнуть удачу. – Я могу идти?

– Ты спрашиваешь, можешь ли ты идти? – кхан вскинул брови. – Ну точно нужно похвалить Имто, что выучил тебя правильному поведению хотя бы на словах. Да, иди, конечно.

Она кивнула правителю, выражая благодарность – кланяться ее никакой Имто не заставит! – и покинула его комнаты.

***

Из Вальдакера докладывали, что уже возведены городские стены, небольшой храм Гхарта, дом для правителя, мостовые и две гарнизонные башни, а сам город вовсю обрастает жителями и повсюду кипит строительство домов, лавок и мастерских.

Элимер должен был посетить новорожденный город, возложить на алтарь Гхарта жертвенного коня – огненно-рыжего, подобного пламени божественного горна, – и провести ночь в возведенном для себя доме. На следующий день он поприветствует подданных и провозгласит на площади имя города, после чего тот будет считаться существующим.

Этот город начал зарождаться на его глазах почти год назад, и тогда же Элимер наткнулся на Аданэя… Счастье, что брат чуть позже все-таки погиб, иначе нынешние слухи могли бы обернуться куда большими невзгодами, чем сейчас.

Он торопился, желая скорее достигнуть Вальдакера и вернуться в столицу, но погода здорово замедляла путь. Размытые дороги, морось и туманы не позволяли двигаться быстро, и путь по бурым равнинам мимо серых городов и поселений, в некоторых из которых кхан со свитой останавливался на отдых, растянулся на неделю.

Шейра вместе с Айей ехала неподалеку от него с Видальдом, и Элимер то и дело ловил на себе странные взгляды айсадки, которые никак не мог разгадать. Да и вообще ее поведение оставалось ему неясным. То она усиленно избегала его почти два месяца, то теперь сама напросилась ехать с ним. И ладно бы только это – в конце концов, поездка могла привлечь ее и сама по себе, – но помимо прочего девушка постоянно норовила вступить с ним в беседу.

Когда они отдыхали в городах и селениях, она крутилась где-то рядом, а когда останавливались на ночлег посреди степи, то подходила и, кутаясь в шерстяной плащ, просилась присесть к его костру. Одна, без Айи. Он разрешал, конечно, и она о чем-нибудь его расспрашивала, ничуть не стесняясь сидящих рядом воинов. В основном вопросы были вполне невинные, а где-то даже наивные, и касались его детства, юности и привычек.

За день до прибытия в Вальдакер они в третий по счету раз встали на ночевку в степи – в этот раз подле сосновой рощицы, защищающей от ветра и дающей дополнительное топливо для костров, помимо аргала1.

Для Элимера и нескольких знатных воинов поставили шатры, остальные укрывались под навесами. Но кхан не спешил заходить внутрь и сидел у потрескивающего, искрящего хвоей пламени вместе с Видальдом и двумя воителями. Тут-то к нему в очередной раз и подошла айсадка, присела рядом. Ее поведение вызывало все больше вопросов, и он в конце концов не выдержал: махнул рукой на шатер и сказал:

– Идем, Шейра. Стоит поговорить.

В серых глазах девушки промелькнуло беспокойство, и она тряхнула головой, откидывая за спину волосы. От влаги их кончики вились, лежали красивыми волнами, и Элимеру очень хотелось взять эту пшеничного цвета прядь и пропустить между пальцами, а может быть, даже поцеловать. Но когда-то это все уже было, еще в юности. И ничем хорошим для него не закончилось. Амихис. Ее золотисто-русые волосы он тоже все время хотел гладить и целовать…

– Идем, не бойся, – повторил он и, выхватив из костра лучину, первый поднялся и отошел к шатру. Откинув полог, пропустил айсадку внутрь.

Там он сбросил влажный плащ у входа – Шейра последовала его примеру – наскоро разжег очаг и большие напольные лампы, опустился на овчину и, кивнув айсадке на место напротив, с усталым вздохом спросил:

– Теперь говори, чего ты добиваешься? Только не рассказывай, будто тебя вдруг заинтересовало мое детство. Я хочу услышать правду и обещаю не злиться, если она мне не понравится. Итак, чего ты хочешь, что тебе нужно?

На лице девушки отразились смятение и растерянность, а щеки трогательно порозовели, что было заметно даже в полутьме. Все-таки притворяться она так и не научилась и сейчас явно была смущена, что ее «хитрая» затея не удалась, в чем бы она ни заключалась.

– Говори же, я жду, – потребовал кхан.

– Да я просто уже не знала, – выпалила она, сверкнув глазами, – что еще мне сделать, чтобы я тебе надоела, и ты бы меня отпустил! Я старалась не попадаться тебе на глаза, чтобы ты обо мне и вовсе забыл, но ты не забыл. Тогда я попыталась по-другому… и вот…

– Попыталась надоесть мне?

– Да.

Элимер рассмеялся:

– Странный ты выбрала способ. Тогда тебе стоило не расспрашивать меня обо мне, а без умолку болтать о себе. Вон как Айя. – Чернявая девчонка сегодня весь вечер что-то весело щебетала одному из воинов. Разумеется, предупреждение Элимера, чтобы она вела себя тихо, действовало только первые дни. На большее Айя, похоже, была не способна. – И желательно рассказывать самые скучные и глупые мелочи. Хочешь попробовать?

– Ты надо мной издеваешься, да? – хмуро спросила айсадка.

– Немного, – усмехнулся Элимер. – Но ты заслужила, согласись. Тебе что, настолько плохо в Отерхейне и настолько отвратителен я, что все твои мысли только о том, как бы поскорее отсюда убраться?

– Не настолько. – Девушка склонила голову и спрятала лицо. – И ты не отвратителен, просто... – она снова вскинула на него взгляд и прошептала: – Просто я очень хочу домой.

Элимеру нелегко было это понять, ведь у него, по сути, никогда не было настоящего дома, и он не скучал по Инзару и родному замку, он вернулся сюда по иной причине – чтобы стать кханом. Зато он знал, что такое скучать по людям, которые дороги.