Чтение онлайн

На лице графини играла лёгкая, удовлетворённая улыбка. В голове начал формироваться идеальный план. К тому моменту, когда пешка Озёрского завершит свои курьерские услуги по доставке сообщений, у самой Татьяны уже будет готово решение этого паззла.

Мы с Ксенией и Васей шли по коридору, споря о том, носит ли парик один из преподов со странной причёской, когда с подоконника с грацией хищника спрыгнул Валентин Рожинов. Он сделал это настолько пафосно и вызывающе, что у меня зубы свело. Вот ведь выпендрёжник. Будет здорово, если кто-то снова наложит на него порчу прыщами. Или бородавками — для разнообразия.

Он встал прямо напротив Земской, блокируя той путь.

— Ксения, — Рожинов томно улыбнулся, игнорируя нас с Васей, словно мы пустое место. — Какая прекрасная картина. Цветок, затерявшийся среди сорняков. Неужели такой бриллиант должен общаться с… грязными бастардами?

Я лишь хмыкнул, смерив его высокомерным взглядом, словно чернь.

— Расслабься, Валентин, — произнес я. — Ты ведь пользуешься тем, что наш с тобой поединок комитет никогда не одобрит. Вот и позволяешь себе лишнее. Без риска ты очень смел, истинный аристократ!

А ведь и правда жаль. Ладно ещё второкурсник, но с третьекурсником мне никогда дуэль не одобрят. Придётся подождать, прежде чем я смогу надрать ему зад.

— Не твоё дело, с кем я общаюсь, Рожинов, — холодно отрезала Ксения. — И Алексей не бастард. Будь ты чуть умнее комнатного цветка, а не попугаем, повторяющим глупые слухи, ты бы это знал. Стужев благороднее большинства здешних аристократов, которые только и умеют, что трещать на задних рядах и бахвалиться, какие они герои. А ты… ты просто трус. Потому что даже вызвать его на дуэль не можешь, только языком чесать горазд.

Валентин усмехнулся, но в его глазах мелькнула злость. Я же ощутил небольшой прилив энергии. А Ксения его задела! Не нравится, когда девушка хамит, думал, только тебе можно, Рожинов?

— Почему не могу? Могу. Запросто. Просто я — лучший студент третьего курса. А в комитете не идиоты сидят. Если я убью кое-кого случайно, имидж академии пострадает. Но вот кого-то с… менее выдающимися способностями — запросто одобрят. Например, — его взгляд скользнул по стоявшему неподалёку коренастому парню, — Разрядов! Дмитрий, подойди сюда!

Парень, до этого равнодушно смотревший в окно, вздрогнул и обернулся. Когда вокруг нас уже образовалась небольшая группа зевак, его поведение казалось странным. Он будто что-то подозревал и избегал контакта со мной.

— Чего? — спросил он громко и недовольно.

— Сюда иди, — властно приказал Валентин. Будто подчинённому начальник. Или собаке хозяин.

Тот нехотя подошёл к нам и тут же был приобнят рукой за плечи. Контакт с Рожиновым ему явно не понравился, так как парень сгорбился и опустил взгляд.

— Ты ведь мой друг? — с сладковатой ядовитостью спросил Валентин.

— Ну… друг, — нехотя пробурчал Разрядов.

— Вот и защити мою честь. Вызови этого выскочку на дуэль. Пусть знает своё место.

Разрядов смерил меня с ног до головы презрительным взглядом.

— Я? С перваком? Это ниже моего достоинства, Валентин. Ищи другого дурака.

— Боишься проиграть? — встрял я, широко ухмыльнувшись. — Понимаю. Страшно опозориться перед всем курсом, — тон я использовал успокаивающий, будто жалея его. — Но можешь сразу признать, что ты трус, и мы разойдёмся.

Разрядов заёрзал, его глаза забегали с меня на Рожинова. Его самолюбие было задето, меня начала питать его энергия гнева.

— Да я тебя на раз…

— Отлично! — перебил Валентин, хватая его уже под локоть. — Значит, договорились. Идём в дуэльный комитет. Регистрируем.

Мы всей толпой двинулись на выход из здания. Накинули куртки, прошлись по пустынным дорожкам — листья давно уже осыпались и их убрали. И наконец оказались возле заветной двери. По дороге никто не говорил, царило напряжённое молчание.

Вошли втроём — я, Валентин и Дмитрий. Уже давно мне знакомый тощий парень в очках с удивлением уставился на нас.

— Мы пришли зарегистрировать вызов на дуэль! — широко улыбнулся Рожинов.

Парень начал вбивать данные, но когда понял, кто против кого выступает, то принялся отнекивался. Но под гнетущим, высокомерным взглядом Валентина стих.

— Вы не понимаете, я не могу! — пискнул он. — Программа не пропускает, это против всяких правил! Чтобы первогодка с третьегодкой дрался!

— Тогда принимай письменное заявление! — голос Рожинова прозвучал ультимативно. — Кто надо, тот согласует!

Тот помялся немного и достал листы бумаги. Валентин начал заполнять под диктовку, а уже я и Дмитрий подписались под своими именами.

Когда вышли, Валентин был доволен, как слон.

— Я же говорил, Алексей. Бастард ты несчастный. Условия простые: если проиграешь — публично признаешь, что ты не Стужев.

— А если твой друг проиграет? — спросил я с усмешкой.

— Тогда… — Валентин задумался на секунду, — я лично заплачу тебе компенсацию. За моральный ущерб.

— Пятьдесят тысяч, — сразу же выпалил я, наслаждаясь тем, как у всех, включая Ксению, округлились глаза. Сумма-то немаленькая, сравнимая с ценой топового смартфона.

В коридоре повисла ошеломлённая тишина. Но Валентин лишь громко рассмеялся, нарушая всеобщее недоумение.

— Договорились! Для меня это мелочь. Для тебя — целое состояние, бастард. Готовься к позору.

Он развернулся и ушёл, похлопывая ошалевшего Разрядова по плечу. Я же смотрел ему вслед с холодной уверенностью внутри. Наконец-то представился шанс не просто подраться, а сделать это с пользой. И я был абсолютно уверен, что эти деньги уже у меня в кармане. Как и позор дружка Рожинова.

Песок арены хрустел под ногами. В руках блестели отполированные клинки. Мы с Земской стояли напротив друг друга, ожидая, когда диктор закончит объявлять дуэлянтов.

Всё же у неё вышло зарегистрировать вызов. Хотя, на днях и с третьекурсником вышло, пусть и бароном. Вот вам и незыблемые правила академии! Потому мы с Ксенией находились здесь. Щебнев уже успел мне уши прожужжать про мою глупость, что не стоило связываться с этой графиней. Но у нас был план.

Первый выпад сделала она. Резкий, точный укол в шею. Я едва успел отбить его своим мечом, почувствовав всю силу её руки. Холодное оружие она держала явно крепче, чем собственные кулаки. Её движения были выверенными, профессиональными — каждый удар приходился ровно туда, куда она и целилась: в суставы, в незащищённые места.