Harry Potter and the Deathly Hallows
Шрифт:
– Мы никуда не пойдём, - сказал Гарри, в то время как Гермиона энергично кивнула головой.
– Вы можете говорить или с нами вместе или ни с кем.
Скримджер бросил на Гарри холодный оценивающий взгляд. Гарри показалось, что Министр задумался, стоит ли проявлять ответную открытую враждебность так рано.
– Хорошо, тогда поговорим вместе, - ответил он, пожимая плечами. Он прокашлялся и продолжил.
– Я здесь, уверен вы это знаете, по поводу завещания Альбуса Дамблдора.
Гарри, Рон и Гермиона переглянулись.
– Неожиданность, очевидно! Вы не были осведомлены, что Дамблдор кое-что вам оставил?
– Н… нам всем?
– переспросил Рон.
– Мне и Гермионе тоже?
– Да, всем ва…
Но Гарри прервал его:
– Дамблдор умер около месяца назад. Почему же передача того, что он оставил, заняла так много времени?
– Да разве это не ясно?
– бросила Гермиона, прежде чем Скримджер успел ответить.
– Они хотели изучить то, что он нам оставил. У вас не было никаких прав на это!
– когда она говорила, её голос слегка дрожал.
– У меня были все права, - спокойно произнёс Скримджер.
– Декрет об Оправданной Конфискации, даёт Министру право конфисковать указанные в завещании…
– Этот закон был создан, чтобы предотвратить передачу волшебниками тёмных артефактов, - сказала Гермиона, - и Министерству требуются серьёзные доказательства того, что вещи усопшего незаконны, прежде чем отбирать их! Вы пытаетесь доказать мне, что думали, будто Дамблдор пытался передать нам что-то проклятое?
– Вы планируете сделать карьеру в области Магического Права, мисс Грэйнджер?
– спросил Скримджер.
– Нет, ни в коем случае, - резко возразила Гермиона.
– Напротив, я надеюсь сделать для мира что-то хорошее!
Рон засмеялся. Глаза Скримджера мгновенно обратились на Рона и обратно, когда Гарри заговорил:
– Итак, почему вы решили позволить нам получить эти вещи сейчас? Не смогли придумать предлога, чтобы оставить их?
– Нет, потому что прошёл тридцать один день!
– выпалила Гермиона.
– Они не могут держать предметы дольше этого срока, если не докажут, что они являются опасными. Верно?
– Можете ли вы сказать, что были в близких отношениях с Дамблдором, Рональд?
– обратился Скримджер к Рону, игнорируя выпад Гермионы.
Рон выглядел удивлённым.
– Я? Нет… не совсем… Вообще, Гарри всегда был тем…
Рон посмотрел на Гарри и Гермиону, одарившую его злобным взглядом, будто пытаясь сказать «замолчи сейчас же!», но ошибка уже была совершена: Скримджер выглядел так, будто услышал то, что хотел услышать. Он как хищная птица набросился после ответа Рона:
– Если вы не были близки с Дамблдором, как вы объясните тот факт, что он упомянул вас в своём завещании? Он сделал исключительно мало упоминаний кого-то лично. Большинство его собственности - частная библиотека, магические инструменты и другие личные сбережения были оставлены Хогвартсу. Почему, вы думаете, вас выделили?
– Я не… - начал Рон.
– Я… Когда я сказал, что мы не были близки… Я имею в виду, я думаю, что я ему нравился…
– Ты скромничаешь, Рон, - прервала его Гермиона.
– Ты очень нравился Дамблдору.
Это преломляло правду до предела: насколько Гарри знал, Рон и Дамблдор никогда не оставались наедине, а прямой контакт между ними был незначительным. Тем не менее, не похоже было, чтобы Скримджер слушал. Он опустил руку в мантию и достал мешок со шнурком гораздо большего размера чем тот, что Хагрид подарил Гарри. Из него он извлёк свиток пергамента, который он развернул и зачитал:
– «Последняя Воля и Завет Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора…» так, вот здесь… «Рональду Билиусу Уизли я оставляю свой Делюминатор, с надеждой, что он будет помнить обо мне, используя его».
Скримджер извлёк из сумки предмет, который Гарри уже видел раньше: он был похож на серебряную зажигалку, но имел, насколько он знал, свойство высасывать свет в зоне действия и возвращать его простым щелчком. Скримджер наклонился вперёд и передал Делюминатор Рону, который взял его и повертел пальцами, выглядя ошарашенным.
– Это ценный предмет, - сказал Скримджер, оглядывая Рона.
– Он даже может быть единственным в своём роде. Конечно, это собственное изобретение Дамблдора. Почему же он оставил тебе такой редкий предмет?
Рон смущённо покачал головой.
– Дамблдор, должно быть, выучил тысячи студентов, - упорно продолжал Скримджер.
– Из них он упомянул в своём завещании лишь вас троих. Почему? Для чего, он думал, вы будете использовать Делюминатор, мистер Уизли?
– Видимо, чтобы выключать свет, - пробормотал Рон.
– Что ещё я могу делать с его помощью?
У Скримджера, очевидно, не было никаких предположений. Он ещё на мгновение покосился на Рона, затем вернулся к завещанию Дамблдора…
– «Мисс Гермионе Джин Грэйнджер я оставляю свою копию Басен Барда Бидла, в надежде, что она найдёт эту книгу интересной и поучительной».
Скримджер извлёк из мешка небольшую книгу, которая выглядела такой же старинной, как и Секреты Самых Тёмных Искусств в комнате наверху. Её обложка была запачкана и местами отслаивалась. Гермиона безмолвно приняла её от Скримджера. Она положила книгу на колени и уставилась на неё. Гарри увидел, что заголовок был написан рунами, он никогда не изучал их. Пока он смотрел, на тиснёные символы упала слеза.
– Почему, вы думаете, Дамблдор оставил вам эту книгу, мисс Грэйнджер?
– всё так же спокойно спросил Скримджер.
– Он… он знал, что я люблю книги, - грубо сказала Гермиона, утирая глаза рукавом.
– Почему именно эту конкретную книгу?
– Я не знаю. Наверно он думал, что она мне понравится.
– Вы когда-нибудь обсуждали коды или какие-либо средства передачи секретных сообщений с Дамблдором?
– Нет, я не обсуждала, - ответила Гермиона, всё ещё возя рукавом по глазам.
– И если Министерство не нашло никаких спрятанных кодов в этой книге за тридцать один день, то вряд ли я смогу.