Чтение онлайн

Именно по этим причинам уголовное дело было возбуждено против главного редактора газеты, в которой проходили статьи "камерного депутата" о коррупции в прокурорской среде.

– На их месте я бы постыдился в таком спектакле участвовать,- сказал Малахов.- Натуральное позорище. Люди их и так не уважали, а теперь будут считать кончеными уродами.

– На людей им плевать, как мне кажется.- Мальков посмотрел на часы.- Ты домой собираешься?

– Нет, поработаю еще.- Майор год назад развелся и потому часто засиживался допоздна, иногда даже ночуя в маленькой комнатке при кабинете, где стояли раскладушка, телевизор и стол с тремя табуретами.- Ты всё сделал?

– Даже более того, чем планировал.- Егор спрятал документы в сейф и повернул ключ.- Завтра подобью итоги и сдам отчет. Заметь - на два дня раньше срока.

Малахов пожал руку бывшему стажеру.

– Не обольщайся. Рыжиков тебе быстро новое задание подберет!

– Знаю, с вами не забалуешь.

Мальков выключил лампу на своем столе, надел куртку и вышел в безлюдный коридор.

Возле лестницы ему повстречался Украинцев, перехвативший не успевшего скрыться за поворотом Маэстро и строго выговаривавший снайперу за его последнее выступление на смотре художественной самодеятельности.

– Вы б, майор, взяли что-нибудь из классики. В конце концов, "Соловья" Алябьева или "Патриотическую песню" Глинки. А то что вы исполнили? "Мы своё призванье не забу-у-дем, страх и ужас мы приносим лю-у-дям",-негромко напел заместитель коменданта.- Как это понимать?

– Юмор, товарищ подполковник.- Маэстро опустил глаза, чтобы Украинцев не разглядел пляшущих в них чертиков.

– Я понимаю, что юмор. Но при чем здесь гимн спецназа? Или вы хотите сказать, что под эту песню ваше подразделение будет маршировать по плацу?

– Никак нет, товарищ подполковник. Это была шутка. Неумная... Больше не повторится.

– Здравствуйте, Опанас Григорьевич,- вежливо поздоровался Мальков, проскакивая мимо.- Привет, Тоша.

– Добрый вечер, Егор Валентинович,- кивнул Украинцев, в очередной раз продемонстрировав свою уникальную память, и опять повернулся к Михалеву.- Так как мы решим?

– Будем согласовывать тексты выступлений с вами, товарищ подполковник,-бодро ответил Маэстро, вытягиваясь в струнку и провожая взглядом сбегавшего вниз по лестнице старшего лейтенанта.

– Как именно?
– осведомился заместитель коменданта, чьей педантичности могли позавидовать даже немецкие офицеры.

– Путем подачи сценарных заявок за неделю до репетиций,- нашелся режиссер и, по совместительству, ведущий актер самодеятельного коллектива РССН.

Остальную часть беседы Мальков уже не расслышал.

Глава 15

А ВАС, ШТИРЛИЦ, Я ПОПРОШУ ОСТАТЬСЯ...

Глава Управления внешней разведки РБ Пакистана вызвал к себе Омара Масуда прямо с утра, не дав ему даже провести с подчиненными десятиминутную летучку, с которой начальник седьмого отдела УВР всегда начинал рабочий день.

Судя по мрачному выражению лица Ахма-да Сухри, повод для встречи с Масудом был не из приятных.

– Проходите,- Сухри указал на кресло возле приставного столика.

Омар молча сел и тут же вытащил сигареты.

– По одному из кавказских каналов пришла информация,- сообщил начальник УВР РБ,- что чеченская группировка Черноморс-ка готовит покушение на одного из наших фигурантов.

– Сведения достоверные?
– уточнил Масуд.

Он не спросил, что за канал представил донесение.

Раз Сухри никак не идентифицировал источник, это означало, что допуска у Омара к этой части деятельности УВР не было. А в разведке не принято выяснять те подробности, что не имеют отношения к делу.

Излишнее любопытство может стоить не только должности, но и головы.

– Абсолютно,- твердо ответил Ахмад.

– Смысл мероприятия?

– Устранение конкурента.- Сухри назвал фамилию персоны, на которую готовилось покушение.- Исполнители прибыли три или четыре дня назад.

– А зачем?
– Масуд удивленно поднял брови.- Что они там не поделили?

– Московский заказ. Объект перешел дорогу одному из руководителей русского Центрального банка.

– Ах вот оно что1 - Начальник седьмого отдела цыкнул зубом.- Тогда понятно...

– Как думаете действовать?

– Будем блокировать исполнителей. Фотографии есть?

Сухри подвинул Масуду толстый конверт формата А4.

– Краткие досье...

Омар вытряхнул на стол документы и посмотрел на групповой снимок, где в окружении бородатых мужиков позировали две светловолосые женщины.

– Стрелки?

– Да.

– Из бывших русских колоний на Балтике?
– полуутвердительно сказал Масуд.

– Из Литвы.

– Ясно.- Литовские снайперши были опасным противником.- Срок исполнения неизвестен?

– Пока нет. Вероятно, дней пять в запасе у нас есть...

– Сабиру придется выходить на объект,- недовольно заявил Омар.

– Без этого не обойтись?
– нахмурился начальник УВР.

– Нет. Наш фигурант должен на неделю-полторы уехать из города, якобы по делам. Мы за это время приготовим контрмероприятие. Но чтобы он уехал быстро и без возражений, придется подключить Сабира.

– Когда у вас сеанс связи?

– Скоро,- уклончиво ответил Масуд.- Мы успеем...

* * *

У барьера во втором подъезде здания У ФСБ стоял немного странный пожилой человек в неопределенного цвета длинной куртке и в вязаном бордовом берете и демонстрировал одному из прапорщиков какой-то мешочек.

Второй ПДК продолжал проверять документы у входивших и выходивших сотрудников,

– Иду,- посетитель по-куриному тряс головой,- смотрю - лежит. И бесхозно так лежит, вроде как потерян. Ну, я и глянул внутрь... А там! А там!..

Мальков остановился за спиной у мужчины и заглянул тому через плечо.

– Я сразу подумал, что мне к вам.- Визитер подбросил мешочек на ладони.Там голубые искорки...

– Какие искорки?
– На лице прапорщика не дрогнул ни один мускул.

– Голубые! Представляете? Искрят...

– И часто?
– осведомился сотрудник охраны.

– Регулярно.- Посетитель переступил с ноги на ногу.- И я хочу это показать вашему генералу.

– Генерала в данный момент нет на месте.-Прапорщик действовал по инструкции, предусматривающей общение с душевнобольными, наплыв которых в здание на Литейном, 4 возрастал осенью и весной, в периоды регулярных обострений у пациентов ПНД.- Но вы можете переговорить с его заместителем. Я его сейчас сюда приглашу.- Охранник встретился глазами с Мальковым, едва заметно кивнул и обратился к старшему лейтенанту: - Товарищ подполковник, вы к себе?