Чтение онлайн

— Ну вот, теперь я конченная эгоистка, — расстроилась девушка, глядя на свою кисть, скрытую под чужой горячей и сильной ладонью. — Арр, я устала извиняться за то, что натворила.

— Тс-с-с… — оборотень приложил палец к губам Фаерс. — Сейчас мы ложимся спать, простив друг другу все прегрешения: действительные и надуманные. У меня нет права винить тебя в чем-то, а ты — будь терпимее к моим заскокам. Иногда животные инстинкты берут надо мной верх, но я постараюсь держать их в узде, чтобы не ставить тебя в неловкое положение. Нам обоим, Мел, необходимо признать, что существуют вещи сильнее нас с тобой вместе взятых и противостоять им невозможно, однако научиться с ними сосуществовать — вполне по силам. И тренироваться мы начнём с завтрашнего дня. Я во всём стану слушаться тебя и вести себя буду тише воды ниже травы. Договорились?

Мелани угукнула, не раскрывая рта: побаивалась, воплотить в жизнь иррациональное желание лизнуть палец.

— Хорошо, — трагирец убрал «печать». — Иди отдыхай, а я посуду помою.

— Аррум…

— Молчок, — приглушено шикнул оборотень и стал собирать со стола грязные тарелки.

Примечания:

*Я в курсе, что в оригинале игры слов не получится, так я же не для американцев пишу;-)

К городу добирались черепашьим шагом и, несмотря на весеннюю прохладу, с открытыми окнами. На отметке сорок миль в час Аррум зеленел, скрежетал зубами и выглядел крайне несчастно, а когда им навстречу ехала машина, он хватался за дверную ручку, готовясь выпрыгивать из авто. Фаерс подбадривала оборотня, развлекала разговорами о том, что они будут покупать в городе, но помогало слабо. Пассажир полностью погряз в личных переживаниях и на отвлекающие манёвры не вёлся. Мимо Аррума на бешеной скорости проносились деревья, машины и озера, и до рубашки со штанами ему дела не было. Лишь бы поскорее выбраться из гудящей жестяной коробки, воняющей топливом.

Чтобы не мотаться по десятку различных мест и поберечь волчьи нервы и желудок, Мелани выбрала для посещения большой по здешним меркам Торговый центр, где можно было и скупиться, и пообедать.

— Потерпи немного, — попросила девушка у напряженного, как струна, оборотня.

— Мы почти на месте.

Тот неясно дёрнул плечом, не откликаясь. С того момента, как они влились в городской поток дорожного движения, трагирец ехал зажмурившись и дыша через раз, дабы не расстаться со скудным завтраком. Под его веками мельтешили цветные пятна, и чувствовал он себя препаршиво. В нору бы забиться и отлежаться, да обещал совсем другое.

— Ура, добрались, — возвестила Фаерс, тормозя на парковке. Внутренности Аррума булькнули, и мужчина, судорожно распахнув дверь, выплеснул на асфальт всё, что думал об «ура» и кошмарном путешествии в целом.

— Я жалок, — вытер губы тыльной стороной ладони оборотень, стыдясь взглянуть на Мел.

— Не наговаривай на себя, — сочувственно похлопала Аррума по руке Мелани и протянула ему бутылку воды. — Посиди здесь, я в аптеку метнусь.

Прикупив средство от укачивания, успокоительное, энергетик и каких-то мятных леденцов, Фаерс вернулась к волку, намереваясь вернуть его в строй.

— Прими и тебе полегчает, — выщелкнула Мел из блистера пару таблеток.

— Я ничего не смогу в себя запихнуть, — отрицательно мотнул головой оборотень. — Здесь так всё воняет и шумит, у меня башка раскалывается и мутит постоянно, — посетовал он. — Может, в другой раз скупимся или я тут тебя подожду?

Фаерс не знала, плакать ей или смеяться. Скрючившийся на сидении, Аррум больше не походил на грозного волка — скорее это была битая хозяином дворняга, желающая спрятаться под поленницу во избежание новых ударов судьбы. Понимающая человеческую речь дворняга. Значит, подход можно было найти. Звериная чувствительность попаданца могла стать проблемой, и с ней определённо надо было чтото решать. Мыслительные шестеренки Фаерс забегали быстрее.

— Арр, ты только попробуй, — Мелани дала оборотню леденец. — Его не надо глотать, подержи во рту.

Секунды спустя трагирец смешно причмокнул и Фаерс умилилась, глядя, как меняется выражение лица с вымученного на изумлённое.

— Холодит и пахнет сильнее мятного чая.

— Запахи перебивает?

— Да.

— Теперь выпей эти… Ну вот, а ты говорил, что не запихнёшь, — слегка подначила Аррума девушка. — Пусть у нас лекарства не магические, однако по-своему чудодейственные. Через полчаса будешь на ногах. И эту на, — Мелани покопалась в сумке и выдала ещё одну таблетку. — Чтобы голова не болела. Слуш, а тебе обязательно в человеческом обличии пользоваться волчьим чутьём?

— Конечно. С ним безопаснее.

— А когда опасности нет?

— Так не бывает. Угроза может поджидать за любым кустом — этому правилу обучают волков с младых когтей.

— Мы не в лесу.

— Тем более: на чужой территории ухо надо держать востро и нос по ветру.

— Вот из-за этого у тебя голова и трещит, — менторским тоном произнесла Фаерс. — Ты не позволяешь себе расслабиться. Оглянись вокруг: угроза нулевая. Приглуши чувства осязания, прекрати вынюхивать добычу и выслушивать недругов. Ты не на охоте и не на бранном поле. Ты, — Мелани ткнула пальцем в литую грудь оборотня, — в безопасности. И при тебе всегда будет скорость реакции, чего вполне достаточно на тот случай, если кто-то рисковый покусится на твой кошелёк.

— Я подумаю, — не стал спорить Аррум, узрев в словах Фаерс зерно истины.

— Сделай, как я сказала, — капала на мозг Мел. — Не мучь себя.

К припаркованной по соседству малолитражке подошла дама с полными пакетами, и пререкающуюся парочку овеяло её духами.

— Вот тебе наглядный пример. Скажи спасибо, что у неё есть вкус и запах приятный, а есть такие приторные, что даже меня от них воротит.

— Вымоченная в спирте роза не может быть приятной. — Сморщил нос трагирец, и

Мелани прыснула в кулак.

— Прикрути нюх, иначе тяжко тебе придётся.

— Уговорила, — сдался волк. — Мел, коль я убавлю яркость глаз, мне не придётся ковыряться в них теми… линзами?

— Конечно нет, — обрадовалась девушка подобной возможности.

— Фух, слава Пресветлым Богам, — Аррум моргнул. — Так сойдет?

— Обычный карий цвет, — одобрила проделанный фокус Мелани. — Молодчина, Арр, так держать. Осталось тебя приодеть и… — она в раздумьях закусила губу, — … подстричь.

— Что? — засмотревшийся на собеседницу оборотень потерял нить разговора.

— Лоб у тебя красивый, нужно его открыть, — Фаерс потянулась к трагирцу и убрала его волосы назад. — И форма черепа идеальная. Сострижем лохмы, подровняем, — вслух размышляла девушка, водя руками по макушке волка. — Круто будешь смотреться со строгой, чисто мужской стрижкой. Ты как? Уже готов к подвигам? — Мел отстранилась от прибалдевшего под нечаянной лаской оборотня. — Арр, ты задремал, что ли?

— Это из-за связи, — встряхнулся оборотень и расчесался пятернёй.

— В смысле?

— Зверь млеет от твоих касаний, — бесхитростно ответил волк.

Фаерс выдала смущенное «оу» и не могла не полюбопытствовать:

— Ты и он — разные личности в одном теле, или как?

Оборотень задумался.

— Трудно объяснить. Мы едины и в то же время можем независимо влиять на решения друг друга. Это словно постоянно слышать внутренний голос, дающий подсказки, высказывающий своё одобрение или возмущение. Причём не считаться с ним нельзя, иначе будет потеряно равновесие разума, а к чему это приводит, ты уже имела несчастье лицезреть.