Дыханьем пью твой ветер, высота,Что облаков касается крылами…Здесь так прозрачное солнечное пламя,А тишина блаженна и чиста.Лишь медный колокольчик иногдаБренчит внизу переходящим звоном,Там, по уступам, по зеленым склонам,Где ползают далекие стада.А здесь, у солнцем выбеленных пней,Где низки травы и цветы их дики, –Коралловые бусинки брусникиВ ладони собираются моей.И, как монах, что шепчет древний стих,Роняя четки струйкою янтарной, –С молитвою простой и благодарнойТебе, Господь, я посвящаю их!
ГОРНАЯ ПАРУБКА
Вот сливочные, длинные – по склонамПовержены, разделаны стволы, –И пахнет кедром, ладаном, лимономРоса светло сочащейся смолы.К земле любимой, каменисто-бурой,В последний раз припали тяжело…От содранной коры – от снятой шкуры –Идет живое, древнее тепло.Тропинка вся в еловых колких лапах,Мелькают шишки в тесной чешуе, –Такой рождественский, щемящий запах,Что дышишь детством в легком забытье…В долине, в дымке, блеск речных излучин,Голубизна слоящаяся гор.И, с тишиной высокой неразлучен,Упрямым дятлом звякает топор.
ЛЕСНАЯ ИЗБУШКА
Избушка с высоким крылечкомНа свежей дремучей поляне,И вырез на ставнях сердечком, –Как пряничный домик у няни.А если к обшивке из дранокПрижаться доверчиво носом,То пахнет и сухо и пряно –Корицей, и солнцем, и тесом.Мозаика древних дровишекУ леса, наколотых мелко,И в грозди коричневых шишекВисит любопытная белка.А пышные ели опушкиПридвинулись нежно и тесно,Чтоб тихой не выдать избушкиНе знающим сказки чудесной.
ОСЕНЬ
Вот осень подошла: листы считая,Под кленом облетающим стоит.С атласным шорохом воронья стаяНад пахотой развернутой летит.В деревне мирно топчутся коровы,И пахнет хлевом, теплым молоком,Листом опавшим, пахотой лиловой,Дровами, сеном, грушами, дымком…Так мягко небо в пасмурных разводах, –Тепло и грустно в мире и во мне…Он подошел – земли желанный отдых,Забывшей тихо о своей весне.
«Подушку мха беззвучно оторвав…»
Подушку мха беззвучно оторвав,Я черный плат земли нашла под нею –И, наклонившись, медленно пьянеюПрохладным соком нерожденных трав.Смотрю, как нежная лесная тляНа корешок всползает невесомо, –И, как она, в лесу я тоже дома,И, как она, одно с тобой, земля!
ПЕРВЫЙ СНЕГ
Сереющая в облачном тумане,Поленница на вырубке-полянеБлагоухает чисто поутру;И мелко шепчет дождь в бору пустынном,И я бреду по скалам и ложбинам,Как лешачиха, в призрачном бору.А завтра, в ясном розовом рассвете,Разоблаченные вершины этиВдруг ровно вспыхнут острой белизной –И крепкий холод молодого снегаПрозрачным ветром скатится с разбега,В тепло долины поспешив за мной.
ЗИМА
Взметнулся лыжник и исчез, –И над двойным скользящим следомСомкнулся глухо белый лесКоралловым морозным бредом.Но вот на синеватый наст,Сквозящий в солнце аметистом,С еловой лапы съехал пластИ развалился прахом льдистым;И ель вздохнула глубоко,Упруго ветку разогнулаИ солнцу низкому легкоС приветом лапу протянула.
«Посмотри налево, посмотри направо…»
Посмотри налево, посмотри направо –Никого на дорожке, только елки одни, –Отломи от сугроба кусочек шершавыйИ с атласного склона столкни:По бороздке голубой,Обрастая сам собой,Быстро, в искрах, удаляясь,В ленту снежную мотаясь,Кувыркаясь круто, прытко,Докатился, лег, —Как усталая улитка,Снежный завиток.И никто не смотрел ниоткудаНа веселое чудо, —Только я, да синицы, да ели,Затаив дыханье, гляделиНа его полет.Но ведь мы не в счет?
«Лужи мягко подтаяли к полночи…»
Лужи мягко подтаяли к полночи,Утром снова ушли под кристалл, —На душе и в лесу было солнечно,Тихий, чистый мороз не мешал.И на склоне под буками голымиРыжий лист посветлел и обсох —В нем шуршала ногами веселыми,Раскрывала оливковый мох…И прозрачно синица чирикала,Легкий мусор роняя с ветвей.Эго были от жизни каникулы —От заботы моей. И твоей.
МОЕЙ ЕЛИ
В памяти горек и крепок —Просто забыть не могу —Запах оранжевых щепокВ сером зернистом снегу.Запах встревоженной чащи,Свежих растоптанных хвой;Ствол, на поляне лежащий,Ствол опрокинутый твой…Долго стояла, не веря,У опустевшего пня, —Словно любимого зверяКто-то убил у меня.
ЛАВИНА
Весь пестрый лес от солнца и от снега,От сумрака и от проталин черных…Из чащи треск испуганного бега —Быть может, коз, быть может, духов горных?Оборвалась подмокшая лавинаИ, о стволы свой натиск разбивая,Вся в брызгах низвергается в долину,Скача, крутясь, пьянея, как живая…И вот легла — крутой и пестрой грудой, —Вся в бурых листьях и в щетине хвойной, –А в мертвых льдинках солнечное чудоСияет влажно, весело и знойно.