Чтение онлайн

— Хорошо. На кулаках. Но это тебя не спасёт, Стужев. Не переживай, я обо всём позабочусь. Зарегистрирую дуэль. Просто согласись, когда тебя уведомят.

Не дожидаясь ответа, он развернулся и вышел, его приятели поспешили за ним, бросив на нас последние презрительные взгляды. Разрядов провёл большим пальцем по горлу. Видимо, он уже размечтался, что Рожинов отомстит в том числе и за него.

Дверь захлопнулась. В комнате повисла гробовая тишина, нарушаемая лишь прерывистыми, тихими всхлипываниями. Анна сидела, уткнувшись лицом в ладони, и её плечи мелко дрожали.

— Я… я не понимаю… — она выдохнула сквозь слёзы. — Что это было? За что он… Так унизил меня…

— Не бери в голову, — я быстро собрал свои учебники в сумку. Мои руки слегка дрожали от адреналина. — Это не к тебе. Это ко мне. Ему просто нужен был повод. Ты ведь и сама знаешь его.

Я не хотел её утешать, мне было не до этого. Внутри всё горело от ярости и предвкушения. Наконец-то. Наконец-то я могу воздать ему по заслугам!

— Прости, но учёба отменяется, — бросил я, направляясь к выходу. — Тебе тоже лучше прийти в себя.

Оставив Анну одну плакать в опустевшей комнате, покинул её. Мысленно я уже готовился к поединку. Я понимал, что это будет не просто. Но даже так меня переполняла уверенность, что на этот раз Валентин Рожинов получит урок, который запомнит надолго.

Граф Рожинов стоял напротив меня, наматывая на правый кулак свою зелёную ленту с изящной небрежностью. На его лице не было привычной надменной усмешки — лишь холодная, собранная концентрация. Это насторожило меня.

Хотелось пошутить и позлить его, но ничего не лезло в голову. Появилось мерзкое чувство, будто я что-то не учёл. Меня предупредили, что это не артефакт, а обычная лента шёлковая. Просто моральное давление предметом, так похожим на настоящее, уже знакомое не понаслышке оружие.

После сигнала каждый остался стоять на своём месте, никто не спешил.

— Начинай, Стужев, — его голос звучал небрежно и лениво. — Так уж и быть, я дам тебе фору.

Я начал стандартно, с разведки. Быстрые лёгкие прямые удары левой прощупывали его защиту. Валентин работал классически: высоко поднятые руки, плотная стойка, грамотные блоки. Его движения были чёткими, экономными, без лишней суеты.

Слишком профессионально. Он явно понимал, что и зачем делает. Видя это, я постарался действовать ещё аккуратнее.

Я увеличил скорость, добавил серию из трёх ударов: прямой несильный левой, прямой сильный и точный правой, боковой в корпус.

Валентин принял всё на блок, слегка отступив, но не дрогнув. Его глаза внимательно следили за моими плечами, читая замысел удара ещё до его начала.

Я сменил тактику, пошёл в агрессию. Моя скорость была моим козырем. Закрутил вокруг него вихрь, осыпая ударами с разных углов — апперкоты, боковые хуки, низкие удары в бедро. Песок летел из-под наших ног.

Несколько раз мои удары пробивали его защиту. Я почувствовал жёсткую отдачу его контура — он также использовал щит из нейтралки. Видел, как он морщился, пропустив боковой в челюсть. Но он не ломался. Он был как скала, методично, без паники принимающая на себя удар за ударом.

И тогда я понял. Он не просто защищался. Он изучал меня. Совсем как обычно делал я, считая себя самым умным. Каждый мой удар, каждое движение, каждый перенос веса — всё это он впитывал, как губка. Его защитная магия работала на минимуме — лёгкое сияние вокруг предплечий, гасящее лишь самую мощную кинетику, чтобы не тратить силы зря.

— Поигрались и хватит, — внезапно сказал он и пошёл в контратаку.

Это было не яростно, не эмоционально. Это было механически точно. Он начал бить сериями. Короткий, жёсткий боковой в мою бровь — я чуть не запрокинул голову от такого, мир закружился.

Мгновенно — прямой правой в солнечное сплетение. Если бы не защита, воздух вышел бы из меня моментально. Я инстинктивно сгруппировался, и это спасло меня от следующего удара — мощного прямого, который прошел в сантиметре от моего виска.

Я отскочил, пытаясь перезагрузиться, переосмыслить свою тактику. Но Валентин не давал на то пространства и времени. Он прессинговал меня, его ноги работали идеально, отрезая мне пути к отступлению. Он не был быстрее меня. Он был… правильнее. Каждый его шаг, каждый удар был просчитан. Вся моя скорость нивелировалась его точностью. Когда требовалось, он уходил в блок. Так же переходил в атаку в крайне неудобные для меня моменты.

Это же моя техника! Я всегда так действовал! Он что, изучил все мои приёмы? Но как он мог получить допуск к записям? Или присутствовал на всех моих дуэлях? Не по телефону же смотрел, там слишком мутная съёмка, даже у дорогих моделей.

Я пробил один из своих отточенных приёмов, приправленных магией огня в виде тепла, что придавало силы — резкий, хлёсткий боковой хук левой, прямиком в печень. Удар, который обычно заканчивал всё, его невозможно сдержать.

Валентин не стал уворачиваться или блокировать. Он сделал микроскопическое движение корпусом навстречу удару, подставив под него не печень, а жёсткие рёбра. В тот же миг его собственная правая рука, будто пружина, выстрелила.

Но цель была не моя голова. Его рука по траектории, параллельной моей, прошла чуть выше моего локтя. И в самый момент, когда мой кулак достиг его корпуса, его ладонь с громким, сухим щелчком обхватила мой локоть снаружи, а вторая рука резко и жёстко ударила снизу по моему плечу.

Раздался отвратительный, глухой хруст.

Третий том здесь: https://author.today/work/483896