Чтение онлайн

Несколько секунд мы стояли в неловком молчании. Вокруг кружились люди, смеялись дети, играла музыка. А мы просто стояли, глядя друг на друга.

— Я... мне, наверное, пора, — пробормотала я наконец. — Спасибо ещё раз.

— Подождите, — Итан остановил меня, когда я попыталась отъехать. — Вы пили что-нибудь горячее? После катания на морозе это необходимо. Позвольте угостить вас чаем. Или глинтвейном, если предпочитаете.

Я моргнула, не ожидая предложения.

— Я не хочу вас обременять...

— Это не обуза, — он покачал головой. — Скорее... благодарность. За тот чай, что вы дали мне три месяца назад. Головная боль больше не возвращалась.

Он смотрел на меня спокойно, без давления, но я чувствовала, что отказать будет невежливо. Да и, честно говоря, не хотелось отказываться. Мне было любопытно узнать его лучше — не как бургомистра, грозного и недоступного, а как человека.

— Хорошо, — кивнула я. — Спасибо.

Я сняла коньки, вернула их прокатчику и пошла следом за Итаном через площадь. Он вёл меня к небольшому кафе на углу, где в окнах горел тёплый свет, а над дверью висела вывеска «У тётки Лоты».

Внутри было тепло и уютно. Несколько столиков, деревянные лавки, очаг с потрескивающими дровами. Пахло корицей, яблоками и свежей выпечкой. За стойкой стояла пожилая женщина с добрым лицом и седыми волосами, убранными в пучок.

— Господин Валетт! — она просияла, увидев нас. — Какая редкость! Давно не заглядывали.

— Добрый вечер, Лота, — Итан кивнул ей, а потом указал на столик у окна. — Два глинтвейна, пожалуйста. И ваших знаменитых имбирных пряников, если остались.

— Для вас всегда найдутся, — тётка Лота подмигнула и скрылась за стойкой.

Мы сели за столик. Я сняла шаль, стряхнула снег с волос. Итан молчал, глядя в окно на освещённую площадь, где всё ещё кружились люди на катке.

— Вы не катаетесь? — спросила я, нарушая молчание.

— Нет, — он покачал головой. — Давно не катался. Работы много, времени нет.

— Всегда работа? — я осторожно улыбнулась. — Даже в праздники?

Он усмехнулся, и в этой усмешке была усталость.

— Особенно в праздники. Ночь Светлого Поворота — самый напряжённый период. Нужно следить за порядком, за торговцами, за тем, чтобы все прошло гладко.

— Это грустно, — сказала я тихо.

Он посмотрел на меня, прищурившись.

— Это моя работа.

— Работа важна, — я кивнула. — Но вы же тоже человек. Вам тоже нужно отдыхать, радоваться празднику.

Тётка Лота принесла два бокала с дымящимся глинтвейном и тарелку имбирных пряников. Аромат корицы, гвоздики, апельсина и мёда окутал нас, тёплый и уютный.

— Приятного аппетита, — она улыбнулась и ушла.

Я взяла бокал в руки, наслаждаясь теплом. Сделала глоток. Глинтвейн был идеальным — сладким, пряным, согревающим изнутри.

— А вы как будете праздновать? — спросил Итан, тоже делая глоток.

— С Эльзой, — я улыбнулась. — Мы вместе приготовим ужин, зажжём свечи. Она тоже одна, после смерти мужа. Вдвоём веселее.

Итан кивнул, глядя в свой бокал.

— Это хорошо. Хорошо, что у вас есть компания.

— А вы? — я осторожно спросила. — Будете работать?

— Скорее всего, — он пожал плечами. — Так всегда.

Несколько секунд я колебалась, подбирая слова. Потом, не подумав, выпалила:

— Хотите присоединиться к нам? Эльза не будет против. Она готовит изумительно, и... и, в конце концов, один в праздник — это грустно.

Итан поднял голову, удивлённо глядя на меня. В его глазах мелькнуло что-то — удивление? Растерянность? Благодарность?

Потом он медленно улыбнулся. Той же искренней улыбкой, что я видела на катке.

— Спасибо, госпожа Милтон. Это очень любезно с вашей стороны. Но... я не могу. У меня действительно много работы.

Я кивнула, стараясь не показать разочарования. Конечно, он откажется. Бургомистр Мелтауна, отмечающий праздник с травницей и пожилой вдовой? Глупо было даже предлагать.

Мы допили глинтвейн, доели пряники в почти молчании. Разговор не клеился — мы оба чувствовали неловкость. Я корила себя за опрометчивое приглашение, он, казалось, не знал, как сгладить отказ.

Наконец я встала, натягивая шаль.

— Спасибо за чай, господин Валетт. Это было... приятно.

— Мне тоже, — он поднялся следом, провожая меня к двери. — Увидимся, госпожа Милтон.

— До свидания.

Я вышла на морозную улицу, где всё ещё звучала музыка, смеялись дети и сияли огни на катке. Пошла домой, ощущая странную смесь эмоций — смущения, тепла, лёгкого разочарования.

И всю дорогу я чувствовала на своей спине его взгляд.

Он стоял в дверях кафе и смотрел мне вслед. Я не оборачивалась, но знала это. Чувствовала его взгляд так же ясно, как чувствовала эмоции людей, когда касалась их.

Любопытство. Растерянность. И что-то ещё, чего я не могла определить.

Февраль укутал Мелтаун плотным снежным покрывалом. Улицы хрустели под ногами, из труб вился дым, окна домов светились тёплым жёлтым светом в сумерках. Лавка работала размеренно, спокойно — утром приходили за сборами от кашля, днём заглядывали завсегдатаи, вечером кто-нибудь стучался за чаем для сна.

Я привыкла к этому ритму. К знакомым лицам. Мелтаун принял меня. Стал домом. И я почти поверила, что здесь безопасно.

Почти.

Эльза пришла в тот вечер, когда снег валил особенно густо. Крупные хлопья кружились за окном, оседая на подоконнике, и в лавке было тепло и тихо. Я заваривала себе обычный чёрный чай, без трав, когда услышала скрип двери.

Обернулась. Эльза стояла на пороге, отряхивая снег с платка. Лицо красное от мороза, но в глазах было что-то тяжёлое.

— Эльза? — я поставила чайник. — Что-то случилось?

Она прошла внутрь, закрыла дверь. Постояла молча, словно собираясь с духом. Потом села на табурет у прилавка и устало потёрла лицо ладонями.

— Крелл, — выдохнула она наконец.

Имя повисло в воздухе, тяжёлое и острое.

Я села напротив, сложив руки на прилавке.

— Аптекарь?

— Он самый, — Эльза кивнула. — Слушай, девочка. Я не хотела тебя пугать раньше времени, но... он недоволен. Очень недоволен.

Холодок пробежал по спине.

— Из-за меня?

— А из-за кого же ещё? — Эльза хмыкнула без веселья. — Ты отбираешь у него клиентов. Люди идут к тебе, платят меньше, а результат лучше. Для него это не просто потеря дохода. Это удар по гордости. Аптекарь в трёх поколениях! А тут какая-то девчонка приезжает и...