Чтение онлайн

В то время весь Шанхай был увешан рекламой автомобиля Roewe 750, в основе которого лежала приобретенная SAIC платформа английского Rover. Именно на эту модель делали ставку маркетологи компании, в том числе и в плане сотрудничества с Россией. Однако, продуктивных переговоров не получилось, так как представители SAIC не хотели понимать, что предлагать на российский рынок китайский вариант дорогого в эксплуатации и не очень надежного Rover, на котором уже раз обжегся «Major Auto», бесперспективно. Нет, они, конечно, выслушали мое мнение, но на лицах явственно читалось снисходительное неодобрение – мол, что мы тут тратим на тебя время.

Из других переговоров выделю очередную встречу с Changan, с менеджерами которой у нас сложились дружеские отношения. На ней обсуждались уже не общие, а конкретные вопросы возможного сотрудничества. На этих же переговорах Changan был проинформирован о подписании дистрибьюторского договора с Lifan, что, конечно же, вызвало у наших партнеров сильное разочарование и огорчение. Тем не менее, мы рассчитывали на то, что ревность к успехам небольшого Lifan из того же Чунцина подтолкнет Changan к более активному стилю ведения переговоров. Отчасти так и произошло, и мы уже начали обсуждать детали дистрибьюторского договора, но, как оказалось чуть позже, основные неожиданности были еще впереди.

Всего через месяц с небольшим, после некоторой паузы в переписке, выяснилось, что практически вся знакомая мне команда российского проекта переброшена на другие направления, и основным контактным лицом будет менеджер, работавший с Ираном. Трудно сказать, что послужило поводом для таких кардинальных изменений – то ли китайская привычка перебрасывать менеджеров с места на место, то ли досада от успехов земляков из Lifan. В любом случае, мы оказались в исходной точке, и все было необходимо начинать заново. Предметом нашего интереса в то время был компактный автомобиль Changan Benben, он же Benni, и мы полагали, что эта модель может быть прекрасной альтернативой морально устаревшему, но все еще популярному в России, Daewoo Matiz, не говоря уже о китайских Chery QQ или BYD Flyer. Основными преимуществами Benni были двигатель объемом 1.3 литра, неплохая эргономика и интересный дизайн. Более того, при условии его сборки в России удавалось достигнуть очень привлекательной розничной цены, что сразу могло превратить Benni в фаворита, несмотря на китайское происхождение. Увы, кадровая ротация в Changan внесла заметные коррективы в наши планы, и оставалось только надеяться на стратегический подход китайских партнеров. Очередная попытка продвижения во взаимодействии с ними была предпринята в августе того же года, когда стало ясно, что ждать активных действий от китайцев не стоит. О ее результатах я расскажу в одной из последующих глав.

Одной из безусловных достопримечательностей Шанхая является скоростная монорельсовая дорога Maglev, соединяющая аэропорт Pudong с деловым центром города. Поезда на магнитной подушке достигают скорости в 430 километров в час, что помогает гостям Шанхая избежать, как минимум, часовой поездки на такси по загруженным городским улицам. При этом в салоне настолько комфортно, что если не смотреть на специально установленное табло под потолком вагона, то ощутить скорость перемещения практически невозможно.

Во время пребывания в Шанхае мне удалось выделить пару часов на небольшую прогулку по реке Хуанпу (Huanpu), она же Янцзы в ее нижнем течении. С борта судна были прекрасно видны основные городские достопримечательности, среди которых выделялась самая высокая в Азии телебашня Oriental Pearl. Шанхай делится рекой на две, значительно отличающиеся друг от друга части: с одной стороны располагается суперсовременный район Pudong, в котором сосредоточены футуристические небоскребы бизнес центров, представительства иностранных компаний, телебашня и элитные кондоминиумы, а с другой, более старая часть города Puxi. Там же находится набережная Bund с выходящими на нее фасадами зданий, построенных в тридцатых годах прошлого века и несущих явную печать классической европейской архитектуры.

Район Pudong

Наш экскурсионный теплоход оказался «оккупирован» парой сотен китайских женщин в ярко-желтых кепках. Судя по обожженным солнцем, морщинистым лицам это были крестьянки из какой-нибудь южной провинции. Линь, поговорив с ними, выяснила, что женщины, премированы за ударный труд руководством сельского кооператива, в связи с праздником 8 марта. «Ударницы коммунистического труда» страшно галдели, замолкая только ради пережевывания чего-то из очередного пакетика с едой. Уж что там было в этих, пакетиках я не знаю, но запах был весьма специфическим.

Вечером того же дня, представители Changan пригласили нас на ужин, который был заказан в ресторане, расположенном на пятидесятом этаже одного из небоскребов района Pudong. Увы, видимость из-за тумана была так себе, и в наступающих сумерках практически ничего разглядеть было невозможно. Мы попытались также подняться на смотровую площадку на самом верху здания, но, увидев огромную очередь к лифтам, состоящую в основном из китайских рабочих и крестьян в одинаковых бейсболках, возглавляемых гидами с разноцветными флажками, решили отказаться от этой затеи. Еще свежа была в памяти прогулка по Хуанпу!

В один из дней пребывания в Шанхае, когда мы с Линь отправились пообедать в торгово-развлекательный комплекс, расположенный неподалеку от гостиницы, я обогатился интересным кулинарно-культурологический опытом. На каждом этаже комплекса размещались несколько ресторанов и девушки-зазывалы соревновались друг с другом в громкости традиционного и знакомого мне еще со времени посещения чунцинского супермаркета «Huan jing guang lin!». Выбор пал на тайваньский ресторан, где мы решили заказать «китайский самовар». Официант принес меню, и Линь любезно предложила его моему вниманию. Я самоуверенно выбрал несколько сортов мяса, грибов и овощей, наивно полагая, что все это принесут в умеренных количествах, исходя из наличия только двух едоков. Первое подозрение закралось тогда, когда три официанта стали заставлять наш столик огромными тарелками c действительно заказанными мной продуктами. На каждой из тарелок лежало не менее пятисот граммов говядины, свинины, страусятины и прочего… Я поинтересовался у Линь, нельзя ли от чего-либо отказаться, но получил отрицательный ответ.

В этот момент я пожалел, что не обратил в свое время должного внимания на наш разговор во время одного из предыдущих обедов в ресторане. Мы тогда заказали куриный суп, который принесли в огромной двухлитровой кастрюле. Я, помню, спросил Линь, зачем нам такое количество супа, и та ответила, что «вдруг нас много, и тогда супа хватит на всех». Очевидно, явное присутствие за столом только двоих едоков во внимание не принималось. Так и сейчас – еды было на четверых и ничего с этим поделать было нельзя. В итоге, несмотря на проявленный нами отменный аппетит, значительная часть блюд так и осталась нетронутой.

В программу поездки был включен и визит на завод Haima, находящийся на острове Хайнань. Однако это не тот Хайнань, который знаком многим россиянам как отличное место для пляжного отдыха, а его северный, промышленный регион. Завод располагался в столице провинции городе Хайкоу на северном побережье острова. Понятие «северный» конечно условно, так как климат на всем острове тропический.

Компания Haima, как оказалось, в течение долгого времени сотрудничала с японской Mazda. Вообще японское влияние чувствовалось во всем – и в организации производства, и в системе строгого контроля за качеством сборки, и в японском стиле питания в заводской столовой. За время, проведенное на заводе, нам удалось провести тест-драйв автомобилей Freema и Haima 3, серийно выпускаемых заводом. Первая – это перелицованная Mazda Premacy, ну а вторая, понятно, имела образцом популярную в России «трешку» Mazda.

Переговоры проходили тяжело. Представители завода категорически отказались даже рассматривать возможность размещения линии по сборке своих автомобилей в том же производственном корпусе, где «Дервейс» собирал Lifan Breez. Причем аргумент был типично китайский – «качество наших автомобилей значительно выше, и поэтому мы не хотим быть рядом с Lifan». Можно было подумать, что «низкое» качество – это заразная болезнь, типа ветрянки или гриппа. Вторая сложность возникла при обсуждении уровня розничной цены для России. Китайцы никак не хотели понимать, что позиционировать Haima на одном уровне с Mazda бесполезно. Но, на все аргументы против этой идеи следовал один ответ – у нас очень хороший автомобиль и «не надо его унижать сравнением с Ford Focus, Chevrolet Lacetti или с китайскими седанами BYD F3 или Lifan 520».