Чтение онлайн

§ 1. Для заготовленія необходимаго минимума топлива и матеріала для вывоза правительство республики вправ въ теченіе 1920 года призвать на принудительныя работы 15.000 человкъ. § 3. Призыву подлежать вс трудоспособные мужчины отъ 18 до 50 лтъ. Въ первую очередь призываются лица безъ опредленныхъ занятій. Отъ призыва на работу могутъ быть освобождаемы мужчины, которые расходуютъ всю свою рабочую силу, занимаясь въ своемъ или чужомъ хозяйств, въ земледліи, ремеслахъ, промышленности или торговл, государственные служащіе и служащіе самоуправленій, а также лица фактически занятые интеллигентнымъ трудомъ, какъ врачи, адвокаты, инженеры и т. п. § 4. Срокъ принудительныхъ работъ исчисляется въ 2 мсяца или соотвтствующимъ количествомъ выполненной работы. § 6. Принудительныя работы обязательны для всхъ мужчинъ въ предлахъ Эстонской Республики, независимо отъ подданства. § 7. Неявившіеся на лсныя работы подвергаются аресту или заключенію въ тюрьм до 1 года, или штрафу до 100.000 марокъ, при чемъ арестъ и заключеніе могутъ совмщаться съ денежнымъ штрафомъ. Кром того виновные отправляются на лсныя работы принудительно. § 5. Находящимся на принудительныхъ работахъ выдается солдатскій паекъ по интендантскимъ цнамъ. Вознагражденіе производится по систем сдльной оплаты, принимая во вниманіе мстныя условія почвы и лса, по соглашенію между центральнымъ комитетомъ по топливу и комиссаромъ труда. Въ примчаніи къ § 1 говорится, что къ лснымъ работамъ приравнивается рзка торфа и ломка сланца. (Курсивъ везд мой.)

Особенностями вышеприведеннаго обязательнаго постановленія являлись: 1) указаніе категоріи лицъ, подлежащихъ призыву на лсныя работы, 2) точное опредленіе количества призываемыхъ цифрой въ 15.000 человкъ и 3) умолчаніе о систем лсныхъ работъ (въ § 5 говорится только, что система оплаты труда сдльная). Если принять во вниманіе, что изданіе закона совпало съ расформированіемъ арміи, сравнить общее число призываемыхъ съ числомъ бженцевъ и, что бженцы вообще все «лица безъ опредленныхъ занятій», то обязанность для нихъ заниматься именно на лсныхъ работахъ вытекала изъ закона сама собой. «Иностранцами», конечно, оказались одни русскіе бженцы.

Во что вылилось примненіе закона въ отдльныхъ случаяхъ, сошлюсь на самого министра внутреннихъ длъ Геллата, который однажды, въ разговор со мной, самъ возмущался безобразной эксплуатаціей подрядчиками нашихъ солдатъ, въ чемъ ему лично пришлось убдиться при объзд юрьевскаго района.

Нечего и говорить, что съ организаціей комитета на эту сторону положенія русскихъ бженцевъ было обращено самое серьезное вниманіе, Комитетъ произвелъ статистическое обслдованіе работъ. Статистическій матеріалъ былъ обработанъ членомъ комитета, бывшимъ министромъ И. Е. Евсевымъ, и представленъ на усмотрніе Комитета. «Умолчаніе о систем работъ, говорилъ въ своей записк Евсевъ, привело на практик къ той уродливой съ правовой точки зрнія форм взаимоотношеній, что мобилизованная на основаніи закона публичнаго права рабочая сила поступала въ распоряженіе частных подрядчиковъ, для которыхъ извлеченіе предпринимательской выгоды являлось цлью всякаго договора».

Весь законъ въ результат выродился въ систему чисто-кабальныхъ отношеній, сильно возмутилъ русское общественное мнніе и по справедливости былъ прозванъ «каторжнымъ закономъ». Вмшательство Комитета сильно смягчило дальнйшую страду несчастныхъ солдатъ, такъ что впослдствіи картина тяжелаго труда на лсныхъ работахъ не представляла уже той каторги, которой этотъ трудъ являлся несомннно на первыхъ порахъ.

Таковы были итоги борьбы безславно погибшей сверо-западной арміи, когда въ начал января 1921 года я оставилъ Эстонію и ухалъ заграницу.

Да, въ политик дйствительно нтъ мста сантиментамъ! — Геллатъ былъ правъ.

Для читателя, внимательно просмотрвшаго мою книгу, причины крушенія благо дла на сверо-запад Россіи, я думаю, ясны. Я формулирую ихъ въ трехъ главныхъ видахъ: политическія, моральныя и стратегическія.

Командные круги арміи, вкуп съ помщичьимъ дворянскимъ элементомъ въ обоз, не поняли или не захотли понять всей исторической важности свершившихся въ Россіи событій. Земля разъ навсегда перешла къ крестьянамъ, старой «покорной скотинки» не осталось слда. Годы большевизма принесли съ собою много страданій и крови, но вмст съ тмъ дали огромный толчокъ умственнымъ переживаніямъ простого народа, пріучили его въ устройств своей жизни проявлять больше самодятельности, значительно подорвавъ въ то же время престижъ всякаго рода дутыхъ авторитетовъ. Факторы земельный и психологическій всегда нужно было имть въ виду, если мы хотли всенароднаго контакта при возстановленіи нашей родины. Поэтому руководителямъ блой политики не слдовало подымать спора изъ за земли, необходимо было измнить прежнее пренебрежительное обращеніе съ народомъ, брать у мужика только необходимое въ борьб и, спеціально въ нашихъ условіяхъ, проявить терпимость къ окраиннымъ народамъ, не пугать ихъ новой грядущей расправой, не затвать бермонтовской авантюры и не лишать себя необходимой поддержки естественныхъ союзниковъ. Несоблюденіе этихъ условій лишило армію поддержки эстовъ, финновъ и латышей, а безшабашная внутренняя близорукая политика сдлала равнодушнымъ къ движенію коренное русское населеніе. Гражданской войны нельзя такъ вести: ей необходима атмосфера активнаго сочувствія окружающаго населенія.

Жаловались — дале, что Антанта помогала намъ плохо. Отъ людей чужихъ странъ требовали, чтобы они лучше длали русское дло, чмъ сами русскіе. Забывали при этомъ, что иностранцы отлично видли все нестроеніе въ русской работ, а видя, не особенно и усердствовали. Но т же иностранцы много энергичне помогали окраиннымъ народамъ, потому что тамъ они усматривали, между прочимъ, дйствительно созидательную работу и лучшую организацію.

Вторымъ факторомъ была полная моральная разнузданность въ сред военнаго командованія разнаго калибра. Большевизмъ вообще расшаталъ нравы, а до нельзя распухшіе тылы проявили вс старыя язвы своекорыстія, хищеній, казнокрадства и лишали армію естественныхъ притоковъ ея питанія. Большая доля офицерства засла въ тыловыхъ учрежденіяхъ, на фронт чувствовался недостатокъ офицеровъ, а интенданты, при изобиліи запасовъ, заставляли солдатъ недодать во время похода. Бросивъ вс лучшія силы на подступы къ Петрограду, маленькая армія осталась безъ резервовъ, а набранные наспхъ клочковой мобилизаціей солдаты — голодные, холодные, равнодушные — не могли противостоять при обходныхъ движеніяхъ большевиковъ, пускавшихъ противъ этого сырого, дурнопитаемаго матеріала отборныя сытыя коммунистическія и матросскія части. Головные лучшіе отряды солдатъ, не видя врага и отступая изъ за обходовъ безъ боя, стали постепенно тоже приходить въ уныніе и слабть.

Плохая работа тыла лишила командованіе необходимой быстрой связи съ отдльными частями, а партизанскіе нравы и своеволіе отдльныхъ генераловъ приводили къ неисполненію важныхъ стратегическихъ задачъ, дававшихся главнымъ командованіемъ, какъ, напр., подъ Тосно.

Сверо-западное правительство безсильно было со всмъ этимъ бороться. Его требованіямъ въ области политики не подчинялись, дразнили инородцевъ, гд и какъ было возможно, а вс усилія во вншней политик скандально дискредитировали и поведеніемъ и прямыми распоряженіями. Къ тупой, вредной мстной фронд присоединялась великодержавная политика русскаго Парижа, который игнорировалъ сверо-западное правительство открыто, оффиціально, укрпляя нашихъ мечтателей о диктатур во всхъ ихъ безумствахъ и протестуя противъ поддержки союзниками сверо-западнаго правительства. Кучка демократовъ повисла въ воздух. И нужно только удивляться той развязности, съ которой, напр., Родзянко, самъ интриговавшій противъ нашего правительства, на стр. 124 своей книги позволилъ себ сказать, что одной изъ причинъ, повлекшихъ неудачу арміи, была «слабость сверо-западнаго правительства».

Вся вина этой группы людей состояла, пожалуй, въ томъ, что она доврчиво пошла на коалицію съ правымъ генералитетомъ, старалась мирнымъ путемъ достичь необходимой длу взаимной солидарности и, въ результат, связала свое имя съ явно безнадежнымъ и ужаснымъ для несчастной арміи предпріятіемъ. Искренніе патріоты, но немножко идеалисты, штатскіе члены правительства пытались соединить несоединимое, смшать воду и масло, забывъ мудрыя слова поэта:

Неправда, что правительственная газета «Свободная Россія» вела агитацію въ арміи. Бывшаго редактора газеты Кирдецова въ этомъ нельзя упрекнуть. За время дйствія арміи газета всегда поддерживала ее. Первая критическая статья газеты, посвященная катастроф арміи у Нарвы, появилась въ конц ноября, когда армія фактически распылилась, а все остріе критики направлялось на дурную общую политику руководителей благо 362 дла. Боле рзкую позицію газета заняла посл ликвидаціи правительства. Она эмансипировалась отъ всякаго моего вліянія, какъ политическаго представителя правительства, когда газетой завладлъ всецло г. Дюшенъ, закрпившій право собственности на «Свободную Россію» за сотрудниками газеты судебнымъ порядкомъ. Но отъ арміи въ то время остались одни «гражданскіе бженцы-иностранцы», хотя генералитетъ и продолжалъ еще писать безцльные бумажные приказы. Фактическій хозяинъ арміи былъ Геллатъ.

Гражданскую войну на сверо-запад Россіи, по духу ея руководителей нельзя назвать блымъ движеніемъ; правильне ее именовать черно-красной борьбой. Въ такомъ вид она, наврное, и отойдетъ въ исторію. Новая Россія придетъ изъ ндръ «красной» Россіи. Ошибкой думать, что большевизмъ наносное явленіе въ Россіи. Многомилліонная безграмотная Россія его укрпила, она же переваритъ и изринетъ его отъ себя. Россійская интеллигенція была тончайшей пленкой на поверхности русскаго мужицкаго океана. По условіямъ стараго режима, она не пріобрла необходимыхъ навыковъ въ государственной работ, революція ее застигла книжной, наивной, непрактичной и безъ труда смяла и разметала. На арену русской исторической жизни впервые вышли сами народныя массы, а демагоги ленинскаго толка лишь подыгрались къ этой стихіи. Процессъ броженія по необходимости получился медленный, долгій, въ мру географической величины нашей родины.

Русскій народъ пролилъ моря крови, много натворилъ ужасовъ, а теперь медленно оправляется отъ своей революціонной болзни, снова поражаетъ міръ своимъ терпніемъ и жарко молится, какъ ни одинъ народъ въ свт. Его душа иметъ широкій діапазонъ, адъ и рай живутъ въ ней рядомъ. Одинъ великій Достоевскій сумлъ постичь всю глубину и многогранность души нашего народа: красота молитвы, смиреніе, подвигъ и разинскій разгулъ!…

Но все перебродитъ, все войдетъ въ норму. Умудренная тяжелымъ революціоннымъ опытомъ, омытая въ страданьи, соткется новая могучая Россія — практичная, трезвая, боле дловитая и культурная. Идя путемъ практическаго опыта, набивая шишку за шишкой на лбу, страна, быть можетъ, еще мятнется отъ крайности къ крайности, отъ большевиковъ слва въ сти большевиковъ справа, но недологъ будетъ новый обманъ, разбуженная самодятельность не успокоится у черной грани — будущая сильная Россія станетъ демократической страной. Процессъ этотъ, вроятно, завершится не въ пять, не въ десять лтъ. Многіе изъ насъ, пожалуй, не увидятъ этого счастливаго времени, но что значатъ 15–20 лтъ? Для людей нашего поколнія, быть можетъ, все, въ исторіи народа — лишь мигъ пустой.