Хорошие девочки никогда не бунтуют
Шрифт:
– Джемма, это Слоан. Слоан, это Джемма, твоя новая соседка.
Девушка снова улыбнулась, подошла ко мне и протянула руку: – Добро пожаловать в Святую Марию.
Я осторожно пожала её ладонь, краем глаза следя за Исайей, который пристально разглядывал меня с нечитаемым выражением лица.
– Ладно, я сваливаю, – наконец бросил он, всё ещё пригвождая меня взглядом к полу.
– А разве ты не должен провести мне экскурсию по школе?
– Экскурсию проведу я, – Слоан отмахнулась от Исайи.
Мои плечи тут же расслабились. Быть рядом с Исайей было изматывающе, даже если речь шла о паре минут. Я вела себя с ним как–то неестественно, и это меня пугало. Так лучше – Слоан проведёт экскурсию по школе вместо него. Так я смогу держать себя в руках.
Он вызывал во мне… что–то. Что–то, что я не позволю себе почувствовать. Это отвлекало.
– Отлично. – Исайя хлопнул в ладоши. – Увидимся, Хорошая Девочка. – Он подмигнул, и я покраснела до корней волос.
Как только он вышел, Слоан рассмеялась: – Ну, это Исайя. Он… немного чересчур, да?
Я тщательно подбирала слова: – Он заставляет меня нервничать. – Это была правда, но не вся. Он будоражил. И пугал. И заставлял гореть изнутри – так, что спина покрывалась испариной.
Она кивнула, её гладкие чёрные волосы колыхнулись: – Он всех девушек заставляет нервничать. Типичный плохой парень. Насквозь. – Слоан вздохнула: – Держись от него подальше, а то окажешься в чулане.
В чулане? Ненавидела, что отстаю от всех в этих подростковых штуках. Всего пара дней в Веллингтоне показала: школа – не то, чего я ждала. Я подсматривала, как сверстники живут «нормально», а их разговоры за ланчем заставляли краснеть даже за соседей по столу. Но мне было любопытно. Очень.
Я кивнула Слоан, делая вид, что поняла намёк про чулан, хотя не имела ни малейшего понятия. Но догадывалась: дядя Ричард точно не одобрил бы.
– Ладно, хватит об этом, – Слоан махнула рукой. – Давай обустроим тебя. Рада, что у меня снова есть соседка. Прежняя… ну, ей пришлось уехать. Срочно.
– Почему? – С любопытством спросила я. – Она что, нарушила правило?
Слоан закинула голову и рассмеялась, подтянув мой чемодан и поставив его на кровать напротив своей.
– Ох, Джемма. Мы все здесь нарушаем правила.
У меня ёкнуло внутри. Значит, Ричард отправил меня сюда нарочно? Это что, испытание?
– И это всё, что у тебя есть? – Слоан убрала волосы за ухо, оглядела меня с ног до головы и надула губы.
– Э–э… Да. – Заметив её недоумение, я поспешно добавила: – Я просто не знала, что брать, поэтому взяла только самое необходимое. Ведь здесь же выдают форму, да?
Она изучающе посмотрела на меня, и в её карих глазах мелькнула глубина.
– Ага. Выдают. Но после занятий её можно не носить. Можешь брать мои вещи, если хочешь. У меня куча одежды. Родители чувствуют себя виноватыми из–за того, что отправили меня сюда, вот и заваливают обновками.
– Они чувствуют вину? – Переспросила я, делая шаг к своей кровати.
Слоан с легким вж–жиком запрыгнула обратно на свою кровать, болтая ногами в воздухе. Она была крошечной – даже мои 165 см казались по сравнению с ней великаньими.
– Ага. – Она схватила маленькую розовую подушку с пайетками и обняла её. – Они оба военные, постоянно в командировках. Раньше за мной присматривала бабушка, но у неё началась болезнь Альцгеймера, и теперь она в доме престарелых. Больше оставить меня было не с кем, вот они и отправили в «лучшую школу–пансион страны». – Она пожала плечами. – Зато поступлю в хороший колледж, да?
Колледж. Какое несбыточное слово.
Я уже начала разворачиваться, чтобы распаковать чемодан (в котором не было ничего стоящего, кроме одной выцветшей полароидной фотки: я, мама и брат), как Слоан спросила:
– А ты почему здесь?
Неловкость повисла в воздухе, как запах протухшего мяса, пока я пыталась придумать ответ, который не вызовет лишних вопросов и – что важнее – не выдаст мою... особенность. В голове бушевала настоящая битва между тем, что считается нормальным, и тем, что выходит за эти рамки.
– Ты из хороших? Или из плохих?
Вторые джинсы в моих руках стали вдруг неподъёмно тяжелыми, когда я доставала их из чемодана.
– О чём ты? – Спросила я, оглядываясь в поисках места для одежды.
Слоан кивнула в сторону комода, придвинутого к стене рядом с абсолютно чистым письменным столом – если не считать какую–то брошюрку, лежащую на нём. У меня будет собственный стол? Когда я направилась к нему, Слоан выпрямилась, сидя на кровати.
– Ну, типа... Ты суперумная, и родители отправили тебя сюда ради поступления в топовый вуз? Или ты сирота с тёмным прошлым? – Последнее предположение прозвучало шутливо, но, чёрт побери, оно было не так уж далеко от правды.
Заметив моё замешательство, Слоан усмехнулась и посмотрела на меня с недоверчивым удивлением. – Ты же вообще ничего не знаешь о Святой Марии, да?
– Ничего не знаю, – ответила я.
Вообще–то это была полуправда. Ричард–то как раз рассказывал мне о Святой Марии, но я доверяла ему примерно, как собственной способности подбросить его в воздух. Спойлер: при его–то габаритах (втрое больше меня) это было невозможно.
Я заерзала на месте, нервно переступая с ноги на ногу.
– Не особо. Меня... дядя отправил. С ним я и жила до этого, – пробормотала я, опустив глаза.
На лице Слоан расплылось сочувствие – совершенно лишнее в данной ситуации. Для меня этот пансион был настоящим апгрейдом.
– Ох. Мне... э–э... жаль? – неуверенно протянула она.
Где–то в глубине сердца что–то болезненно дрогнуло, когда я поспешно отогнала прочь воспоминания о маме и Тобиасе.
– Всё нормально, – я махнула рукой, будто отмахиваясь от назойливой мухи. – Но, если отвечать на твой вопрос... – мне пришлось буквально выдавливать из себя слова, – я здесь в основном из–за учёбы. Ну и... тётя сейчас не в форме, дядя вечно на работе. Так что для всех было бы лучше, если бы я поехала сюда.
Ложь обожгла язык, словно глоток кислоты. Чистейшая неправда. На самом деле Ричард впихнул меня в Веллингтон Преп несколько месяцев назад только потому, что девочки из временного приюта (куда меня засунули после внезапного инсульта тёти) проболтались соцработнице про подростка, живущего в доме у судьи Сталларда. Естественно, возникли вопросы. А потом я сама добила все шансы на нормальную школу, доверившись не тем людям.
По правде говоря, я не могла доверять никому из окружения Ричарда. Вообще никому. Разве что одной настырной соцработнице, которая упорно пыталась докопаться, кто я такая и как оказалась у Ричарда. Хотя и ей я не доверяла по–настоящему.