Чтение онлайн

— Я просто... очень сильно захотела, чтобы он сдох, — честно призналась я. — И со всей дури ударила по перилам.

Я открыла глаза и посмотрела на свои ладони. Они все еще слегка дрожали.

— Я как блондинка за пультом управления звездолетом, Нико. Я увидела большую красную кнопку, которая светилась, и нажала её. Я не знала, что она запускает торпеды. Я думала, это выключатель света.

Яра хмыкнула из своего угла. Звук был полным скепсиса.

— То есть, ты не Великая Ведьма? Ты просто... громкая?

— Я Проводник, Яра. Видимо, у меня идеальная совместимость с «железом» этого замка. Я — ключ. Но я понятия не имею, как работает замок.

Я увидела сомнение на лице Маркуса.

— Не верите? — я усмехнулась. — Смотрите.

Я взяла со стола обычное гусиное перо.

— Мой стандартный трюк. Нагревание.

Я сосредоточилась.

Обычно это было легко. Представить тепло, пустить его по руке...

Сейчас это было похоже на попытку выжать воду из камня.

Я натужилась. Вены на висках вздулись. В голове зашумело, к горлу подступила тошнота.

«Ну давай же... хоть искорку...»

Пшик.

Из кончика пера вылетела крошечная, жалкая, сизая искорка. Она даже не опалила ворс. Просто мигнула и умерла, оставив слабый запах паленого.

Перо выпало из моих ослабевших пальцев.

— Видите? — я откинулась на спинку кресла, тяжело дыша. — Я пуста. Сухая, как пустыня. Батарейка села в ноль. И я не знаю, как её зарядить, кроме как сидеть у камина неделю и есть шоколад, которого у нас нет.

Я обвела их взглядом.

— Если завтра придет второй Голиаф... я смогу только кинуть в него туфлей. Или накричать.

Маркус побледнел. Его солдатская выправка дала сбой.

— Значит, мы беззащитны? Замок спит, вы пусты... Если Алхимики узнают...

— Нет, — я выпрямилась, пересиливая боль в спине.

Во мне проснулся тот, кто был сильнее мага. Проснулся Менеджер.

— Мы не беззащитны, Маркус. Мы блефуем.

Я подалась вперед, и мой голос, несмотря на хрипоту, зазвучал сталью.

— Алхимики не знают, что я «блондинка в магии». Они не видели, как я сейчас тужилась над пером.

Они видели другое.

Они видели, как стены замка ожили. Они видели молнии, бьющие с небес. Они видели, как их неубиваемый супер-солдат превратился в шкварки за три секунды.

— Они думают, — я постучала пальцем по столу, — что здесь сидит могущественная, древняя колдунья, которая спит на молниях, укрывается грозовыми тучами и ест гром на завтрак.

— Страх, — кивнула Яра, и в её глазах мелькнуло уважение. — Они будут бояться подойти.

— Именно. Страх — это наш лучший щит. Мы поддерживаем легенду. Никто не должен знать, что «Королева» голая и без сил. Для всех — я аккумулирую мощь для следующего удара.

Я повернулась к химику.

— Нико. Твоя задача меняется. Хватит восхищаться.

— А что делать?

— Разобраться в этих чертежах. Если я — «обезьяна с гранатой», то ты должен стать сапером. Найди, где у этой чертовой штуки предохранитель. Найди инструкцию. Узнай, как включать защиту осознанно, а не на истерике.

Я посмотрела на него поверх очков (воображаемых, но эффект был тот же).

— Иначе в следующий раз я случайно поджарю нас всех, просто потому что разозлюсь на плохую погоду или на то, что суп остыл. Ты меня понял?

Нико сглотнул и прижал книгу к груди.

— Понял, миледи. Я... я найду пульт управления. Обещаю.

— Вот и славно. А теперь... — я посмотрела на Маркуса. — У нас есть что-нибудь поесть, кроме бульона? Мне нужно мясо. И, желательно, бокал вина. Война войной, а обед по расписанию.

Я накинула на плечи тяжелый шерстяной плащ и, опираясь на трость Деда, вышла на крыльцо.

Свежий горный воздух ударил в лицо, вымывая из легких запах лекарств и старой бумаги. Но даже здесь, на улице, всё ещё пахло озоном — резким, металлическим запахом грозы, который въелся в камни.

Двор напоминал муравейник, переживший нападение муравьеда.

Повсюду кипела работа. Горцы, кряхтя и ругаясь вполголоса, растаскивали останки Голиафа. Куски оплавленного металла, спутанные клубки проводов и дымящиеся куски «мяса» тащили в сторону кузницы — Берт уже потирал руки, предвкушая, сколько хорошей стали пойдет в переплавку.

Центр двора, там, где ударили молнии, был черным. Брусчатка превратилась в стекловидное месиво.

Стоило мне ступить на ступени крыльца, как двор вымер.

Звук шаркающих ног, стук железа, негромкие разговоры — всё оборвалось в одну секунду.

Тридцать суровых, бородатых мужиков, которые еще вчера готовы были поднять бунт из-за отсутствия мяса в супе, замерли.

Они смотрели на меня.

И в их взглядах не было привычной мужской оценки или наемнической наглости.

Там был животный, суеверный трепет. Так смотрят на ожившее божество, которое спустилось с небес, чтобы покарать грешников.

Гром, огромный рыжий детина, стоял ближе всех, держа в руках искореженный щит монстра.

Увидев меня, он медленно, двумя руками стянул с головы шапку.

По двору прошел шелест — остальные горцы последовали его примеру. Тридцать лохматых голов склонились перед хрупкой женщиной с тростью.

Тишина стала звонкой.

— Мать-Гроза... — прошептал кто-то в задних рядах. Прозвучало это не как кличка, а как молитва.

Гром сделал шаг вперед. Нерешительно, словно боясь, что я сейчас испепелю его взглядом.

— Леди... — прогудел он, глядя мне в ноги (в глаза смотреть боялся). — Мы... это... собрали пепел демона. В мешки.

— Зачем? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал твердо.

— Хотим развеять над рекой. С обрыва. Чтобы дух его поганый не вернулся. И чтобы земля наша чистой осталась.

— Хорошая идея, Гром, — одобрила я. — Действуйте.

Он помялся, комкая шапку в огромных ладонях.

— Леди... А молнии... — он кивнул на почерневшую стену, где все еще угадывались контуры рун. — Они теперь всегда будут в стенах жить?