Чтение онлайн

Не красивого.

Очень простого.

Кого ты спасешь?

Детей.

Дом.

Его.

Себя.

И самое мерзкое в подобных вопросах то, что выбирать по-настоящему невозможно.

Ронкс ждал.

Маркиз стоял неподвижно.

Серебряная сеть вокруг меня дрожала, как живая.

И где-то внутри уже поднималась волна той самой дурной решимости, за которую меня всю жизнь либо ругали, либо боялись.

– Нет, - сказал маркиз.

Я еще ничего не успела произнести.

– Я даже не...

– Нет, - повторил он, глядя только на меня.
– Чтобы вы сейчас ни задумали - нет.

Ронкс чуть приподнял бровь.

– Любопытно. Вы даже не даете даме права на благородное самоубийство?

– Вы называете это "снять слепок", - отрезал маркиз.
– Я называю это калечить ее магией.

– Временные неприятные ощущения.

– Вы лжете.

Ронкс чуть улыбнулся.

– Конечно лгу. Но иногда красиво.

Вот до чего же мерзкая тварь.

Я стиснула пальцы.

Свет сети тут же кольнул ладони.

В голове лихорадочно крутились варианты.

Ни одного хорошего.

Если он и правда может повлиять на метки детей...

Если дом связан со мной...

Если из-за меня их защита рухнет...

– Эдгар, - тихо сказала я.

– Нет.

– Вы даже не знаете, что я скажу.

– Знаю.

– Откуда?

– Потому что вы уже делали это раньше.

Я уставилась на него.

– Что?

Он шагнул ближе к светящейся черте.

Опасно близко.

Но не пересек ее.

– Вы все время пытаетесь закрыть собой то, что любите, - сказал он тихо.
– Даже если для этого надо влезть в самую дурную ловушку в округе.

Я открыла рот.

Закрыла.

Потом все-таки прошептала:

– А вы, значит, нет?

Ронкс переводил взгляд с меня на него с почти научным интересом.

Как будто наблюдал редкий опыт на живых сердцах.

– Восхитительно, - пробормотал он.
– Вы оба даже не понимаете, насколько пригодны.

Вот тут во мне что-то оборвалось окончательно.

– Да заткнитесь вы уже!
– рявкнула я так, что сама от себя не ожидала.

Ронкс моргнул.

Маркиз, кажется, тоже.

– Я вам не редкая птичка под стеклом, - процедила я.
– И он не материал для опытов. И дети не ваши заготовки. И дом не ваша игрушка. У вас вообще есть предел мерзости, или вы его давно препарировали?

Ронкс вздохнул.

– Когда люди начинают говорить о мерзости, значит, у них закончились аргументы.

– Нет, - очень спокойно сказал маркиз.
– Это значит, что закончилась вежливость.

И в ту же секунду я поняла:

он решил.

Что бы там ни было.

Какой бы риск.

Он сейчас пойдет напролом.

– Нет, - выдохнула я.

Он даже не посмотрел в мою сторону.

– Простите.

Вот это слово я ненавижу особенно.

Потому что им мужчины обычно прикрывают самые безумные поступки.

Он шагнул в сеть.

Свет ударил вверх, как молния.

Я закричала.

Ронкс резко выпрямился.

А маркиз, стиснув зубы, преодолел один шаг, второй и врезал этому мерзавцу так, что тот отлетел к колонне.

Да, это было безрассудно.

Да, это было опасно.

Да, это было... невероятно красиво.

И, кажется, именно поэтому я разозлилась еще сильнее.

– Идиот!
– заорала я.

– Потом!
– рявкнул он в ответ.

Сеть вокруг меня мигнула.

Еще раз.

Ослабла.

Ронкс, зажимая разбитую губу, поднял руку к своему кольцу. Я увидела, как по металлу побежали темные искры.

– Осторожно!
– крикнула я.

Маркиз успел развернуться, но не полностью.

И тогда в павильон ворвалось нечто серое, зубастое и очень быстрое.

Лапсик.

Волчонок метнулся Ронксу в руку.

Тот вскрикнул, кольцо слетело на пол.

Светящаяся сеть вокруг меня погасла.

Я вылетела из круга, как пробка из бутылки, и первым делом ударила Ронкса сама.

Рукой.

От души.

По щеке.

Повисла тишина.

– Это вам за научный интерес, - сообщила я.

Ронкс ошеломленно моргнул.

Маркиз уставился на меня так, будто именно сейчас окончательно решил, что я не женщина, а стихийное бедствие.

Лапсик довольно оскалился.

А потом где-то в саду загудел рог.

Громко.

Официально.

Совсем близко.

Ронкс, вместо того чтобы испугаться, вдруг усмехнулся.

– О. А вот и ваш инспектор.

Я всегда знала, что неприятности любят приходить толпой.

Но чтобы настолько организованно - с рогом, официальным прибытием и почти по расписанию - это уже было даже оскорбительно.

– Уходим, - коротко сказал маркиз.

– Согласна, - отрезала я и подхватила с пола кольцо Ронкса раньше, чем он успел среагировать.

Он побледнел.

Ага.

Значит, важная штучка.

– Верните, - сказал он тихо.

– Обойдетесь.

– Вы не понимаете, что держите.

– Зато прекрасно понимаю, кого хочу этим ударить в следующий раз.

Маркиз почти силой оттеснил меня к выходу павильона.

Лапсик, рыча, пятился рядом.

Ронкс не бросился следом.

И это мне не понравилось больше всего.

– Почему он не идет за нами?
– спросила я.

– Потому что уверен, что дальше побегаем мы, а не он, - мрачно ответил маркиз.

В саду уже слышались голоса.

Мужские.

Четкие.

Официальные.

И лязг железа.

Туман между кустами серебрился в предрассветной серости. На дорожке мелькнули фонари.