Чтение онлайн

Но далеко не продвинулся. В следующее мгновение огненная фигура Розалинды вылетела обратно в фойе, оставляя за собой длинный хвост пламени.

Энни ахнула, почувствовав руку Лэндона на своем плече, и попыталась убраться с ее пути.

Но, как оказалось, в этом не было необходимости — Бо внезапно остановил полет Розалинды, взмыв в воздух с широко расправленными крыльями и яростным визгом, вырвавшимся из его клюва.

Розалинда резко заложила вираж, сложив крылья, перед лицом гораздо более крупной фигуры Бо. Возможно, он и не имел устойчивости к пламени, но его явно не испугали пламя и жар, исходящие от ее тела.

Издав яростный вопль, Розалинда попыталась повернуться, но обнаружила позади себя Деклана в облике единорога, золотой рог которого рассек воздух и преградил ей путь.

Возможно, она и была быстрой, но Бо все равно смог перехитрить ее, изогнувшись в воздухе и выпустив когти, когда она попыталась проскочить мимо него.

Но на самом деле Розалинде отрезали все пути отступления, поняла Энни. Агенты «Патрульного Корпуса Оборотней» заблокировали дверной проем и выстроились вдоль лестницы, как в человеческом, так и в измененном обличьях.

Энни почти видела тот момент, когда Розалинда поняла, что попала в ловушку, и описала в воздухе круг, ища, куда бы податься.

Но было некуда. Феникс снова пронзительно закричала, затрепетала крыльями, явно не желая сдаваться.

Во вспышке света Энни увидела, как Деклан превратился из единорога в человека.

— Просто сдайся! — выкрикнул он. — На подходе еще больше агентов. Сбежать не получится.

Феникс описала еще один круг, прежде чем издать очередной сердитый крик и спикировать на землю. Охваченная пламенем, она превратилась в седовласую женщину, которой была раньше.

К удивлению, первое, что услышала от нее Энни, — это смех.

— Ладно… хорошо. Ты меня поймал. Я не настолько глупа, чтобы не понимать, когда побеждена.

Она подняла руки, и улыбка скривила ее губы.

Первым побуждением Энни было не доверять ей… что-то в выражении лица Розалинды ей совсем не понравилось. Мгновение спустя Бо спустился, возвращаясь в свой человеческий облик. Энни увидела, что на его лице написано недоверие. Он покачал головой.

— Тебе не было никакой необходимости втягивать людей в свои дела, — сказал он серьезным голосом. — А азартные игры… Дай угадаю, ты сколотила состояние, используя свои телепатические способности, чтобы мошенничать и влиять на ход игр?

Розалинда рассмеялась.

— И что, если так? Ты думаешь, казино не обманывают людей и не грабят их вслепую? Я лишь немного подкорректировало баланс.

— Может, и так, — сказал Бо. — Но ты все равно приказала уничтожить дело жизни невинного человека только потому, что его сын задолжал тебе деньги. Чем это отличается?

Розалинда пожала плечами.

— Этому молодому дураку вообще не следовало ввязываться в это дело, если он не мог свести баланс. Он знал о последствиях. Что посеешь, то и пожнешь.

Энни нахмурилась. Даже если бы это было правдой, как Розалинда могла оправдать свои действия? И разве она не управляла здесь точно таким же заведением, как казино, которые она только что высмеяла?

Казалось, она подстраивала ситуацию под свое мировоззрение, вот и все.

— Какая жалость… мне нравилось это тело, — продолжила Розалинда через секунду. — Пока это продолжалось, было довольно весело. Но я не собираюсь тратить оставшееся мне время на тюремное заключение. Поздравляю… вы меня почти поймали.

Энни моргнула. «Что это значит?»

Она заметила замешательство и на лице Бо, по крайней мере, на мгновение, пока, казалось, на нем внезапно не забрезжило понимание.

— Деклан… останови ее, она собирается…

Энни ахнула и подняла руку, чтобы прикрыть лицо, когда когда внезапная волна жара распространилась по комнате. Раздвинув пальцы, чтобы посмотреть сквозь них, когда первоначальный жар спал, Энни увидела… «Боже мой!»

Тело Розалинды охватило пламя, которое мерцало и плясало длинным, устрашающим столбом. Никто из находившихся в комнате не мог приблизиться к ней, настолько сильным был жар. А затем, через мгновение, раздался громкий хлопок, и пламя погасло так же быстро, как и вспыхнуло.

Моргая, Энни осторожно опустила руки. На полу, где когда-то стояла Розалинда, теперь была только кучка пепла и два блестящих, длинных, ослепительно золотых пера, точно таких же, какие Энни видела в хвосте Розалинды, когда та была в облике феникса.

«Она… она сгорела?..»

Энни плохо разбиралась в мифических существах. Она даже не слышала о гиппогрифе, пока не встретила Бо. Но нужно было быть гораздо более невежественной, чем она была на самом деле, чтобы не знать легенды о фениксе, бессмертной птице, которая возрождалась в пламени, как только достигала конца своей жизни.

Но если она, э, возродиться, тогда… тогда разве не должен быть здесь маленький ребенок? Или птенец феникса?!

— Черт возьми, — сказал Бо, покачав головой. — Она такая быстрая.

— В любом случае, мы мало что могли сделать, — сказал Деклан. — Мы не можем помешать возрождению феникса.

— Но куда она делась? — вмешалась Энни, направляясь на дрожащих ногах к куче пепла и перьев. — Разве она не должна все еще быть здесь?

Бо с мрачным выражением лица покачал головой.

— Нет… это не совсем так работает. Когда феникс возрождается, то всегда в том гнезде, в котором впервые вылупился, независимо от того, где оно находится и как далеко в момент завершения своего жизненного цикла. Я не знаю, как это работает, но это древняя магия оборотней. Розалинда может быть сейчас буквально где угодно… в соседнем округе, в другой стране, на Луне. Хотя на самом деле это не имело бы значения.

— Почему нет? — спросила Энни.

— Потому что возрожденный феникс не несет с собой никаких воспоминаний о прошлой жизни, — объяснил Деклан. — По крайней мере, так они утверждают. Они говорят, что новая жизнь — это действительно новая жизнь. Так что Розалинда, где бы она сейчас ни была, снова стала невинным птенцом. Мы не можем арестовать ее за преступления, которых она, формально, не совершала.

Энни хотела возразить против этого — сказать им, что, это несправедливо, и что Розалинда не должна избегать правосудия только потому, что предпочла совершить самосожжение, вместо того чтобы отвечать за последствия своих действий.

Но в то же время понимала, что было бы несправедливо наказывать новую жизнь за то, что сделала старая.

«Возможно, она выберет другой путь в жизни», — подумала Энни.

Оставалось надеяться. Только это она и могла сделать.

«Потому что альтернатива немного пугает».

— Ну, если она действительно ничего не помнит… — начала Энни, но замолчала, увидев, что Бо кивнул, словно прочитав ее мысли.

— Если она ничего не помнит, то точно не станет преследовать какие-либо вендетты, которые у нее были в этой жизни, — сказал он, отвечая на ее незаданный вопрос. — Она ничего не вспомнит о Скотте и о деньгах, которые он мог ей задолжать.