Чтение онлайн

В конце апреля настоящая жара еще не началась, и было просто очень тепло. Хайкоу – город по китайским понятиям небольшой и провинциальный. Да и городской аэропорт примерно такой же. По дороге из аэропорта в гостиницу я обратил внимание на интересную местную особенность – множество небольших прудов, посередине которых располагалось нечто вроде колеса с лопастями. Это колесо лениво шлепало по воде, создавая вокруг небольшую рябь. Встречающие нас представители Haima пояснили, что в этих прудах разводят пресноводных креветок, и колеса нужны для обогащения воды кислородом. Кроме того, на улицах во множестве встречались экзотические транспортные средства, напоминающие, с одной стороны, санитарный автомобиль из «Кавказской пленницы», а с другой – изделие Самоделкина из Цветочного города. Причем, двигатель этой «самобеглой» коляски был открыт всем дождям и ветрам. Таким образом, к моей персональной коллекции китайских транспортных средств, включающей пекинский «чемодан на колесах» и чунцинcкий трехколесник (threewheeler), добавился еще один достойный экземпляр.

Гостиничные номера были забронированы в гостинице Meritus Mandarin, которая по сравнению с новехонькими отелями Шанхая и Пекина выглядела не слишком презентабельно. Китайцы, кстати, всегда подчеркивают: мол, вон та гостиница – старая, считай, плохая, а вот эта, наоборот – новая, значит, хорошая. Я не вполне могу с этим согласиться, потому что определяющим все-таки является сервис, а не наличие новой сантехники и скоростных лифтов.

В том же Meritus персонал был прекрасно обучен. За все время пребывания в Хайкоу, пожалуй, только один эпизод оставил некоторое недоумение – в ресторане, изучив меню, я заказал японский комплексный обед, в состав которого входили суп, основное блюдо и фрукты. Так, во всяком случае, было написано в меню. В качестве основного блюда мной был заказан бифштекс с гарниром из овощей. Спустя пятнадцать минут, а это для Китая даже много, мой заказ принесли, и выглядел он вполне аппетитно, хотя что-то в его внешнем виде вызывало вопросы. При ближайшем рассмотрении оказалось, что на тарелке находилось филе семги! Переговоры с официантом, проведенные по моей просьбе Линь, результата не принесли. Тот утверждал, что мы и заказывали рыбу. Утомившись от переговоров, я махнул рукой и попросил принести входящие в заказ суп и фрукты. Вот тут-то и началось самое интересное. Постараюсь максимально точно воспроизвести слова, приглашенного нами метрдотеля – оказалось, что «комплексный обед в японском стиле, то есть суп, основное блюдо и фрукты, предназначены для японцев, а так как я не японец, то мне и не положено все, что указано в составе обеда». Поначалу, сдерживая раздражение, я потребовал доказательств того, что я не японец, либо хотя бы приведения мотивов официанта, не опознавшего во мне японца. Но, в итоге, была заключена мировая, и мне принесли тарелку с несколькими ломтиками дыни, папайи и арбуза.

Хайкоу называют иногда «кокосовым» городом, и, действительно, пальмы на улицах встречаются так же часто, как у нас тополя и липы. Из прочих достопримечательностей запомнилась усадьба какого-то видного чиновника, на территории которой сейчас располагается небольшой ботанический сад и музей. Там я впервые в жизни увидел, как растут в природе небезызвестные дуриан и джекфрут, а также папайя, манго и личи.

Подробно познакомиться с Хайкоу не получилось из-за недостатка времени, хотя хозяева любезно организовали нам экскурсию на место бывшего вулканического кратера, знаменитого своими разноцветными лавовыми полями и характерным ярко-красным цветом почвы в округе. Также, в день отлета, удалось прогуляться по городскому приморскому парку и даже искупаться в Южно-Китайском море. Удовольствия от купания я не получил, так как из-за сильного волнения вода была мутная и, к тому же, излишне теплая.

Пора было, возвращаться в Шанхай, где в оставшийся перед вылетом в Москву день планировалась встреча с директором компании Jonway. Улетая из Хайкоу мы с Линь приехали в местный аэропорт, и я решил немного побродить по сувенирным магазинчикам. Ассортимент их состоял, в основном, из жемчуга всех видов, вплоть до молотого, который используется в китайской медицине, сушеных тропических фруктов и поделок из кожуры кокоса. Жемчужный порошок Линь посоветовала не покупать, поэтому я ограничился банальными кокосовыми брелками и фруктами. Казалось бы, ничего хитрого, но и тут китайская нелинейная логика дала о себе знать.

На витрине одного из киосков были выставлены пакетики с сушеными манго, хурмой, и какими-то экзотическими фруктами, причем каждый стоил ровно три юаня. Я взял три разных упаковки, подошел к кассе и протянул девушке девять юаней. Однако, продавщица, забрав у меня покупку, набрала на калькуляторе цифру 10 и, широко улыбаясь, продемонстрировала ее мне. Я еще раз проверил ценники, убедился в том, что на наклейке напечатана именно цифра три и повторно протянул ей деньги. Увы, ничего не изменилось – попытка объяснить, что трижды три будет девять, а не десять ни к чему не привела. Девушка категорически не хотела отдавать товар, упрямо набирая на калькуляторе злосчастную цифру. Насколько я знал, в Китае крайне не любят цифру 4, и во многих гостиницах даже нет этажа с таким номером. Но вот про фобию в отношении цифры 9 я до этого ничего не слышал.

Аэропорт был международный, так что, как обычно, по-английски объясниться не удалось. Пришлось временно отступить и идти за Линь. Как ни странно, но и Линь пришлось несколько минут разбираться с ситуацией. Оказалось, что в этом магазинчике действует акция – при покупке четырех упаковок сухофруктов, каждая стоит не три, а два с половиной юаня, то есть продавщица пыталась меня убедить совершить выгодную сделку. Почему нельзя было просто показать мне четыре пакетика и только тогда набрать на калькуляторе цифру десять, я так и не понял.

На этом приключения в аэропорту не закончились. Через какое-то время по радио объявили, что господина Межова и госпожу Линь просят подойти на посадку, к выходу номер пять. Я был крайне удивлен столь высоким уровнем сервиса, решив, что иностранцы из России это всегда желанные и почетные гости в Хайкоу, но все оказалось проще. Оказалось, что Линь где-то потеряла не только наши посадочные талоны, но и свое удостоверение личности и нас теперь разыскивали.

Сам рейс обошелся, к счастью, без неожиданностей, если не считать того, что мне досталось кресло с отсутствующим верхней частью – подголовником. Возможно, это было единственное такое кресло в Китае, но уникальность ситуации утешала слабо. Свободных мест в эконом классе не было, а пересадить меня в салон бизнес класса стюардесса категорически отказалась: «Не положено!».

Через два часа наш самолет прибыл в новый терминал международного шанхайского аэропорта, который буквально накануне был торжественно введен в эксплуатацию и, соответственно, еще не был освоен пассажирами. Когда мы через телескопический рукав вышли из салона, то как-то сразу «потерялись» в просторных и пустынных коридорах терминала. Окружающее напомнило мне некоторые эпизоды романа Стивена Кинга «Лангольеры». Там, если помните, самолет, попавший в «дыру в пространстве» приземлился в аэропорту вчерашнего дня, где не было ни единой живой души. Так и у меня сложилось впечатление, что новый гигантский терминал был абсолютно пуст. Даже обслуживающего персонала почему-то не было видно. Линь также первый раз оказалась там, и, поэтому, пришлось ориентироваться исключительно по указателям на стенах.

Встреча с Jonway по ряду причин сорвалась, и я решил использовать неожиданно образовавшееся свободное время для поездки в Сучжоу (Suzhou), провинция Цзянсу (Jiangsu). Я много слышал об этом городке, основанном 2500 лет назад, который еще называют Венецией Востока. Сучжоу известен в Китае и за рубежом своими садами в традиционном китайском стиле и каналами, главный из которых, Императорский, является основной транспортной артерией города. Поезда из Шанхая в Сучжоу ходят регулярно и уже через пару часов мы были на месте.

Сразу по выходу из здания городского вокзала мы попали в толпу зазывал, рекламирующих экскурсионные туры по городу. Выбрав, как это происходило и ранее, наиболее громко кричащего местного жителя, мы были препровождены в старенький Nissan, который, вероятно, перевез не одну тысячу пассажиров за всю свою жизнь. Даже мягкие подушки, уложенные на сиденья, не могли скрыть признаков его дряхлости. Водитель оказался мастером своего дела и, несмотря на пробки, создаваемые многочисленными туристическими автобусами, какими-то закоулками вывез нас к парку, откуда начинались основные туристические маршруты, в частности, по тем самым знаменитым садам. Я неоднократно уже отмечал завышенную оценку некоторых туристических достопримечательностей в Китае, и сады, увы, не стали исключением. Порадовали только названия, например, «Сад Мастера Сетей» или «Сад Скромного (?!) Чиновника». К тому же, я уже почти наизусть выучил китайский стиль ландшафтного садоводства, повторяющийся, как в китайской опере, бессчетное количество раз. Поначалу, я даже пожалел, что мы приехали в Сучжоу, но вот водитель подвез нас к Императорскому каналу, украшением которого бесспорно является изящный мост из белого мрамора. Он напоминал туго натянутый лук, готовый выстрелить в бездонное небо зазевавшимся прохожим.

Императорский канал в Сучжоу

Как выяснилось, около моста начинался один из туристических маршрутов по каналам города, и водитель готовился передать нас местному «гондольеру». Вариантов было два – либо влиться в группу китайцев со всеми вытекающими отсюда неудобствами, о которых я уже рассказывал на примере круиза по Хуанпу в Шанхае, либо заплатить чуть больше и арендовать всю лодку. Я выбрал второе и не пожалел. Можно было занять любое из двенадцати имевшихся мест, либо просто выбраться на плоский нос суденышка, не забывая нагибаться при проходе лодки под мостами.