Чтение онлайн

На фоне общей эйфории и успешных продаж, Chery затеяла дистрибьюторскую конференцию, на которую были приглашены все «свежеиспеченные» российские дилеры. Конференцию было решено приурочить к ноябрьскому Автошоу в Пекине и, с учетом этого обстоятельства, мы также решили принять в ней участие. Кроме того, планировалось одновременно «убить нескольких зайцев» и провести переговоры еще с несколькими потенциальными партнерами, в том числе и с нашими друзьями из Changan.

Ноябрь в Пекине, как правило, приятное время, когда воздух очищается от смога, а температура еще довольно комфортна. Вот и тогда, китайская столица встретила нас солнечной погодой. Встречали делегатов конференции цветами и вымпелами, осуществлялись фото– и видеосъемка, были организованы персональные трансферы на лучших, на тот момент, автомобилях из производственной линейки Chery – «лимузинах «Oriental Son».

Сразу после отправления водитель включил магнитолу, через которую начала транслироваться примерно пятиминутная информация об отеле, графике проведения рабочих заседаний, днях посещения Автошоу и текущем обменном курсе юаня. Все бы хорошо, но запись была закольцована, и за время часовой поездки мы ее выучили наизусть, особенно обменный курс, который надолго застрял у меня в голове. Недаром говорят, «повторение – мать учения». Все наши попытки обратиться к водителю, с просьбой выключить магнитолу или, хотя бы, включить музыку натолкнулись лишь на вывешивание им на спинку сиденья небольшого плакатика с надписью: «Sorry. I do not speak English». Пытаться использовать прочие языки мы не стали, предположив, что соответствующих табличек у водителя все равно нет.

Сама конференция оказалась достаточно заурядным мероприятием, за исключением гала-ужина. Все началось с того, что гостей рассадили за круглые столы, в соответствии со статусом и степенью ценности для Chery – чем важнее гость, тем ближе он оказывался к сцене. Далее началась шоу-программа, среди участников которой были фокусники, акробаты, а также профессиональные повара-затейники, лепившие прямо на сцене китайские пельмени, на которых было сфокусировано основное внимание изрядно проголодавшихся гостей.

В то время я еще не был в должной степени знаком с китайской кухней, поэтому ожидал раздачи готовых пельменей с любопытством и нетерпением. И вот долгожданный миг настал. Повара с тележками, на которых были установлены большие котлы, поехали по рядам, и на тарелки стали выкладываться пельмени… Хотя постойте, я поторопился – не пельмени, а пельмень. Один! Это стало первым тревожным знаком, над которым мы еще нашли силы пошутить. Но когда принесли второе блюдо – «свиные ребрышки под апельсиновым джемом», и отдельные товарищи по столу стали хвастаться, что им досталось аж по два ребрышка, а не по одному, как неудачникам, охота шутить отпала. То ли гостей приехало больше, чем ожидалось, то ли слишком много поваров и поварят снимали пробу с каждого блюда, но количество еды было явно недостаточным. А ведь среди нас были сибиряки! В общем, встав из-за стола, мы задумались, а где бы поесть. Тут-то и выяснилось, что персонал нескольких гостиничных ресторанов имеет привычку в восемь вечера заканчивать прием гостей, а ровно в девять отправляется по домам.

Не солоно хлебавши, наша компания, состоящая из представителей нескольких московских дилеров, сибиряков из «Пекинского джипа» и примкнувших представителей «Автотора» и Chery Rus, спустилась в лобби-бар, где мы заказали орешки, крекеры и несколько стаканчиков виски. Официантка приняла заказ и буквально через пару минут все принесла. Напоминаю, среди нас были сибиряки, да и остальных присутствующих бог здоровьем не обидел, так что слегка залитое виски дно стаканов никого не порадовало. Один из участников «after party» подозвал официантку и, на блестящем английском, явно гордясь своим произношением, заказал двойной виски, наивно полагая, что ему принесут в два раза больше благородного напитка, чем изначально. Та понимающе кивнула и принесла очередной стаканчик, в котором было налито ровно то же количество благородного напитка. Коллега, поставив рядышком стаканы из первой и второй партии, с легким раздражением спросил «Is it double whiskey?», на что официантка с готовностью ответила «Yes, yes!». Это был один из первых уроков, как я ее называю, «неэвклидовой» логики китайцев. Достаточно быстро стало понятно, что настаивать на доливе, равно как и заказывать «triple whiskey», бесполезно. Однако, когда в счете обнаружилось, что стоимость заказанной псевдо двойной порции выросла вдвое, стало ясно, что недооценивать китайцев, как минимум, неразумно.

Конференцией и выставкой пребывание в Пекине не исчерпывалось. Во-первых, грешно было бы, находясь в Пекине, не съездить на Великую Китайскую Стену. Вот и мы решили воспользоваться случаем и арендовали микроавтобус с водителем. Оставалось лишь выбрать, на какой именно участок стены поедем – Бадалин (Badaling) или Мутианью (Mutianyu). Бадалин, по словам менеджера отеля, был расположен чуть ближе, что и определило выбор.

Описывать Стену смысла не имеет – она как это часто бывает в Китае, с одной стороны, переоценена в плане живописности и разнообразия, а с другой, невообразимо грандиозна. Точная длина ее неизвестна и в различных источниках приводятся цифры от шести до девяти тысяч километров. Пожалуй, только Великий Китайский Канал, соединяющий Пекин и Ханчжоу (Hangzhou), может поспорить со Стеной. Никакие фотографии и рассказы туристов не в состоянии передать величия замысла и исполнения исполинского сооружения. Его надо увидеть собственными глазами.

С погодой повезло. На блекло-голубом небе не было ни облачка, и Стена, взбирающаяся по крутым горным склонам в обе стороны, просматривалась на многие километры. Одновременно стало понятно, что прогулка по Стене это особый вид физических упражнений и не более того. Что налево, что направо – одно и то же, башни, караульные помещения, ступени, переходы без конца и края.

Участок стены, восстановленный для привлечения туристов

Линь добровольно взяла на себя роль гида и объяснила практическое назначение Стены – по ее словам, в смутные времена в сторожевых башнях дежурили китайские воины, наблюдающие, «не идут ли монгольцы…”. Следуя заявленной логики, в период завоевания Китая монголами, на Стене стояли уже «монгольцы», наблюдающие, не идет ли еще кто-нибудь…

В рамках конференции организаторы предусмотрели экскурсионную программу, включающую посещение, в частности, Запретного Города. Это квартал в центре Пекина, окруженный стенами и рвом с водой, куда в давние времена вход простому горожанину был заказан. Отсюда и название. Увы, славу Запретному Городу принес видимо именно этот запрет, так как внутри ничего особо выдающегося не обнаружилось. Всего лишь комплекс однообразных зданий, лестниц и террас.

Один из павильонов в Запретном Городе

Значительно интереснее оказался парк Ихэюань или, так называемый, Летний Дворец. Время на его посещение удалось выкроить уже после официального окончания конференции, когда большинство коллег уже отправились домой. На обширной территории парка, который служит излюбленным местом отдыха пекинцев в летнее время, выделялись озеро Кунмин (Kunming) и «Гора долголетия», чьи пологие склоны поросли изумительно красивыми белокорыми соснами и серебристыми пихтами.

Набережная озера Кунмин

Часть озера была отделена дамбой от многочисленных прудов и зон отдыха, вытянувшихся вдоль северного берега, а мелководные проливчики, соединяющие озеро с прудами почему-то оказались перекрыты излишне большими, круто выгнувшими спину каменными мостами, на которые иногда даже трудно было взобраться. Практического смысла я в таком подходе не обнаружил, но вероятно архитектор видел иначе.

Один из парковых мостов

Еще один мост через канал

К сожалению, в этот день сильно похолодало, и поэтому время прогулки пришлось сократить, но даже то немногое, что удалось увидеть, произвело впечатление. Например, «мраморный» корабль времен императрицы Цыси и крытая галерея Чанлан, вытянувшаяся на семьсот метров вдоль берега у подножия «Горы долголетия».