Чтение онлайн

Вознице с трудом удалось сдержать пытавшихся разбежаться лабухов, и экипаж наконец остановился.

Разукрашенная дверца распахнулась, и первым на землю спрыгнул лакей. Он разложил деревянные ступени и, отойдя в сторону, склонился в поклоне, предназначая его то ли грозным гостям, то ли своему повелителю.

Мадраху осторожно ступил на верхнюю ступень и окинул взглядом ближайшего робота. Слуга не соврал. Стальной гигант действительно выглядел так, будто только что прибыл из огненных миров Одоса. От него исходил жар и пахло смолистой копотью.

Раздваиваясь между желанием понравиться посланникам миров Одоса и в то же время сохранить подобающее тургану величие, Мадраху сошел вниз и, приветственно потрясая державным жезлом, воскликнул:

– Приветствую вас, "братья Василия", на жалком островке суши, которым я управляю. Входите почетными гостями и вкусите лучшие плоды нашего труда!

Мадраху замер с воздетыми к стальным великанам руками. Оставив на лице улыбку, он внимательно следил за реакцией тех, кто сидел на железном экипаже.

Их лица пугали тургана. Пугали своей безжизненностью и спокойствием. Они были похожи на отражения, которые появлялись в зеркале ночью, когда их хозяева спали.

"Будь трижды глупец тот, кто посмеет перейти им дорогу, - в отчаянии подумал Мадраху.
– Я больше никогда не послушаю своих подлых советчиков, если, конечно, проживу еще хотя бы час".

Размышления тургана были нарушены голосом главного из этих непостижимых существ.

– Откуда ты знаешь наш язык?
– спросил он.
– Я думал, его знают только в Урюпине.

– Мой учитель - Клормак, был из Урюпина. К несчастью, он покинул этот мир, когда я был еще неразумным юношей. Тем не менее этот язык я освоил лучше других его учеников.

В ответ на его учтивую, как показалось тургану, речь вожак задумался. Потом он взглянул на Мадраху так, что тот почувствовал: главный что-то взвешивал. Возможно, его - Мадраху - жизнь сейчас лежала на чаше тех весов.

Турган внутренне напрягся, чтобы в случае необходимости принять смерть достойно. Он был обязан умереть так, чтобы об этом слагали легенды. О нем, Мадраху из рода Ромштук, будут говорить только хорошее.

Однако турган напрасно боялся. Ничего плохого с ним не случилось.

Главный только сказал ему:

– Окажи нам услугу, мы хотим отдохнуть...

– Это именно то, о чем я мечтал, - с улыбкой и наибольшим количеством смиренной радости в голосе произнес Мадраху.
– Мои лучшие покои, в самом центре Люктинга, будут к вашим услугам.

– Нет, в центре мы не можем. Мы удовольствуемся и более скромными апартаментами, но на краю города.
– И, указав на нависающие силуэты "скаутов", главный пояснил: - Им нужен простор...

"О да, - подумал Мадраху, посмев еще раз взглянуть на одного из гигантов.
– Духи этих воинов не терпят тесноты".

Тургану приходилось видеть последствия сумасшествия дольтшпиров или стремительных эспора, однако эти великаны казались страшными, даже оставаясь на месте.

"Что будет с городом, если они выйдут из повиновения?
– промелькнула в голове Тургана страшная мысль.
– Пусть будут на просторе. Люктингу нужна безопасность".

76

Такси остановилось напротив главного входа в клинику Поупа, и Царик, нехотя отдав таксисту деньги, сказал Фредди:

– Не знаю, когда мы получим наши миллионы, но на одних только таксистах мы просадили восемнадцать с четвертью кредитов...

Чингис вышел из машины, захлопнул дверцу и, рассеянно окинув взглядом здание клиники, заметил:

– Ты, наверное, имел в виду такси, а не одних только таксистов.

– Сами такси денег не берут. Деньги берут только таксисты.
– Царик, задумавшись, помолчал.
– Я это давно понял.

– Что таксисты берут деньги?

– Нет, я понял другое. Если бы в такси не было людей, можно было бы не платить вовсе. Смекаешь?

– Ага, - вынужденно согласился Чингис. Царик содержал его, покупал ему травку и даже подарил новые штаны, так что приходилось терпеть и во всем подыгрывать этому идиоту.

Однако сейчас Фредди снова начинало трясти, и его приветливая улыбка больше походила на мученическую гримасу.

Заметив его морозящий взгляд, Царик сам обо всем догадался.

– Дам немного, - предупредил он, - у нас впереди переговоры.

– Спасибо, - сердечно поблагодарил Фредди, у которого от нетерпения начал подергиваться глаз.

Получив маленькую дозу, он закинул ее в рот и придавил зубами.

"Подумать только - клок сухой травы, а какое облегчение", - размышлял он, поднимаясь по ступеням вслед за Цариком. Его давно занимала подобная метаморфоза: как эдакая дрянь болотного цвета могла изменять весь мир в несколько секунд. Нет, Фредди, конечно, понимал про всякие там химические дела, возбудители, стимуляторы, алкалоиды и прочие витамины, но в смысле мировоззренческих принципов действие травы его просто озадачивало.

Оказавшись в небольшом, но богато обставленном холле, Фредди и Михель на секунду растерялись, пока Царик не увидел надпись: "Регистратура".

С улыбкой, растянувшейся до лопоухих ушей, Михель подошел к пышнотелой даме сверхзрелого возраста и сказал:

– Меня здесь ждут.

– Я?!
– с симпатией в голосе и явной надеждой в глазах спросила дама и поправила фиолетовый парик.

– Мне хотелось бы, чтобы и вы тоже, - поигрывая полами пиджака а-ля "Ветер Лиссабона", ответил Царик.

– Ох!
– вздохнула дама.
– Все мужчины такие обманщики.
– Затем она положила свой пухлый палец на страницу регистрационной книги и спросила: - К кому вам назначено?

– К доктору Поупу.

– О, как, к самому Эр Пи?!
– воскликнула мадам и посмотрела на Михеля с еще большей симпатией.

– Что такое "Эр Пи"?
– тихо спросил Фредди.

– Откуда я знаю? Может, это его позывной.

– Позывные бывают только у шпионов, - заметил Фредди, рассматривая солнечных зайчиков на стенах холла. Он никак не мог определить: зайчики были настоящими или являлись следствием принятой травы?