Чтение онлайн

Неожиданно для самого себя рвусь навстречу и сгребаю хрупкую старушку в объятия.

— Ну-ну, будет тебе, волчонок, — похлопывает меня по спине. — Мы все здесь лишь гости, и сами выбираем, каким станет наш единственный и драгоценный визит. Обещай мне не потратить его на напрасные вещи.

Молчу, не в силах отстраниться.

— Прежде, чем заключать юную леди в клетку — попробуй сначала себя выпустить. Вдруг тебе так больше понравится.

— Не занят? — парой часов позже ко мне стучится Фил. Хотя про Абрамова правильнее будет сказать — вваливается.

— Нет, — захлопываю крышку ноутбука и тру перенапряженные глаза. — Ты не в клубе с Бушаром?

— Как видишь, — он усаживается на диван, который магнитом притягивает всех моих посетителей. — Как дела?

— Абрамов, не беси. Что стряслось? — в последнем я убежден, ведь поинтересоваться, как у меня дела, Филипп мог, когда я вернусь в общежитие.

— Бля, стряслось абсолютно все. Сраная мачеха с придурочной дочуркой, — он отплевывается, упоминая Ясногорских. — Как следствие разногласия с отцом и матерью. Теперь и Лина.

— Снова пропала? — спрашиваю устало.

— Нет, но она отдалилась. Она точно что-то от меня скрывает.

— Ты выбрал неудачного психолога, но отмечу, что каждый имеет право на личную жизнь.

— Я переживаю за нее, Кощей, Лина мне как сестра, — говорит он с напряжением и даже садится ровно. — И она, как бы это сказать…

— Неадекватная? — подсказываю, за что получаю фирменный взгляд Абрамова, которым стены крушить можно.

— Наивная и скрытная, а это страшное сочетание. Залезть бы к ней в голову… — в тяжелых раздумьях он постукивает по обивке дивана, а затем решается на вопрос: — Я хочу обратиться к ведьме. Ты не против?

Закатываю глаза.

Поразительно, что Фил уверовал в ересь под названием Таро и действительно решил, что найдет там ответ.

— Почему бы просто не поговорить с Калининой?

— А тебе сильно помогли разговоры с братом? — парирует Фил и тут же осекается. — Сорян, Кощей, лишнего сказанул.

— Там ничего не помогло. Тем более Таро.

— Я тоже в такую хрень не верю, но мне плевать, как это называется, если оно даст подсказку. Отведешь меня к ней? А то в женское общежитие теперь хрен попадешь, — тут Фил прав, после того инцидента в обоих корпусах усилили охрану.

Выдыхаю.

Стоит ли продлевать его муки надеждой, если знаешь, что уже ничем не помочь? Что бы ни творилось с этой бледной отброской, она явно приняла какое-то решение, в которое не желает посвящать Фила.

Так сделал и Гордей. Сколько бы я ни стучался — его дверь была закрыта, а пропасть между нами только увеличивалась.

— Как сестра говоришь… — поднимаюсь и убираю папки в шкаф.

— Тип того.

Раскладываю письменные принадлежности по местам и ловлю себя на мысли, что теперь у меня есть веская причина подняться к Ренате на чердак. Возможно, Эстер права, и мне стоит проявить к ней некоторую снисходительность.

В конце концов, и я, и Рената хотим одного — чтобы нас принимали настоящими, а не теми идеальными версиями, которые мы создали в переписке.

— Идем, но учти — это Сафина. Гарантий ее гостеприимству не даю.

— Я умею убеждать, — перебирая в воздухе пальцами, Абрамов изображает купюры.

На улице значительно похолодало, дождь превратился в крупную ледяную крупу — зима уже дышит в затылок. Сколько себя помню — в мой день царит именно такая удручающая погода.

— Охренеть, как ты узнал об этом лазе? — спрашивает Абрамов, спрыгнув на террасу с подоконника библиотеки.

— Я рос в Альдемаре, забыл?

— Никуя се, — он смотрит с балкона вниз в темноту. — А ведьма знает, куда ведет ее окно?

— Абрамов, а как я по-твоему у нее ночую?

— Ночевал. В прошедшем времени, — подчеркивает сволочь.

— Жди здесь, — оставляю его у Горгульи и подкрадываюсь к стеклу.

Из окна льется свет: сложив под себя ноги, ведьма сидит на кровати и рисует в небольшом альбоме. Даже губу закусила, полностью погрузившись в процесс. Спокойная и нежная.

Даже жаль отвлекать ее от творчества. Интересно, что там? Ведь Рената весьма недурно орудует мелками.

В прошлый раз, пока она не видела, я даже вытащил из мусорки ее рисунок, посвященный Лилит и Бессмертному. Не мог позволить ему пропасть.

— Кхм-кхм, — Абрамов отвлекает меня от созерцания. — Пока ты насмотришься, у меня яйца отмерзнут.

Заношу руку и стучу по стеклу. Рената дергается от неожиданности и, выругавшись в воздух, захлопывает альбом и прячет его под подушку.

Подумав пару секунд, она все же открывает раму, ежась от ледяного воздуха.

Мне даже мерещится, что в ее больших глазах мелькнула радость:

— Илай?

— Я не один и я по делу, — отбиваю коротко и машу Абрамову подойти.

Фил засовывает половину тела в окно, оценивая чердак:

— Даже наша фирма такие апартаменты не строит, — затем переводит взгляд на босую Ренату в синей пижаме. — Погадаешь мне, ведьма? Не обижу.

— Ты долго решался, карты давно подсказали, что ты явишься, — Рената пятится, впуская Фила внутрь.

— Идешь или морозится будешь? — оборачивается ко мне Фил.

Молчу и остаюсь стоять снаружи под пристальным взглядом Ренаты.

«Ждешь особого приглашения?» — спрашивает она одними глазами.

«Очевидно. Я проделал большую половину пути, теперь твоя очередь.» — отвечаю, не моргая.

«А если нет, неужели сможешь уйти?» — приподнимает брови.

«Просто. Попроси. Меня. Остаться. Что сложного?» — раздуваю ноздри.

Безошибочно считывая мой настрой, Сафина сверкает зрачками. Знает, что властвует.

— Составишь нам компанию? — наконец-то произносит вслух. — На твою дрянную энергетику настоящие духи слетаются.

Рената Сафина

Жизнь интересная штука: вероятность, что за моим гадальным столиком будет сидеть Фил Абрамов, которого я укусила за задницу, крайне мала, но никогда не равно нулю.

Он устраивается на кровати напротив и молча наблюдает, как я тасую колоду с едва слышным шелестом.

Абрамов непривычно тихий — и мне даже не нужно заглядывать в карты, чтобы считать поглотившую его печаль.