Где пухлый снег у шалашаСтянул под утро иней колкий,Две лиственницы не спешаРоняют рыжие иголки…Топор на оснеженном пне,Дымок пахучий и пушистый,В морозно-синей вышинеДеревьев белые мониста,И след лазоревый в снегу,Прямой и легкий, вверх по склону –От оттепели сберегуВ прохладе памяти плененной.
БАЛЛАДА
Где гремит ледяной поток,В облака слетая со скал,Эдельвейс — шерстяной цветок —Человек для нее искал.Но скользнул под ногой уступ…Он упал далеко в реке —С красной пеной у мертвых губ,С эдельвейсом в мертвой руке.Дети дали мокрый цветокСтрогой девушке с чистым лбом, —С ним ворвался горный потокВ непорочный ее альбом.Но никто не увидел слезПод ресницами гладких век:В них высокий сиял утесИ к утесу шел человек.
«Метелью веяло в бору…»
Метелью веяло в бору,Шипело снегом в мокрой чаще.Стволы, как чернь по серебру,Сквозили в белизне летящей.И мне казалось — я плыву,Я на плоту, скользящем шатко,А лес летит — не наяву, —Кружится в обмороке сладком.Но обернулась — а за мнойВ часовне, снегом занесенной,Темнел недвижной тишинойАлтарь с лазоревой Мадонной.Пока вокруг метель мелаИ светлый снег кипел, бушуя,Она стояла и ждала —Нет, не меня, совсем чужую,Меня уже нигде не ждут, —Но словно белке, лани, птице,Чтоб отдохнуть, остановиться,Она и мне дала приют.
МЕДВЕДИЦА
Мокрый снег на солнце светится,Талая вода черна.В теплом логове медведицаПробуждается от сна.И хрустит в сыром валежникеЗверь, дремотен и уныл,И на первые подснежникиСонной лапой наступил.«Ах ты, туша неуклюжая», —Затрещал под нею лед,А она стоит над лужеюИ весну из лужи пьет.
«Облетели кверху донцем…»
Облетели кверху донцемВсе сосульки, как одна,И в глаза холодным солнцемДует ранняя весна.И сугробы разом сели,Как упавшие хлеба,И под мокрый звон капелиЗацвела в снегу верба .Не впервой цвести на стуже…Не впервой скитаться там,Словно ходишь не по луже —По летящим облакам, —И тебе в раскрытом миреВнятен каждый блеск и вздох –Словно глаз дано четыреИ ушей не меньше трех.
«Еще прозрачен, сер и пуст…»
Еще прозрачен, сер и пустКипящий воробьями куст,И желтый солнечный припекЕще не жжет холодных щек, –Но талой лужи чернотаВесенней синью налита,И облако всплывает в нейВсё круче, крепче и белей.
«Влажно ландыши дышали…»
Влажно ландыши дышали.Крупный дождь шуршал по склону,На прощанье гром по тучамБил чугунными шарами, —Но далекие вершиныОзарились тихим солнцем,Молодые листья буковНалились зеленым светом.Я из каплющей пещерыПротянула солнцу руки,Сорвала я ближний ландыш,Самый свежий, самый белый,Сорвала его — навеки,Навсегда укрыла в сердце,Вместе с каплей самоцветной,И земли комочком черным,И прилипшею хвоинкой —И моим недолгим счастьем.
«Дождь отшумел. Зеленый свет…»
Дождь отшумел. Зеленый светВ лесу сверкающем и влажном,И круглых капель легкий след,Припухший на листке бумажном.Как жадно зеленеют мхи,Прощальному внимая грому, —И пахнут — даже и стихи —Промокшим кружевом черемух.
«Лицо щекочут стебли трав…»
Лицо щекочут стебли травИ пахнут сыростью и медом.Я, золотой букашкой став,Ползу под их прозрачным сводом.Мой путь неспешен и тяжел:Вот гладких желудей застава,А вот шершавой башни стволИ зоркий птичий щебет справа…Дыханья душная струя,Как бури колея двойная…Ах да, ведь это тоже — я.Кто больше я? Кто я? Не знаю.
«Спозаранку щебет слышно…»
Спозаранку щебет слышноУ раскрытого окна,И цветет светло и пышноНа задворках бузина.Облаков круглится стаяСнега крепкого белей,И гудит трава густаяТеплым бархатом шмелей.Почему же светлой вестиЯ от них не приняла?Всё как прежде, всё на месте –Только молодость ушла.
ОКТЯБРЬ
Мир прозрачен, солнечен, пуст, –Ни надежды в нем, ни тревоги.В красных ягодах голый куст.Завиток листа на дороге.Теплый камень и блестки в нем,А на камне плоская муха.Вот и мы — так же тесно льнемК блесткам памяти зябким ухом.За углом холодная тень,В ней легко голубеет иней.И недолог октябрьский день –Тихий-тихий и синий-синий.