Чтение онлайн

Марию парализовало от страха.

– С добрым утром!

Она повернула голову и увидела Арсения. Он сдержанно улыбался.

– Вы отлично ассистировали на операциях когда-то, могли бы нам пригодиться. Но, увы! Вы пошли по другой дорожке.

Арсений был свеж, гладко выбрит, подтянут, естественно.

– Насчёт шпионажа мы не договаривались, - иронично заметил он. – Понимаю, это профессиональное. Вы ведь журналистка, сначала в меде, потом на журфаке. Даже расследования вели! А ведь я, признаться, почти поверил в вашу набожность. Артистка вы, что надо!

– Меня найдут, - прошептала Мария.

– Всех нас когда-нибудь найдут, - улыбнулся Арсений.

Таисия громко и официально объявила:

– Арсений Арнольдович, пройдите в операционную.

Арсений ещё потоптался возле стеллажа с колбами, потом подошёл к Таисии, которая стала рассказывать ему подробности доблестной ночи.

– Представляешь, героин расковыряла. И кокс! Героин нужен. Это диаморфин. Используется для борьбы с хроническими болями. При паллиативном лечении – просто незаменим!

Мария, тяжело дыша, стала кричать:

– Кому вы рассказываете? О каком лечении идёт речь, когда у вас тут перевалочная база! Вы наркотики продаёте! Кокса и «геры» полно.

Арсений даже зааплодировал её речи.

– Браво, браво! А вы думаете можно выплатить большой кредит, развлекая горстку старичков?

Мария вдруг перестала бояться. Ненависть захлестывала. Она кивнула в сторону садовника.

– А его зачем? Какое лечение ему нужно? Что вы врёте?

Таисия хладнокровно стала пересчитывать хирургические инструменты на столе и между делом бросила:

– Мы ведём научные исследования. Наши открытия в дальнейшем спасут мир. Исследования, естественно, проводим на людях. Ведь человеческий организм – самый точный инструмент.

Мария стала истерично хохотать, так что даже Арсений подошёл и посмотрел, не сошла ли с ума.

– Я уж подумал… Вы не волнуйтесь! Мы берём только тех, в ком общество не нуждается. Это ещё отец мой начал. Он изучал органы, но брал их только у асоциальных людей. То есть людей, которые не нужны никому. Привыкли жить бобылями! Эгоисты по сути. Теперь они имею возможность быть полезными и оказать поддержку науке, а следовательно, обществу.

Мария, ошарашенная, прошептала:

– Вы в своём уме?

Арсений с готовностью откликнулся:

– Я? Да.

– Вы кем себя возомнили?

Арсений чуть поморщился.

– Только без нравоучений, пожалуйста. Я врач, и я близок к открытию.

Таисия тут же поддержала:

– Мы все близки. А где Лора с Анатолием?

– В пробке, - улыбнулся Арсений.

Таисия стала возмущаться и сетовать на коллег. Что, мол, здесь не Женева , и нужно помнить об этом. Здесь пробки как данность. Поэтому следует выезжать из дома заранее.

Эх! Надо во что бы то ни стало выиграть время! Вдруг её начнут искать? Про цацки же заикнулся опер! Конечно, цацок у неё давно нет, проданы и прожиты. Но вопрос остался. Возможно, полиция начнёт её искать и…

– Всем доброе утро!

Задняя стена бункера приоткрылась, и появились Лора с Анатолием.

«Слабенький бункер, - подумала Мария, - ещё один вход есть. Он всегда опасный».

– Вас никто не видел? – строго спросила Таисия.

– Голубое небо и жёлтое солнце, - бодро откликнулся Анатолий.

Врачи стали мыть руки, переодеваться. Садовник, видя эту канитель, взмолился.

– Арсений Арнольдович, простите! – запричитал он.

Врачи надели защитные маски, включила прожекторы и деловито подкатили каталку с садовником.

И тут Мария истошно закричала, Что есть силы! «Что вы творите, звери? Есть ли у вас что-либо человеческое?»

Лора с Анатолием не обращали на неё никакого внимания. Но Арсений среагировал. Он подошёл к ней и поправил ремни.

– Руки затекли? – участливо спросил он.

– Ах, ты сволочь! – рассвирепела она.

– Арсений Арнольдович,- послышался ровный голос Таисии. – Я вас жду.

Мария завизжала.

– Нельзя так кричать, когда идёт операция, - сказал Арсений и достал из кармана шприц. – Вы мне всегда нравились. Я не сделаю вам больно. Вы просто уснёте. И всё.

– И всё, - обречённо повторила Мария.

Она уже не пыталась сопротивляться. Она просто лежала.

– А ничего, что я боюсь уколов? – в пространство спросила она.

– Остроумно, - заметил Арсений.

Подошла Лора Арсеньевна и недовольно покачала головой.

– Арсений, ты не забыл, что у тебя второй брак. Скоро бэби появится! Никаких интрижек на стороне. Ребёнок должен расти в полноценной семье! Скажи барышне: «До свидания», и на работу.

Лора вернулась к операционному столу, а Арсений, перетянув руку Марии жгутом, всадил ей шприц в вену. Учащённо забилось сердце. Но Марии вдруг страстно захотелось жить! И она заплакала. Повернула голову. Видела, как Арсений прошёл в операционную за шторкой, и как садовник издал нечеловеческий вопль. Его резали живым.

Мария учащённо дышала, мысли уже путались.

Сквозь туман слышался голос Таисии:

– Чудесный экземпляр! Показатели просто превосходные, несмотря на то, что человек волновался. Лора, держи голову, чтоб не дёргался! Любопытны возможности человека. Мы впишем его имя золотыми буквами в книге науки. Пульс хороший!

Садовник по-звериному зарычал. Его вопли переходили в стенания. Одна боль, одна сплошная боль.

«Ну, вот я и в аду, - подумала Мария. – Я попала в ад!»

У неё сами-собой закрылись глаза, и она только слышала, как прозвучали два выстрела, и голос Арсений крикнул: «Мама, как больно!» И Таисия стала голосить: «Сыночек, что с тобой? Сыночек!»

Всё. И темнота.

24

«ХОСПИС»

24

Она открыла глаза. Белый потолок. Тишина. Долго лежала просто так. Потом повернула голову. Кровати. И на них кто-лежит.

«Где я?» - хрестоматийно пронеслось в её голове.

В палату впорхнула девушка в голубой униформе. И тут же, ахнув, выбежала. «Она пришла в себя!» - истерично раздалось в коридоре, и послышался какой-то топот.

В палату зашёл мужчина. Мария приподнялась и сразу узнала его. Это тот опер, у которого собака есть со смешным именем.