Чтение онлайн

С деловыми встречами в конференц-зале Гарри справлялся без меня.

В среду пришла высокая шатенка, та самая, с которой он флиртовал на вечеринке, и они вместе ушли обедать. Позже Тэйт сказала, что ее зовут Элеанор Колдер, и она журналистка. В офис Стайлс вернулся с сияющими глазами и широкой улыбкой на лице, которые мгновенно исчезли, как только его взгляд упал на меня. Пытаясь показать свое безразличие, он сразу отвернулся к монитору.

Теперь Гарри каждый день ходил на обед с этой женщиной; и каждый день во мне что-то умирало, когда я видела его раскрасневшиеся щеки после их встречи. Мне было грустно, что это не я заставляла его улыбаться, отчего с полной силой вернулось знакомое чувство несостоятельности. Это был лишь один из многих признаков изменений.

Стайлс стал отстраненным и слишком профессиональным - исчезли его язвительные комментарии, все произносимые им слова теперь относились только к работе. Я поглядывала на него иногда, но он совершенно меня игнорировал. Даже оставаясь работать внеурочно, мы прощались и расходились своими путями.

Дома я продолжала работать с бумагами, потому что просто не успевала все отследить.

Кроме того, я должна была закончить с декором и приглашениями на воскресную вечеринку Джоанны, а она была очень требовательным клиентом. Томлинсон пыталась подтолкнуть меня в сторону чего-то ошеломительно драматического, но я хотела остаться верной своему воображению и сделать празднование простым и естественным. Всякий раз, думая о Луи, я чувствовала тошноту, представляя его среди подсовываемых Джоанной корзин с розовыми лилиями, украшенных золотыми ленточками. Со своими приторно сладкими романтическими фантазиями она просто обязана стать организатором свадеб.

Утомленная, я рано засыпала вечерами, чтобы на следующий день вновь засидеться на работе с равнодушный боссом, который обратит на меня внимание, только если я где-нибудь напортачу. Что, конечно, произошло, но всего один раз: я забыла перезвонить в галерею, чтобы подтвердить, что Стайлс принял их приглашение на благотворительный бал.

Он кричал на меня так громко, что выбежав из кабинета в дамскую комнату, я рыдала там добрых десять минут, прежде чем взять себя в руки. Туда за мной и пришла Тэйт, на самом деле не понимающая, отчего я так злюсь на Гарри; да и невозможно трудно было бы объяснить ей все, ведь она очень лояльно относилась к начальнику, оттого я просто промолчала. В итоге, каждое из приятных чувств, что я испытывала к нему, медленно покинули меня, словно между нами ничего никогда не было.

***

К концу недели я поняла, что мне нужно отдохнуть. К счастью, мне позвонила Нора, приглашая составить компанию им с Найлом в «Пабе», и я радостно согласилась. По крайней мере, тетей она была отличной, и лишь ее я могла назвать своей семьей.

После недельного ношения дизайнерской одежды мне хотелось чего-то удобно обычного. Я остановилась на джинсах, кроваво-красной футболке и кожаной куртке. Распустив волосы, я просто позволила им спадать волнами на плечи, а ноги, ноющие от ежедневных десятичасовых пыток каблуками, порадовала балетками. Я была рада встретиться с Норой и Найлом, и мы прекрасно проводили время, благо еда была вкусной.

Чуть позже к нам присоединилась и Тэйт.

– Ты в порядке? – спросила она с беспокойством в голосе.

– Да, все нормально, - я не хотела вступать в муторный разговор о нашем боссе в присутствии тети.

– Хорошо, но если я понадоблюсь, я всегда к твоим услугам.

Ну, вот как я могла быть честной с ней, когда она так превозносила Гарри?

Заиграла долгожданная музыка и Нора с Найлом отправились на танцпол. Я осталась за столиком с коллегой, которая настороженно и внимательно меня разглядывала.

– Пойду, возьму выпить что-нибудь, - сказала я напряженным голосом и, оставив ее, заняла первое же попавшееся место у барной стойки. Собираясь сделать бармену свой заказ, я услышала за спиной мужской голос.

– Ты не против, если я к тебе присоединюсь?

Я оглянулась, и улыбка расцвела на моих губах.

– Конечно, Луи.

В конце концов, он был хорошим парнем.

– Давай развлечемся, - произнес он неестественным голосом. – После недели, проведенной дома, мне нужен хотя бы один вечер без матери.

О, я отлично его понимала - иногда матери перебарщивают с чрезмерной опекой, думая, что их дети все еще малы. И было очевидно, что Джоанна Томлинсон как раз из этой когорты.

Оглушенные музыкой, мы молча потягивали наши напитки,. Взгляд парня был всё ещё несколько отстраненным, когда он решился заговорить:

– Знаешь, я был полным придурком в то время, когда уехал из города, - я ахнула от его слов. – Я и вправду имею в виду, что был отвратителен - причинял боль окружающим, да и родителям тоже досталось.

Опустошив бокал, он махнул рукой бармену, и выжидающе смотрел на меня, пока я не прикончила свой коктейль.

– Потом умер мой отец, и… – он пожал плечами. – Все, что я знал - это лишь как потерять себя. А теперь я здесь, в жалком маленьком городишке, и мать снова относится ко мне как к ребенку, и я снова становлюсь тем придурком.

С этими словами он, припечатав пустой бокал к барной стойке, с огнем в глазах схватил меня за руку.

– Хочешь потанцевать? – выдохнул он, но у меня не оказалось времени, чтобы отрицательно мотнуть головой - мы уже находились на танцполе, и Луи прижимал мое тело все ближе к себе.

В возмущении мне захотелось тут же оттолкнуть парня, но его умоляющий взгляд заставил меня передумать. Под медленную музыку я позволила ему вести меня, и тихие рыдания разорвали его грудь, когда он меня обнял. Я не знала, что причинило ему такую боль, поэтому все, что я могла сделать, это гладить его по спине, шепча слова утешения.

Когда закончилась звучавшая композиция, Луи меня так и не отпустил, продолжая раскачивать нас и всю следующую песню. Я поглядывала вокруг, ловя любопытные взоры, но не могла никого позвать на помощь. Кто-то пристально наблюдал за нами из темного угла - я продолжала бросать туда взгляды, пока не поняла, что у этих глаз шокирующий чисто-зеленый оттенок.

– Луи, ты должен отпустить меня, - прошептала я ему на ухо, и он на секунду сжал мою талию, прежде чем убрать руки.

– Прости, Харлоу… – медленно проговорил он. – Я осознаю, что мы едва знаем друг друга, но… У меня нет никого, чтобы рассказать… Я сожалею об этом. Просто… Я один на один со всем этим…

– Ты можешь поговорить со мной, - заверяла я, понимая, что Гарри уже покинул тень и направился к бару, чтобы встретить Элеанор, которая не стеснялась показывать свою привязанность к нему.

Луи поблагодарил меня за танец, и мы условились продолжить разговор на вечеринке его матери.

Я шагала к нашему столику, по пути наблюдая за общением этой пары. Гарри сидел, небрежно глядя на девушку полуприкрытыми глазами, в то время как та склонилась к собеседнику, нежно лаская пальцами его подбородок. Другой рукой она крутила прядь своих волос, краснея при этом. Он был болезненно красив. Мужчина-завоеватель. Журналистка была очарована им и без смущения показывала это. Он что-то произнес, она наклонилась ближе и в следующий момент приоткрытыми губами коснулись губ мужчины.