Главная проблема ректора космической академии
Шрифт:
Вскоре появляется Таррел, подходит ко мне с мрачным видом и молча протягивает открытый кэн со спецпитом. Второй держит в руке. Сходил же сам…
У меня нет сил даже спасибо сказать, просто выпиваю первую баночку, и Таррел открывает вторую. Сам вкладывает её мне в руку и забирает первую.
Он смотрит на меня с беспокойством, но в его тяжелом взгляде сейчас явно видна забота.
— Была бы моя воля, — признаётся он тихо. — Я бы вышвырнул Пэриса вместе с его Жуками на другую станцию.
— Тогда зачем ты позволяешь этому продолжаться? — спрашиваю, отпивая из первого кэна. Приторно-сладкий вкус растекается теплом по телу.
— Исследования Жуков — директива сверху, наша орбитальная станция пригодна для этого, — говорит он отрывисто.
Не знаю, что чувствовать по этому поводу. Мама не раз говорила, что меня ждет великая судьба. Я думала, что она это просто так, подбодрить или для красного словца, но сейчас, чем больше я узнаю об этой станции, тем яснее мне видится, что все сложилось как нельзя лучше. Даже конфликт с Иридией случился кстати. Я оказалась в нужном месте, в нужное время. И все это — цепочка случайностей, которых могло и не произойти.
— Ну как тут наша единственная надежда? — раздается голос Пэриса. Он возвращается и несет что-то в руках.
— Надежда? — переспрашиваю я.
— Ну… С учетом того, что ты на этой станции единственная можешь то, что не может больше никто, да, я считаю тебя нашей надеждой на лучшее изучение Жуков, — быстро проговаривает он. — Только силенок у тебя кот наплакал. Поэтому…
— Нет! — выкрикивает Таррел вставая между мной и Пэрисом. Будто он уже понял, что именно придумал его исследователь.
— Командор Крейт, это шанс! — произносит Пэрис.
— Не смей даже думать об этом, Лоуренс! — Таррел явно не шутит и, кажется, готов физически врезать Пэрису.
— Что за шанс-то? — встреваю я, уже окрепнув, и поднимаюсь на ноги.
— Это тебя усилит… — отвечает Пэрис.
— Это тебя не касается, — одновременно с ним гремит Таррел.
А я замечаю у Пэриса в руках до боли знакомый чип.
33.
— В прошлый раз этот чип при включении рядом с Мелиссой вызвал у неё потерю сознания! — Таррел угрожающе подходит к Пэрису и хватает его плечо.
Я уже знаю, что сейчас будет, но не отворачиваюсь. С удивлением отмечаю, что мне хочется видеть, как Таррел вершит собственный суд. Выглядит это пугающе и притягательно одновременно — когда тебя так ревностно оберегают.
Пэрис кривится, но не уступает.
— Я… Его доработал… Командор Крейт! — выдавливает он, справляясь с болью.
Мне хочется попросить Таррела дать мне возможность самой решить, как поступить, но он не согласится, да и неправильно влезать в разборку двух мужчин. К тому же, я уже решила, что я доверяю Таррелу и не доверяю Пэрису.
Спустя несколько минут напряженного спора, ректор отпускает доктора. И я решаюсь вставить свое слово.
— Командор Крейт, позвольте мне попробовать сначала без чипа, а потом, если снова ничего не выйдет, уже рискнем пойти вторым путем? — спрашиваю аккуратно и со всем уважением.
— Нет, я запрещаю, — отрезает Таррел. Говорит жестко и безапелляционно. — Это все и так далеко зашло. У тебя отсутствует инстинкт самосохранения, так воспользуйся моим. На безвозмездной основе.
Я соглашаюсь. Пэрис больше не пытается продавливать свою разработку.
— Ладно, без чипа, значит, без. В любом случае, есть вероятность, что у тридцать восьмого связь с синархом ослабла или прервалась, — он разводит руками. — Тридцать восьмой высоко развитый, и неясно, бездействует он, потому что лишился связи, или потому что понимает, что это бесполезно. Пятидесятого доставили последним. Можно предполагать, что у него связь на месте. Предлагаю попробовать с ним.
— Мелисса, — Таррел придавливает меня фирменным тяжелым взглядом. — Может, продолжишь в другой раз?
Ага. И потом жди этого другого раза ещё месяц или сколько. Нет уж.
— Я в порядке. Я готова, — отвечаю без запинки. — Не хочу откладывать на потом.
Мы перемещаемся к пятидесятому боксу. Я едва сдерживаю внутренний порыв отвращения. За стеклом омерзительная тварь — нечто, напоминающее по строению человека, только без кожи и будто вся плоть провалилась под костный скелет. Челюсти с жвалами угрожающе двигаются. Ужасно неприглядная особь.
№50
— Постарайся нащупать связь. У этого она должна быть, — напутствует Пэрис. — Если ты её уловишь, возможно, сможешь сказать, где находится синарх, как его искать, где он прячется, мало ли какая информация к тебе попадет. Все будет крайне полезно!
Я снова кладу ладони на стекло, сердце гулко стучит в груди. Ощущение, будто сейчас будет иначе.
Сейчас подключение к ментальной сети Жука похоже на протискивание сквозь толщу зловещих крючков и угрожающих шипов. Это не муть океана — это плотные джунгли, которыми зарос весь мой путь. У меня тут нет физического тела, но я ощущаю, будто они пытаются схватить, зацепить, задержать меня острыми и хищными лозами.
Я упорно продолжаю пробираться. Это происходит у меня в голове. Физически я ничего не чувствую. Вперед меня гонит не только азарт, но и страх, что не найду обратной дороги. Внезапно среди всего этого колючего хаоса я улавливаю луч света. Он будто пронзает мрак, и я инстинктивно устремляюсь к нему. Каждый шаг даётся тяжело, ноги словно утопают в трясине, но я всё равно продираюсь вперёд.
Вырвавшись из плена лиан, я иду вперед за лучом по пустынной глади. Луч становится ярче, шире, вскоре заполняет собой все пространство. Все становится белым и плоским. Без объема, без теней, без изгибов.
Передо мной возникает открытая двустворчатая дверь. Она выглядит чуждой в этой среде, неправильной, но неизменно манит. Я подхожу ближе. Вокруг двери, за ней все белое. Будто это просто дверной косяк со створками в равномерной белой мути.
Но с каждой секундой проем все сильнее зовет и манит, и меня охватывает страх.
Оглядываюсь обратно, и вижу только ровную белую гладь. Колючие джунгли исчезли.
Чувство, что я где-то на границе.
Наверное, надо перешагнуть порог. Делаю шаг, но не могу!