Чтение онлайн

Глядя на Бо, на его мертвенно-бледное лицо, обмякшее, безжизненное тело, Энни внезапно поняла, что произошло.

— Бо!

Ранее он объяснил ей, что происходит, когда гиппогриф использует свои способности. Объяснил ей, как это отражается на их телах — как его собственная мать три недели находилась в коме после того, как использовала свою силу, чтобы спасти его от падения в ущелье.

«И теперь он то же самое сделал для меня», — подумала Энни, в отчаянии прижимая руки к груди.

У нее едва хватило времени осознать, что Скотт махал пистолетом в ее направлении, прежде чем раздался выстрел, но Бо это заметил.

«Он использовал свою силу, чтобы броситься наперерез пуле. Он спас мне жизнь. Но…»

Но, похоже, заплатил за это собственной жизнью.

— Нет… Бо, пожалуйста…

Энни было наплевать на суматоху, царившую вокруг, когда она наклонилась, выкрикивая имя Бо. Она смутно осознавала, что ее сумочка упала, содержимое рассыпалось по полу, а платье разошлось по боковому шву, когда она попыталась усадить Бо к себе на колени. Она почувствовала его теплую кровь на своей руке, и ее охватила паника.

«Как я могу помочь ему, если не знаю как?» — подумала она в отчаянии, заставляя себя поднять голову и оторвать взгляд от его лица.

— Кто-нибудь… пожалуйста, помогите!..

Она оборвала себя на полуслове, когда происходящее вокруг нее внезапно обрело четкость. У нее отвисла челюсть.

Из дверей позади нее в огромное фойе высыпали одетые в черное агенты, крича гостям, чтобы они оставались на своих местах — большинство из них не послушали и либо убегали пешком, либо начали превращаться в животных.

Энни насчитала трех огромных орлов, пытавшихся прорваться к двери, в то время как павлин, волоча длинный хвост, пробирался вверх по лестнице.

Мимо нее с удивительной скоростью проковылял вомбат, а за ним не менее трех каких-то прыгающих мышей.

И там, у подножия лестницы, парила огромная огненная птица, в которую превратилась Розалинда, хлопая пылающими крыльями и яростно крича перед лицом…

«Это единорог?!»

Это был сверкающий белым конь с золотым рогом посреди лба.

«О, да, это единорог».

Огненная птица взмахнула в воздухе хвостом, заставив единорога отплясывать на своих серебристых копытцах, парируя удар сверкающим рогом.

Энни ошеломленно моргнула и задумалась, может ли все это быть реальностью.

«Я хочу… я хочу, чтобы все это оказалось сном, — подумала она, переводя взгляд на лицо Бо. — Я хочу проснуться. Хочу проснуться в своей постели, в объятиях Бо, и понять, что все это было просто кошмарным сном…»

Она не могла потерять Бо сейчас. Не тогда, когда они только что нашли друг друга, не тогда, когда он умирал, чтобы спасти ее…

— Что здесь случилось?

Энни подняла голову, услышав низкий мужской голос, раздавшийся у ее уха, и широко раскрыла глаза. Мужчина с серьезным выражением лица и пронзительными серыми глазами подошел и присел на корточки рядом с ней, держа в руке небольшую аптечку первой помощи. Он открыл ее быстро и умело, где лежали не только аккуратно упакованные стандартные медицинские принадлежности, но и множество других предметов, которые Энни совершенно не знала.

— Он… он использовал свою способность гиппогрифа. — удалось выдавить Энни, когда мужчина серьезно на нее посмотрел. — Раздался выстрел из пистолета… он, должно быть, увидел, что пуля вот-вот попадет в меня, и использовал свою силу, чтобы преградить путь…

Холодный страх пронзил ее, когда мужчина скривился, плотно сжав губы.

— Он… он…

Энни с трудом выдавила из себя эти слова. Взгляд, которым одарил ее мужчина… наполовину сочувственный, наполовину мрачный… заставил ее сердце сжаться, а желудок камнем провалиться куда-то вглубь.

— Не знаю, — сказал мужчина. — Остановка времени… ну, это отнимает много сил, но обычно они могут восстанавливаться. Но в сочетании с пулевым ранением… — он покачал головой. — Дай мне проверить. Помоги мне его перевернуть.

Энни молча сделала, как ей было сказано. Часть ее все еще отказывалась верить в реальность происходящего, но, тем не менее, она едва сдерживала крик ужаса, который пытался вырваться из ее горла.

«Нет. Этого не может происходить. Нет!»

— Кстати, меня зовут Лэндон, — сказал сероглазый мужчина, пока прощупывал пальцами рану Бо на спине. — А тебя?

— Энни. — ее голос был не громче шепота, что резко контрастировало с тем неистовым криком, который она хотела издать. — Я Бо… я его пара.

Лэндон поднял на нее удивленный взгляд.

— Его пара? Я не знал, что он…

— Мы только познакомились. Он сказал мне всего несколько часов назад. Сказал, что познакомит со своей семьей… — Энни понимала, что болтает без умолку, но в тот момент ей было все равно. Где-то в глубине души она понимала, что если расскажет кому-нибудь об их связи, о том, кем они были друг для друга, то это будет означать, что Бо справится с этим.

«Он не может… не может умереть. Он сказал мне, я смогу познакомиться с парами его друзей. Сказал, что смогу познакомиться с его семьей… и они станут и моей семьей. Если я расскажу об этом людям, это будет означать, что он должен сдержать свое обещание, верно?»

Лэндон кивнул, но было ясно, что он снова сосредоточился на ране в спине Бо, и вид у него был не слишком обнадеживающий.

— Как я и думал — пуля обработана драконьим ядом. Это замедляет исцеление вдобавок к тому, что он уже израсходовал всю свою энергию, используя способность приостанавливать время. Но все не так плохо, как могло бы быть. Внутренние органы не задеты. Пуля попала только в мышцу плеча.

Энни понятия не имела, что означает «драконий яд», но догадалась, что это серьезно, по тому, как Лэндон быстро порылся в своей аптечке и вытащил пару длинных щипцов.

— Ладно, сначала… мы должны вытащить из него пулю, а вместе с ней и драконий яд, — сказал Лэндон, затем взглянул на Энни. — И ты можешь помочь. Я уже видел, как это работает раньше. Семейные узы — это способ для оборотней обрести силу. Мне нужно, чтобы ты сосредоточился на этом — на связи между вами. Не беспокойся ни о чем другом, хорошо?

Энни ошеломленно кивнула.

— Я могу это сделать.

Он попыталась сосредоточиться. Бо был так неподвижен в ее объятиях, что она не могла этого вынести. Энни услышала, как он коротко, прерывисто вздохнул, но это была его единственная реакция на то, что Лэндон начал ощупывать рану щипцами.