Чтение онлайн

У меня внутри всё оборвалось.

У меня было чёткое ощущение, что я знаю, где её брат.

И мне было интересно, догадывалась ли об этом сама Джемма где–то в глубине души.

Исайя

Кровь всё ещё бешено стучала в висках, пока я сидел в столовой, ожидая появления Джеммы к завтраку. Я написал ей десять минут назад.

Я: Ты заигралась в студии. Уже время завтрака.

Она ответила меньше, чем через минуту.

Джемма: Уже прибираюсь. Спасибо.

Пальцы нервно застучали по экрану, а нога под столом не находила покоя – тем самым столом, под которым нас с Джеммой прижали меньше сорока восьми часов назад.

Я: Кейд пойдёт с тобой.

Её ответ пришёл через минуту.

Джемма: Ты подослал Кейда шпионить за мной?

Я тихонько фыркнул, убирая телефон в карман после сообщения Кейду, что ему нужно сопроводить её. Джемма называла это шпионажем. Я называл защитой. Да какая, в сущности, разница.

Мой взгляд скользнул по полированному дереву, на котором в субботу вечером покоилась её голая попка, пока мой палец глубоко исследовал её.

Одна только мысль об этом притупила жгучее беспокойство и гнев в крови. Но каждый раз, когда я бросал взгляд на Бэйна с его бритой под ноль головой и очерствевшим лицом, мышцы снова напрягались.

Отец до сих пор не ответил ни на один из моих вопросов после субботы. Вообще ничего – только пару крепких словечек в трубку, когда я рассказал ему о «приключениях» Бэйна. Обычно мне было плевать. Скинул информацию – и выкинул из головы, пока сам не позвонит.

Но теперь, когда в деле замешана Джемма, а наши семьи каким–то образом связаны, я хотел знать больше. Мне было необходимо знать.

Можно было списать это жгучее любопытство на то, что вскоре я возьму на себя весь оружейный бизнес отца. Но дело было не в этом. Даже близко. Я мог врать ему. Или даже остальным Бунтарям. Но себе? Ни единого шанса. Её тихое признание прожигало мне мозг: – Я сбегаю от дяди. Почему? Что он с ней сделал? И как мне за это отплатить?

Мысль уже засела – этот крошечный сбой в рациональности, позволявший задуматься: что, если бы судья Сталлард… исчез? Я не был своим отцом. Но его кровь текла в моих жилах. Этот монстр жил во мне, подавленный годами самоконтроля. Я редко выпускал его на свободу. Но сделал бы это ради Джеммы?

Смогла бы она остаться в Святой Марии, если её дядя вдруг пропадёт? Нет. Даже если с судьёй Сталлардом случится «недоразумение» (а это чертовски рискованно, если дядя прав насчёт его связей в полиции), между нами всё равно ничего не может быть. Я не втяну её в эту жизнь. Ни за что.

Я отлепил язык от нёба, когда двери столовой распахнулись, и внутрь вошла Слоан, затем Мерседес, а рядом с ней Джемма. Следом, сохраняя дистанцию, но достаточно близко, чтобы у Бэйна дёрнулся левый глаз, зашёл Кейд.

Мой взгляд скользнул с него на голые ноги Джеммы, а затем взметнулся вверх – к её маленькому личику в форме сердечка, которое я не видел с той самой субботней ночи.

Вчера она словно испарилась – и я был почти уверен, что это из–за того, что произошло между нами именно здесь, на этом самом месте. Мы переписывались, но она твердила, что завалена домашкой, а потом устроила киновечер со Слоан. Якобы та пожаловалась, что я слишком много времени отнимаю на «репетиторство». Джемма специально взяла это слово в кавычки – будто мы в тёмной–тёмной библиотеке занимались чем–то совсем не учебным...

Когда наши взгляды столкнулись, комната будто сжалась. Стены сомкнулись, воздух вырвался из лёгких и ворвался в её грудь. Я поймал лёгкую дрожь в уголках её губ – и почувствовал, как мои собственные предательски искривились в ответ.

Господи Иисусе. Дядя был чертовски прав. Я действительно испытываю к ней чувства.

Это осознание ударило, как обухом по голове. Я никогда прежде не позволял себе даже задуматься, что могу испытывать к кому–то нечто большее, чем просто влечение. И так быстро! Джемма вцепилась в мои стены – и щелчком пальцев разрушила их.

– За все восемнадцать лет моего существования я не видел, чтобы ты так на кого–то смотрел, – усмехнулся Шайнер, размахивая кусочком бекона. – Ты пугаешь весь кампус.

Я медленно перевёл на него взгляд.

– И каким образом я всех пугаю?

Брентли хмыкнул с другой стороны:

– Потому что у тебя вид влюблённого идиота.

Я резко повернулся к нему, сжав челюсти. Меня буквально подёргивало от ярости. Выносить такое на всеобщее обозрение – как плевок в лицо. И он прекрасно знал, почему.

– Завали, еб твою мать, – прорычал я, чувствуя, как напряглись скулы.

– Я сказал это не просто так, Исайя.

Он вернулся к завтраку, будто между нами не пробежала искра напряжения.

– Очнись. Я здесь как раз для этого – чтобы ты, наконец, проснулся.

Кейд скользнул на место рядом со мной.

– Я думал, это моя работа. Мы же все знаем, что я тут любимчик.

Брентли поднял на него взгляд поверх края кружки.

– Тебе больше нельзя доверять такое. Ты слишком долго сидел на двух стульях. После Дж…

– Не смей произносить её имя.

В столовой воцарилась тишина. Мой взгляд метнулся между двумя лучшими друзьями. На противоположной стороне стола Шайнер поймал мой взгляд и молча предупредил – будто я сам не видел, что разворачивается прямо передо мной.

Мы часто спорили, и, хотя технически я был лидером Брентли и Кейда как в Святой Марии, так и за ее пределами, я обычно позволял им разбираться самим. Злость утихает, когда вымещаешь её на чём–то – по крайней мере, для таких, как мы.